Суд вынес приговор фигурантам дела о теракте в «Крокусе». 15 из 19 обвиняемых получили пожизненные сроки Это важнейший судебный процесс, но известно о нем немногое

22 марта 2024 года террористы ворвались в торгово-развлекательный комплекс «Крокус Сити» в подмосковном Красногорске. Там в концертном зале «Крокус Сити Холл» в тот вечер должна была выступать группа «Пикник». Террористы открыли огонь по зрителям и сотрудникам «Крокуса», а потом подожгли концертный зал. В результате погибли 150 человек. По количеству жертв это крупнейший теракт в современной истории России после Беслана, где 22 года назад при захвате школы были убиты 333 человека. Вместе с четырьмя нападавшими на «Крокус» на скамье подсудимых оказались 15 их предполагаемых пособников. Почти для всех обвинение запросило пожизненные сроки. Суд это требование удовлетворил.

«Медуза» изучила, как проходил судебный процесс по делу о самом кровопролитном теракте в России за два десятилетия. Он мог быть очень громким, но его закрыли для публики, поэтому известно о нем немногое.

Суд по делу о теракте в «Крокусе» начался 4 августа 2025 года. Процесс ведут трое судей 2-го Западного окружного военного суда. На первое из заседаний, которые проходят в Москве, пришли больше 100 журналистов. Но прокуроры почти сразу попросили закрыть процесс для публики, сославшись на то, что против его участников готовятся «показательные теракты». Совершить их якобы планировали сообщники подсудимых.

Самих подсудимых было 19 человек. Из них четверо предполагаемых исполнителей теракта: Далерджон Мирзоев, Саидакрами Рачабализода, Шамсидин Фаридуни и Мухаммадсобир Файзов. Все они выходцы из Таджикистана. На момент теракта в «Крокусе» самому старшему из них (Мирзоеву) было 32 года, самому младшему (Файзову) 19 лет. Все они получили образование не выше среднего и ездили на заработки в Россию. Мирзоев водил такси, Файзов работал в барбершопе в Ивановской области, а Фаридуни — на фабрике в Подольске. Рачабализода на момент теракта числился безработным в том же Подольске. Все, кроме Файзова, имели проблемы с законом: у Мирзоева и Рачабализоды были миграционные нарушения, а Фаридуни отсидел срок в Таджикистане за домогательства.

Остальных 15 подсудимых следствие представило как сообщников. Двое — Хусен Медов и Джабраил Аушев из Ингушетии — якобы переделали из охолощенного в боевое оружие, которое потом использовалось при нападении на «Крокус». Пятеро — Шахромджон Гадоев, Зубайдулло Исмоилов, Хусейн Хамидов и братья Умеджон и Мустаким Солиевы — доставили оружие и патроны предполагаемым исполнителям теракта. Четверо — Якубджони Давлатхон Юсуфзода, Назримад Лутфуллои, Джумахон Курбонов и Мухаммад Зоир Шарипзода, — переводили деньги на подготовку теракта. Алишер Касимов сдал жилье главным обвиняемым, а семья Исломовых (Диловар, его брат Аминчон и отец Исроил) продали им машину «Рено», на которой те пытались сбежать.

Главным среди исполнителей теракта был назван Шамсидин Фаридуни. Он якобы вступил в ИГИЛ, прошел обучение в Турции и должен был отправиться в Афганистан, но «из-за закрытого в зимнее время горного перевала ему предложили показать, на что он способен, отправив готовиться к „Крокусу“», рассказывал источник ТАСС. По версии обвинения, именно Фаридуни купил машину, получил оружие и проводил разведку на месте будущего нападения. Также он якобы подмешивал наркотики трем другим исполнителям теракта. Эту информацию подтверждал как минимум один из них, Далерджон Мирзоев.

Все исполнители теракта признали вину — полностью или частично. Другие фигуранты дела просили о снисхождении, утверждая, что не знали о готовящемся нападении. Так, обвиняемые в переводе денег на теракт, по их словам, были уверены, что помогают детям и женщинам Палестины (один из них, Джабраил Аушев, пытался покончить с собой в СИЗО). Алишер Касимов настаивал, что просто сдал свою квартиру в Подмосковье через «Авито». Диловар Исломов — что просто продал свой «Рено» брату жены и сам пришел в полицию, когда в новостях сказали, что это машина террористов.

При этом обвинение настаивало на том, что все пособники так или иначе были в курсе планов террористов. А показания против Касимова и Исломовых в суде давал секретный свидетель.

Адвокат потерпевших Людмила Айвар в разговоре с «Коммерсантом» так комментировала просьбы подсудимых о милосердии: «Я понимаю, что защита выполняет свою работу, но их слова и заявления подсудимых звучат довольно цинично и являются своего рода насмешкой над погибшими. Неприятно видеть 19 взрослых мужиков, признанных дееспособными, которые все понимают, но преуменьшают всеми способами свою роль и пытаются казаться наивными».

То, что обвинение собирается запросить пожизненные сроки для предполагаемых исполнителей теракта, было понятно сразу. Интрига заключалась в сроках для предполагаемых сообщников, писал «Коммерсант». В середине февраля прокуроры попросили приговорить к пожизненному 15 из 19 обвиняемых. Исключение составил Касимов (22 года и 10 месяцев заключения), и Исломовы (по 19 лет и 11 месяцев). Помимо длительного срока лишения свободы, у Касимова хотели забрать квартиру, которую он сдал террористам, а также лишить его и Исломовых российского гражданства.

Обновлено. Суд приговорил 15 обвиняемых по делу о теракте в «Крокусе» к пожизненному заключению. Алишер Касимов, получил 22 с половиной года колонии. Диловару Исломову, его отцу Исроилу и брату Аминчону назначили по 19 лет и 11 месяцев колонии.

Кроме этого, прокуратура потребовала, чтобы подсудимые выплатили штрафы от 500 тысяч до 2,7 миллиона рублей. В дополнение к ним были заявлены гражданские иски потерпевших. По данным «Коммерсанта», жертвы теракта и их семьи требуют 150-200 миллионов рублей компенсации. Однако шансы получить эти деньги с подсудимых невелики. «Нет средств у террористов, а их „работодатели“ не компенсируют жертвам ущерб. Поэтому взыскания, скорее всего, останутся на бумаге», — говорила «Известиям» адвокат Ирина Фаст.

Потерпевшие наверняка тоже это понимают. Они требовали наложить арест на имущество владельцев «Крокуса», бизнесменов Агаларовых, мотивируя это тем, что почти половина жертв теракта погибла не от стрельбы, а от пожара в концертном зале, часть эвакуационных выходов из которого была заперта. Однако в удовлетворении этого требования было отказано.

Также потерпевшие требовали ужесточить наказание четырем исполнителям теракта, чтобы они не могли претендовать на условно-досрочное освобождение через 25 лет. А еще призвали не лишать гражданства РФ Касимова и Исломовых, чтобы исключить вероятность того, что их передадут отбывать наказание в их родные Кыргызстан и Таджикистан (и возможно, смягчат там режим).

Пожалуй, центральным вопросом всего процесса оставался «украинский след» теракта в «Крокусе», на котором настаивали российские власти. Несмотря на то, что ответственность за теракт взяла на себя группировка «Вилаят Хорасан» — крыло ИГИЛ в Афганистане — Владимир Путин и высокопоставленные силовики из его окружения настаивали, что исламисты действовали по наущению и в интересах Киева. Сам Киев причастность к теракту категорически отрицал.

Версия об «украинском следе» перекочевала и в официальные материалы следствия — правда, не сразу, а лишь спустя год после теракта, отмечала «Русская служба Би-би-си». Публично ее подтверждали только показания самих предполагаемых террористов, которых после задержания избивали.

Так, Саидакрами Рачабализода заявил, что у них был куратор в телеграме под псевдонимом Сайфулло, который якобы убеждал их совершить нападение «в интересах мусульман», но в итоге признался, что заказчиком теракта была украинская «государственная структура». Он велел террористам бежать в Украину, где им выдадут награду — по миллиону рублей. Якобы именно поэтому их поймали в Брянской области, граничащей с Украиной и Беларусью.

Если собрать воедино заявления Следственного комитета, его версия выглядит так: теракт в «Крокусе» организовали спецслужбы Украины для дестабилизации обстановки в России. Непосредственно его организацией (в том числе вербовкой исполнителей) занимались шестеро «граждан Средней Азии». Некоторые из них использовали псевдонимы. Сейчас они за границей, где конкретно — неизвестно.

В новостях из суда имя Сайфулло почти не упоминалось. ТАСС писал лишь, что это один из заграничных кураторов теракта, которых не нашли. Таким образом, ни из заявлений СК, ни из доступной информации из суда не стало понятнее, кто такой Сайфулло, где он и существует ли он вообще. Также непонятно, как он или другие кураторы, которых упоминало следствие, связаны с Украиной.