Неделю назад ВСУ начали бить по складам Wildberries. Вспоминаем, что произошло с тех пор Девять атакованных объектов, десятки пострадавших, миллиарды рублей ущерба. В соцсетях спорят о справедливости. Кремль не спешит помогать
Всю последнюю неделю ВСУ прицельно били по складам Wildberries. Ни одна другая цель не подвергалась атакам чаще
Wildberries — крупнейший российский маркетплейс. В 2025 году его оборот превысил шесть триллионов рублей, а чистая прибыль достигла 175 миллиардов рублей. По оценке исследовательского агентства Data Insight, на Wildberries торгуют от 500 до 800 тысяч продавцов; на долю маркетплейса приходится 52% всех онлайн-заказов в России. После развода основателей Wildberries Татьяны Ким и Владислава Бакальчука, а также слияния маркетплейса с оператором рекламы Russ компанию связывают с Сулейманом Керимовым — олигархом, близким к Владимиру Путину. Он считается неформальным покровителем или возможным бенефициаром Wildberries.
ВСУ начали кампанию ударов по инфраструктуре Wildberries ровно семь дней назад. С тех пор были атакованы как минимум девять складов и сортировочных центров компании:
- 18 июля — в Электростали (Подмосковье) и Котовске (Тамбовская область). Восемь человек погибли, 82 пострадали. Пожар на складе в Элекстростали тушили четыре дня. Склад в Котовске уже частично возобновил работу.
- 20 июля — в Коледино (Подмосковье). Этот удар не нанес серьезного ущерба: погибших и пострадавших нет, склад продолжил работу.
- 22 июля — в Краснодаре и Невинномысске (Ставропольский край). Один человек погиб, 14 пострадали. Склады пока не вернулись к работе.
- 23 июля — в Воронеже. Жертв нет, склад возобновил работу через полдня.
- 24 июля — в Шушарах (Санкт-Петербург), Новосаратовке (Ленинградская область) и Симферополе. Пострадали три человека. Оба склада в районе Петербурга охватили пожары, о состоянии сортировочного центра в аннексированном Крыму подробностей нет.
По подсчетам «Медузы», суммарная площадь атакованных складов превышает 1,2 миллиона квадратных метров. Это почти четверть всех складских площадей Wildberries — на конец 2025 года они достигали 5,2 миллиона квадратных метров.
«Агентство» отмечает, что и за последнюю неделю ВСУ не атаковали ни одну другую цель в России чаще, чем склады Wildberries. Из 21-22 попаданий по промышленным и торговым объектам не меньше девяти пришлось на Wildberries. Для сравнения, по объектам нефтяного комплекса, которые ВСУ постоянно атаковали в последние месяцы, нанесли пять ударов.
Зачем Украина это делает? На этот вопрос есть сразу несколько ответов — официальных и полуофициальных
После атак на склады Wildberries в Электростали и Котовске президент Украины Владимир Зеленский заявил, что там хранились комплектующие для дронов. Он повторил эту версию и после того, как ВСУ атаковали склады в Краснодаре и Невинномысске.
При этом анонимный украинский чиновник заявил корреспонденту Financial Times Кристоферу Миллеру, что атаки на Wildberries стали ответами на российские удары по терминалам «Новой почты» — крупнейшей частной службы экспресс-доставки Украины. В начале 2026 года компания сообщала, что за время полномасштабной войны повреждено или разрушено больше 400 ее отделений и терминалов. Кстати, только с 18 июля, когда ВСУ начали бить по Wildberries, российская армия атаковала как минимум три объекта «Новой почты» — в Киеве, Харькове и Одессе.
Хотите всегда быть в курсе происходящего и понимать, как жить в этом безумном мире? Тогда вот что мы рекомендуем. Раз: скачайте приложение «Медузы» прямо сейчас — все главные новости, репортажи и разборы дня всегда будут у вас под рукой. Приложение работает без VPN, бесплатно и безопасно. Два: поддержите «Медузу», чтобы мы и дальше могли приносить вам актуальную и полезную информацию о России и мире.
Распространено также мнение о том, что атаки на Wildberries — это еще один способ, который Украина использует, чтобы, по выражению Зеленского, «справедливо вернуть войну домой».
«Много лет Путин продавал [российскому] обществу историю о том, что боевые действия идут где-то на окраинах империи, что это специальная военная операция и что все нормально. Теперь люди начали ощущать войну — из-за очередей на заправках, из-за пожаров… Каждый человек в России видит войну из собственного окна», — заявил The Wall Street Journal российский экономист Максим Миронов, выступающий против войны.
По его мнению, атаки на Wildberries не дадут значимого экономического эффекта, хотя уже производят нужный Украине эффект психологический. Научный сотрудник Центра анализа европейской политики (CEPA) Александр Коляндр выражается не так категорично. Потеря товаров со складов Wildberries разорит тысячи предпринимателей и сократит доходы самого маркетплейса, что в конечном итоге приведет к недополученным налогам, сказал он Financial Times.
Экономист Сергей Гуриев считает, что удары по Wildberries создают «круги на воде» и в экономике, и во внутренней политике России. «Это удар, который касается каждого россиянина. Во-первых, трудно не заметить то, что происходит. Во-вторых, это действительно подрывает логистику электронной коммерции, поэтому это удар и по российской [военной машине], и по ощущению, что все нормально, все идет своим чередом», — заявил он «Медузе».
Советник офиса президента Украины Михаил Подоляк, объясняя причины ударов по Wildberries, упомянул о связях маркетплейса с Кремлем и о том, что налоги самой компании и ее продавцов финансируют войну. Также он признал, что Украина хочет еще больше расшатать положение российского мелкого бизнеса, и так оказавшегося в сложной ситуации после начала войны: «Нет никакого протестного потенциала у мелкого бизнеса [России]. Вот когда они будут в нищете, тогда у них появится протестный потенциал».
Склады Wildberries — это гражданская инфраструктура. Атака на них считается военным преступлением?
Объясняя кампанию против Wildberries, Владимир Зеленский подчеркивал именно связь маркетплейса с войной. На Wildberries действительно продаются и детали для беспилотников, и снаряжение для военных. Поскольку в российской армии существует практика самостоятельно доставать себе форму и снаряжение (кто-то покупает их на свою зарплату, кому-то передают родственники или волонтеры), Wildberries можно считать неофициальным источником снабжения российской армии. С другой стороны, подавляющее большинство товаров, продаваемых на маркетплейсе, имеют исключительно мирное применение.
Как уже объясняла «Медуза», юридически склады Wildberries вряд ли соответствуют критериям военного объекта. Грубо говоря, если бы они были забиты вооружением и военной техникой, их можно было бы атаковать. Если же оружие составляет незначительную часть хранящейся там продукции — нельзя. Атака на гражданский объект с нанесением несоразмерного ущерба трактуется как военное преступление. Международный уголовный суд (МУС) уже преследовал за это российских военных, но вряд ли поступит так же с украинскими. Но не потому, что в этой войне Украина — жертва, а украинских атак по гражданской инфраструктуре пока было меньше, чем российских. Дело в том, что Россия не ратифицировала Римский статут МУС, и у суда нет юрисдикции расследовать преступления на территории РФ в границах 1991 года.
Но кроме юридического (соответствуют ли удары ВСУ по складам Wildberries международному гуманитарному праву), существует морально-этическое измерение ситуации (воспринимаются ли эти удары как допустимые или оправданные).
Украинское общество, очевидно, воспринимает их как свое право на защиту. «Россия совершает против Украины акт незаконной и неспровоцированной вооруженной агрессии. Поэтому ни одной законной цели на территории Украины заведомо нет. В отношении России все наоборот, потому что Россия — преступник. Все военные цели, цели двойного назначения и цели, значимые для продолжения вооруженной агрессии против Украины, являются законными. Бить по „Новой почте“ незаконно. А по Wildberries законно. Тем более Wildberries активно торгует средствами нападения на украинцев и защиты оккупантов, военных преступников», — объяснял военный аналитик, экс-советник министра обороны Украины Алексей Копытько.
В российском обществе — даже среди антивоенно настроенной оппозиции — мнения разделились. Одни, как соратник Михаила Ходорковского Гарри Каспаров, полностью согласны с украинской позицией. Другие, как политик Андрей Пивоваров, не видят военного смысла в ударах по Wildberries. Третьи, как сооснователь Conflict Intelligence Team Руслан Левиев, констатируют, что и Россия, и Украина совершают военные преступления, атакуя гражданские объекты друг друга. «Это самоподдерживающаяся спираль возмездия. Все началось с 2023 года, когда появились фотографии, как на грузовиках „Новой почты“ перевозили бронемашины. С тех пор российские войска стали бить по объектам „Новой почты“… И вот теперь маятник качнулся в обратную сторону», — говорил Левиев.
Ущерб Wildberries измеряется миллиардами рублей. Но больше всего от атак пострадали сотрудники и продавцы маркетплейса
После ударов по первым двум складам Wildberries — в Электростали и Котовске — потери маркетплейса оценивались в 22-36 миллиардов рублей. После атак на склады в Коледино, Краснодаре и Невинномысске оценка возросла до 60 миллиардов рублей. Какой совокупный ущерб нанесли компании следующие атаки — на Воронеж, Шушары, Новосаратовку и Симферополь — пока неизвестно. Однако с высокой долей вероятности ущерб для продавцов Wildberries, чьи товары хранились на атакованных складах, все-таки выше. Уже после атаки на Электросталь и Котовск их оценивали минимум в 150 миллиардов рублей.
Чистая прибыль Wildberries в прошлом году была сопоставима с этой суммой (она составила 175 миллиардов рублей), поэтому эксперты сомневались, что маркетплейс полностью компенсирует продавцам их убытки — тем более, что юридически он не обязан это делать. Однако Wildberries все-таки анонсировал выплату компенсаций. Деньги должны поступать постепенно — так, как будто бы утерянные товары были проданы со склада с той скоростью, с которой они обычно продаются — и сколько в итоге получат продавцы, непонятно (первым траншем выплат многие остались разочарованы). Также Wildberries пообещала продавцам упростить логистику товаров и помочь с отсрочками по кредитам.
Сотрудникам складов, которые стали жертвами украинских атак, тоже обещана помощь: по миллиону рублей тем, что серьезно пострадал, и по два миллиона семьям погибших. В публичном поле информации о жертвах очень мало — известно лишь, что среди них есть иностранцы и даже члены одной семьи. Имена большинства погибших и пострадавших не раскрываются. В СМИ лишь появлялись анонимные свидетельства о том, что эвакуация на некоторых складах была организована плохо.
Внимание, в следующем абзаце есть мат.
«Старший сказал, что нужно просто дождаться пожарных, они придут и откроют сами. Только когда пошел пиздец, соседний блок посыпался по корпусу, старший побежал через их [руководящих работников] отдельный вход. Все ломанулись за ним, а это обычный узкий дверной проем и там турникет. Без понятия сколько там людей, ну что-то вроде 20–30 человек за раз. Все полезли под турникетом, прыгали через турникет. Вот эта вся давка, люди друг на друга наступают. Ну пиздец», — жаловалась «Важным историям» сотрудница склада в Электростали.
Собираются ли российские власти помогать Wildberries, его сотрудникам и продавцам после серии ударов ВСУ, неизвестно. Пока Кремль ограничился тем, что осудил удары и назвал ситуацию с компенсацией ущерба «непростой».
«Медуза»