Россиян в Казахстане стали активно вызывать на допросы — возможно, власти готовят массовую депортацию. Правда ли это? И безопасно ли сейчас в этой стране? Интервью юриста и правозащитника, который помогает россиянам в Казахстане, Артура Алхастова
Казахстан — одно из главных направлений миграции для антивоенных россиян. Однако в последнее время там стало небезопасно. Местные власти все чаще высылают людей по запросу России, а в марте Комитет национальной безопасности (КНБ) Казахстана начал вызывать на допросы россиян по уголовному делу о поддельных разрешениях на временное проживание. По словам правозащитников, дело КНБ может быть предлогом для массовых депортаций по согласованным с Россией спискам. Как была устроена схема с фиктивными документами? Что грозит владельцам таких документов и что делать, если вас уже вызвали на допрос? Все эти вопросы «Медуза» задала Артуру Алхастову, юристу ассоциации «Прощай, оружие!», которая помогает дезертирам в Казахстане
Сперва коротко о том, как россияне могут легально жить в Казахстане
Россиянам в Казахстане можно находиться не больше 90 дней в течение полугода. Чтобы остаться на больший срок, необходимо разрешение на временное проживание (РВП). Его можно получить разными способами: при поступлении на учебу, при воссоединении с семьей, по гуманитарным причинам или при наличии трудового договора с местным работодателем.
— Почему люди покупали фиктивные трудовые договоры и было ли это массовой практикой?
— Эта история началась с объявлением мобилизации в России в 2022 году, когда сотни тысяч людей приехали в Казахстан. В то время центры обслуживания населения даже работали по удлиненному графику. Возле них начали появляться люди, которые предлагали за деньги оформить разрешение на временное проживание.
Насколько я понимаю, его делали по трудоустройству. К примеру, существует некая компания в Казахстане, которая фиктивно трудоустраивает гражданина России, и на этом основании ему выдают РВП. С точки зрения бюрократии это достаточно простая процедура. Ее можно было пройти за один день — условно в понедельник подаешь заявление, а во вторник получаешь ответ. Стоило это примерно 150 тысяч тенге. Такой вариант давал возможность легального пребывания минимум на год, на время трудового договора. То есть одни вынужденно переселялись, а другие на этом зарабатывали.
Визаран в Казахстане не работает, потому что находиться 90 дней в стране можно в течение 180 дней. В 2022 году очень много людей одновременно приехали в страну, и многим было тяжело. Сперва космические цены на билеты, потом большие проблемы с арендой в самом Казахстане. Поэтому, когда в таких условиях людям предлагали сделать документы на год за относительно небольшую плату, они соглашались.
— Работа — это единственный вариант миграции в Казахстан? Или в стране можно получить убежище?
— За все время моей работы ни один гражданин России не получил статус беженца в Казахстане вне зависимости от биографии. Активистам, дезертирам, представителям ЛГБТ или тем, кто донатил ВСУ, отказывают в убежище. Российский паспорт означает отказ, и это повсеместная практика. Здесь с уверенностью можно говорить о политической установке.
С другими странами ситуация разная. За последние четыре года у меня было порядка 50 дел об убежище от граждан Украины, из них положительное решение получили только трое. В этом случае все зависит от того, к какому сотруднику ты попал, пожалели они человека или нет. Я даже работал с тремя гражданами Украины из оккупированного Бердянска, каждому из которых под 90 лет, — и им отказали в убежище.
До 2022 года большинство признанных беженцев в Казахстане были из Афганистана, но с ним вскоре тоже все стало сложно, потому что власти исключили «Талибан» из списка террористов и признали их правительство.
— Что вам известно о новом уголовном деле КНБ?
— Я получал несколько сообщений, что в последнее время людей вызывают на допросы. Где-то конкретно говорили, что это связано с РВП, где-то только упоминали, что человека вызывает Комитет национальной безопасности. У меня нет достоверных свидетельств, что действительно существует уголовное дело, например, в отношении лиц, которые продавали РВП. Но сообщения, что людей вызывают в КНБ, есть.
Не припомню других случаев, чтобы КНБ занимался такими делами, все-таки их специфика — госбезопасность. А продажа фиктивных документов не совсем их профиль. Я вообще не помню за годы своей практики с 2022 года подобных массовых расследований.
При этом законодательство Казахстана, а именно статья 394 Уголовного кодекса об организации незаконной миграции, позволяет КНБ расследовать это дело. Однако эта статья не подразумевает уголовную ответственность для тех, кто приобретал документы, — она касается именно организаторов.
— То есть ответственность должны понести только работодатели, которые предлагали фиктивные контракты?
— Если мы предполагаем, что дело заведено по 394 УК РК, то да, ответственность должны понести должностные лица и компании, которые фиктивно трудоустроили людей.
Но мне кажется, организаторы этих схем находятся не в таком уязвимом положении, как россияне. Безусловно, среди них есть разные люди, но есть и те, кто занимает антивоенную позицию. Меня сильно беспокоит череда событий, которую мы наблюдаем с начала этого года.
Например, Зелимхан Муртазов уже почти три месяца сидит в аэропорту Астаны. Его не пускают на территорию, отмахиваются соображениями национальной безопасности, не давая ему доступа к процедуре беженства.
Есть также дело Юлии Емельяновой, которую казахстанские власти решили экстрадировать, и сейчас она находится в СИЗО на окраине Астаны. А российского дезертира Семена Бажукова буквально у меня на глазах отдали российской военной полиции на границе в Карагандинской области.
До сих пор вызывает крайне много вопросов дело Александра Качкуркина, которого в России сейчас обвиняют по делу о госизмене. Мне кажется, оно по почерку очень похоже на действия спецслужб.
Поэтому важно не забывать, что Казахстан — это авторитарное государство. Власть принимает непрозрачные решения, и не так важно, существует уголовное дело КНБ или нет. Важно — что сейчас делать антивоенным россиянам, которые находятся в стране.
— Что вы посоветуете?
— Во-первых, любое взаимодействие с казахстанскими правоохранительными органами должно происходить через адвоката. История «я не буду брать адвоката, и меня посчитают не виновным» здесь точно не работает, это в корне неправильный подход.
Во-вторых, важно помнить о 19-й статье Конституции Казахстана, которая гарантирует право не свидетельствовать против себя, родных и близких. В-третьих, если есть возможность, я бы посоветовал воздержаться от резких поступков. Например, не стоит бежать прямо сейчас в аэропорт и покупать билет в Армению.
Лучше предварительно проверить статус вашего РВП, а также не находитесь ли вы в розыске в России, и исходя из этого принимать дальнейшие решения. Потому что если вы побежите на международный рейс, то самостоятельно придете к пограничной службе и покажете свои документы, которые проверит пограничная служба, относящаяся к Комитету национальной безопасности.
— Как проверить актуальный статус РВП?
— Быстро проверить статус РВП нельзя, и это большая проблема. В моей практике был случай, когда человек жил с аннулированными документами и даже не знал об этом. Его затем привлекли к ответственности за незаконное пребывание и назначили выдворение, но он самостоятельно выехал в третью страну.
Если у вас чистый РВП и вы действительно работаете в организации, а договор официально зарегистрирован, то проблем быть не должно. Если вы покупали документы, можно узнать о статусе через адвокатский запрос в миграционные органы, чтобы уточнить срок действия РВП.
— Куда обратиться, если человека уже вызвали на допрос?
— Можно обратиться в Казахстанское международное бюро по правам человека. Дезертирам помогает «Прощай, оружие», где я сейчас работаю. По общим вопросам может помочь «Антивоенный комитет» и «Ковчег». Даже если они не займутся вашим делом, они посоветуют, куда обратиться дальше.
— Допустим, документы человека в Казахстане признали поддельными. Что ему грозит?
— В случае если РВП аннулировали, но вы продолжали по нему жить, то вас признают нарушившим легальное пребывание в Казахстане. Это статья 517 Кодекса об административных правонарушениях. По ней вам может грозить небольшой штраф или выдворение из страны. Если на вас составили протокол по этой статье, обязательно нужна помощь юриста.
После протокол передается в суд. Такие дела обычно рассматривают очень быстро. Если суд выносит решение о выдворении, вам также запретят въезжать в Казахстан в течение пяти лет. На выдворение дается добровольный срок.
То есть человек получает решение суда, где написано, что он нарушил законодательство и подлежит выдворению до определенной даты. За этот период нужно самостоятельно покинуть Казахстан, показав на границе решение суда о выдворении.
— Можно ли выехать в третью страну?
— Да, если вы выезжаете добровольно. Вы самостоятельно покупаете билет в страну, куда можете выехать.
Если добровольно не выехать, тогда решение суда о выдворении исполнят принудительно. Здесь выбора уже не останется. Суд возлагает решение о выдворении на местный департамент полиции или миграционной службы. Поэтому, как правило, выдворяют в страну, граница с которой ближе всего, чтобы не везти на противоположный конец страны. Поэтому из Астаны повезут, скорее всего, в Россию, а из Алматы могут повезти в Бишкек. Но лучше это не проверять.
— Если человека вызвали на допрос в КНБ и он находится в стране по фиктивным документам, значит ли это, что на него уже составлен протокол? Какой шанс, что это произойдет?
— Ничего из этого пока не известно.
— Почему несколько лет Казахстан отказывал в выдаче антивоенных россиян, а сейчас это изменилось? С чем это связано?
— Все изменилось достаточно резко, и не совсем понятно почему. В декабре 2022 года был случай с офицером ФСО Михаилом Жилиным — его выдворили в Россию, где осудили за дезертирство. Тогда они оформили это не как экстрадицию, а именно как выдворение за нелегальное пересечение границы Казахстана. Это был первый тревожный звонок, но ситуация была более или менее стабильной.
В 2024-м произошло буквально похищение Камиля Касимова в Астане. Его совместно задержали сотрудники казахстанской и бурятской полиции. Затем его увезли на российскую военную базу в Приозерске, а затем в Омск, где суд назначил ему шесть лет колонии строгого режима.
Но в начале этого года все резко изменилось. Экстрадировали Емельянову и Мовлаева, хотя раньше Казахстан не принимал решения об экстрадиции, пока суды не поставят точку по делу о присвоении статуса беженца.
Непонятно, что произошло с Александром Качкуркиным, которого выдворили за два незначительных правонарушения, после которых он оказался на рейсе в Москву и по прилете был задержан. Наконец, дело Семена Бажукова, которого задержали уже после подачи заявления на убежище и передали российской военной полиции.
Поэтому смотреть на ситуацию с допросами в КНБ нужно в более широком контексте происходящего в Казахстане. И уже сейчас мы однозначно можем сказать, что для антивоенных россиян Казахстан небезопасен, а планировать переселение из него можно и нужно.
Беседовал Микита Кучински