истории

Израиль и США начали войну с Ираном — и, кажется, это еще один конфликт, который изменит мир Хотите понять, что к чему? Прочитайте гид «Медузы»

Источник: Meduza

США и Израиль 28 февраля атаковали Иран — и начали новую большую войну на Ближнем Востоке. Она так или иначе затронула буквально каждую страну региона. При этом Ближний Восток — это самая настоящая многополярная система: здесь нет одного безусловного гегемона, все со всеми беспрерывно ссорятся и мирятся, воюют и договариваются, заключают и разрывают стратегические и ситуативные союзы. Американо-израильско-иранская война, конечно, затмила все прочие конфликты в регионе — но это, несомненно, лишь на время. «Медуза» составила путеводитель по тому, как эта война уже сказалась и как еще может сказаться на ближневосточных странах и на отношениях между ними.

Кто с кем и за что воюет?

Позиции сторон — максимально коротко

США и Израиль

Иран

Как стороны добиваются своих целей?

США и Израиль

В первые часы и даже минуты войны США и Израиль убили значительную часть иранского руководства: верховного лидера аятоллу Али Хаменеи, командующего Корпусом стражей Исламской революции Мохаммеда Пакпура, главу Совета обороны Али Шамхани, министра обороны Азиза Насирзаде и других. Ираном теперь управляет переходный совет, состоящий из президента Масуда Пезешкиана, верховного судьи Голямхосейна Мохсен-Эджеи и аятоллы Алирезы Арафи, а также Верховный совет национальной безопасности во главе с Али Лариджани.

Уже на второй день войны Трамп говорил, что новое руководство Ирана запросило переговоры. По всей видимости, это был намек на возможность «венесуэльского сценария»: режим сохраняется, но уступает требованиям США. Лариджани — нынешний фактический глава Ирана — тут же эту возможность отверг. Бомбардировки Ирана, направленные на уничтожение его военного потенциала, структур государственного управления и силового аппарата, продолжаются каждый день.

Иран

Исламская республика в борьбе за выживание прибегла к «стратегии барсука-медоеда». Это животное, живущее в Африке, Аравии и Индии, известно как «самый бесстрашный зверь». Оно вступает в схватку, даже если противник заведомо сильнее, кусается и царапается изо всех сил. Его цель — не победить, а причинить максимальный ущерб, чтобы противник решил не связываться.

С самого начала войны Иран атакует ракетами и беспилотниками не только Израиль и американские базы на Ближнем Востоке, но и региональных союзников США: Кувейт, Катар, Бахрейн, ОАЭ (включая их нефтяную инфраструктуру). Все эти страны имеют большое влияние на администрацию Дональда Трампа. Вероятно, расчет иранского руководства в том, что эмиры и шейхи станут настойчиво добиваться от американского президента прекратить войну, чтобы можно было продолжать вести бизнес.

Кроме того, Трампу приходится оглядываться на внутриполитическую ситуацию в США. Там операция против Ирана и так не пользуется большой популярностью. Чтобы это превратилось в массовое недовольство, может быть достаточно одного-двух громких инцидентов вроде сильного повреждения американского корабля или удара по военной базе с большим количеством жертв. США уже потеряли на войне шестерых военнослужащих и несколько самолетов.

«Пересидеть», пока экономическая и политическая цена войны не станет для Трампа неприемлемой, — это главная надежда иранского режима на выживание.

В войну вовлечено уже много стран. Кто на чьей стороне?

Война уже так или иначе затронула каждую страну Ближнего Востока, включая даже Кипр — члена ЕС. Некоторые — лишь косвенно. По тому же Кипру, например, Иран запустил несколько ракет, потому что на его территории находятся британские военные базы, а Великобритания поддержала американо-израильскую операцию: предоставила американцам свои базы в регионе и участвовала в отражении иранского контрудара.

Еще один пример косвенного вовлечения — Сирия. Американские противоракетные батареи, размещенные в Иордании, сбили иранскую ракету, летевшую в Израиль, — обломки упали на сирийскую Сувайду, погибли четыре человека.

Другие страны оказались вовлечены гораздо больше.

Монархии Персидского залива (Кувейт, Бахрейн, Катар, ОАЭ)

За кого: все за США, некоторые и за Израиль тоже

В каждой из этих стран есть американские военные базы. Крупнейшая авиабаза Аль-Удейд находится в Катаре. В Бахрейне размещена штаб-квартира Пятого флота ВМС США. В его зону ответственности входит весь Индийский океан, включая Персидский залив.

Экономика стран Залива критически зависит от бесперебойной добычи нефти и газа, движения танкеров и других торговых судов, работы банков, логистических и страховых компаний, а также от иностранной рабочей силы, будь то айтишники или строители. Запас прочности у этих стран невелик, собственные вооруженные силы незначительны. В военном отношении они всецело зависят от США.

Однако общая «проамериканскость» этих стран вовсе не означает единства их позиций в системе международных отношений, в том числе в связи с кризисом вокруг Ирана.

Катар обладает большим влиянием в исламском мире: его правящая династия Аль Тани считается главным покровителем «Братьев-мусульман», а еще владеет самым популярным арабским СМИ — телеканалом «Аль-Джазира». Эмир Тамим бин Хамад проводит самостоятельную и очень своеобразную внешнюю политику. В частности, он до последнего поддерживал контакты с Ираном.

С Израилем Катар находится в очень сложных отношениях: официально его не признает и дает приют политическому руководству террористического движения ХАМАС (в сентябре 2025 года Израиль нанес авиаудар по штаб-квартире организации в Дохе).

ОАЭ под руководством эмира Абу-Даби Мухаммада бин Заида Аль Нахайяна, напротив, подчеркнуто враждебны любому политическому исламизму. На этой почве ОАЭ конфликтуют со своими соседями Катаром и Саудовской Аравией.

С Ираном отношения давно были напряженными. ОАЭ как важнейший финансовый центр региона — ключевое звено американской санкционной политики. Кроме того, страны спорят за месторождения нефти в пограничных водах и за несколько необитаемых островов в Персидском заливе. При этом ОАЭ — фактически главный региональный союзник Израиля со времен Авраамовых соглашений 2020 года.

Саудовская Аравия

За кого: за США

Традиционный региональный противник Ирана. Соперничество имеет религиозную подоплеку: Саудовская Аравия — лидер суннитского мира, Иран — шиитского. Отношения между двумя странами иногда характеризуют как «ближневосточную холодную войну». В 2016 году конфликт между саудовскими властями и местной шиитской общиной привел к разрыву дипломатических отношений между Саудовской Аравией и Ираном. Их восстановили в 2023-м при посредничестве Китая — но потепления между странами так и не наступило.

Вдобавок Саудовская Аравия и Иран вот уже десять лет ведут прокси-войну в Йемене. Иран поддерживает хуситов (шиитов по вероисповеданию), а Саудовская Аравия — противостоящую им коалицию, состоящую из светских и суннитских исламистских сил.

При этом Саудовская Аравия — давний региональный союзник США и место расположения нескольких их военных баз. Но еще до войны саудовские власти многократно публично заявляли, что не разрешают американцам использовать свое воздушное пространство для ударов по Ирану. Очевидно, так они надеялись не попасть под неминуемый иранский ответный удар. При этом за кулисами наследный принц и фактический правитель страны Мухаммад бин Салман лоббировал американскую атаку на Иран почти с таким же энтузиазмом, как израильский премьер Биньямин Нетаниягу.

Это двурушничество не сработало: Саудовская Аравия с самого начала войны подвергается иранским ударам, наряду со своими соседями по Заливу.

Ирак

За кого: скорее за США, но в основном за то, чтобы все поскорее закончилось

Эта страна оказалась в особенно сложном положении. С одной стороны, она считается в целом проамериканской, на ее территории находятся несколько американских военных баз. С другой стороны, около 60% ее населения составляют шииты, многие из которых признают духовный авторитет иранских аятолл.

Вдобавок существенная доля вооруженных сил Ирака состоит из «Хашд аш-шааба» (Силы народной мобилизации) — коалиции вооруженных шиитских группировок, причем некоторые из них входят в сеть иранских прокси.

В результате обе стороны конфликта наносят удары по Ираку: Израиль — по «Хашд аш-шааба», Иран — по американским объектам, а также по курдской автономии на севере Ирака, традиционно имеющей тесные связи с США и Израилем.

Кроме того, Ирак географически находится между Ираном и Израилем, так что над ним постоянно летают военные самолеты, а на землю периодически падают обломки сбитых ракет.

В этой войне Ирак лишен субъектности: он не обладает никакими рычагами влияния ни на одну из сторон и фактически стал полем боя.

Оман

За кого: нейтрален

Единственная арабская страна, имеющая долгую непрерывную историю дружественных отношений с Ираном. Это объясняется строгой политикой нейтралитета, которой придерживается Оман: он готов иметь дело со всеми, ни с кем особенно не сближаясь — примерно как Швейцария. По этой же причине ни Иран, ни его противники Оман не трогают. Это единственная страна Ближнего Востока, где нет иностранных военных баз.

Оман — традиционный посредник между Ираном и западными странами. Оманские султаны и их дипломаты играли ключевую (и далеко не всегда публичную) роль в организации переговоров, приведших к иранской «ядерной сделке» 2015 года, а также переговоров 2025–2026 годов, предшествовавших нынешней войне. Вероятно, Оман и сейчас поддерживает канал для закулисных переговоров между воюющими сторонами.

Ливан

За кого: скорее за Израиль, но «Хизбалла» против

Несколько упрощая, можно говорить о двух противоборствующих силах в Ливане. С одной стороны — «Хизбалла», первая и главная среди иранских прокси, террористическая организация и одновременно сильнейшее политическое движение, представляющее интересы ливанских шиитов (около 30% населения). С другой — ливанское правительство, которое считает «Хизбаллу» главной причиной многолетней дисфункции государства и стремится ее разоружить, но не обладает достаточными силами.

Иран еще недавно рассматривал «Хизбаллу» как важнейшее средство сдерживания Израиля: если еврейское государство атакует исламскую республику — «Хизбалла» тут же атакует еврейское государство с севера. Но в ходе «войны 7 октября» группировка была ослаблена: осенью 2024 года Израиль провел против нее масштабную операцию, которая включала взрывы пейджеров, убийство почти всего руководства и наземное вторжение.

Что же касается ливанского правительства, оно фактически стало ситуативным союзником Израиля в борьбе с «Хизбаллой».

В феврале 2026-го перед атакой на Иран Израиль нанес несколько ударов по объектам «Хизбаллы» на юге Ливана, уничтожив часть запасов оружия и убив нескольких командиров. Затем Ливан получил предупреждение: если «Хизбалла» вмешается в предстоящую войну, Израиль нанесет удары не только по ней, но и по гражданской инфраструктуре страны, включая аэропорт Бейрута.

«Хизбалла» все-таки вмешалась: в ночь на 2 марта она обстреляла ракетами северные районы Израиля. В ответ израильские ВВС нанесли удары по ее позициям на юге Ливана и в долине Бекаа на востоке страны, а также в Дахии — шиитском районе Бейрута. За этим последовала наземная операция Армии обороны Израиля. Ливанская армия отошла, чтобы предоставить израильтянам возможность воевать с «Хизбаллой».

Остальной мир

Наблюдает

Евросоюз традиционно призывает все стороны к сдержанности и деэскалации. При этом Греция, например, отправила свои корабли на защиту Кипра. Так же поступила Великобритания, у которой на Кипре две военные базы.

Среди европейских государств сохраняется давний консенсус, что Иран недоговороспособен и опасен. Поэтому публичное сожаление, что дело дошло до войны, не переходит в осуждение США и Израиля как агрессоров. В таком духе выступили среди прочих министр иностранных дел Франции Жан-Ноэль Барро и канцлер Германии Фридрих Мерц.

Редкое исключение — Испания: она не разрешила США использовать свои базы для ударов по Ирану и прямо раскритиковала американо-израильскую атаку.

Россия тоже жестко осуждает нападение на своего давнего партнера — и в особенности убийство аятоллы Али Хаменеи. Но практических последствий это возмущение не имеет — и, скорее всего, иметь не будет: Владимир Путин по-прежнему всецело сосредоточен на войне с Украиной.

Китай — еще один партнер Ирана, единственный покупатель его нефти и, тем самым, практически единственный внешний источник его доходов — также осудил действия США и Израиля, но не предпринял ничего, чтобы помочь исламской республике. Он лишь выразил готовность совместно с Францией помочь сторонам в поисках «политического решения».

Пакистан, у которого исторически сложные отношения с Ираном и есть своя крупная шиитская община (она уже устроила уличные беспорядки, погибли больше 20 человек), тоже раскритиковал США и Израиль — и, опять-таки, никаких практических шагов не сделал.

Прийти Ирану на помощь практически некому.