новости

В 2026 году Казахстан буквально за месяц превратился в опасную страну для антивоенных россиян — даже тех, кто не живет там постоянно Вот печальные примеры, которые это подтверждают

Источник: Meduza

В 2022 году Казахстан стал одним из главных маршрутов эмиграции для россиян, бегущих от войны. В первые недели после мобилизации туда въехало больше 400 тысяч человек из России. И хотя для большинства это был лишь перевалочный пункт, около 50-80 тысяч россиян остались жить в Казахстане. Это страна, куда можно попасть по внутренним российским документам, где понимают русский язык и где на официальном уровне не поддерживают (хоть и не осуждают) агрессию России против Украины. Она казалась удобной гаванью для российских антивоенных эмигрантов — в том числе тех, кого преследуют на родине. На самом деле это было не совсем так: время от времени Казахстан выдавал россиян на родину, но такие случаи все-таки были скорее исключением, чем правилом. Однако в 2026 году что-то изменилось, и Казахстан стал опасным местом для политэмигрантов и дезертиров из российской армии. Рассказываем, как так вышло и что об этом думают правозащитники.

Аудиоверсию этого текста слушайте на «Радио Медуза»

You can read this in English here.

Раньше власти Казахстана не стремились помогать России ловить несогласных с властью и войной

После того, как в сентябре 2022 года в России объявили мобилизацию, поток бегущих в Казахстан россиян достигал 30 тысяч человек в день. Президент Касым-Жомарт Токаев заявил, что власти должны обеспечить этим людям безопасность. «Это политический и гуманитарный вопрос», — подчеркнул он.

Тогда же власти Казахстана дали понять, что не будут выдавать российских уклонистов, если против них на родине не возбуждены уголовные дела. «Военкоматы, если будут искать, это не является правовым основанием для выдачи», — говорил тогдашний министр внутренних дел Марат Ахметжанов.

До весны 2024 года единственным известным российским военным, которому не удалось укрыться в Казахстане, оставался майор ФСО Михаил Жилин. Он уехал в Казахстан на седьмой день мобилизации, его задержали на границе и вернули в Россию, где он получил больше шести лет колонии за дезертирство. Жена Жилина подчеркивала, что его выдворяли из Казахстана не по экстрадиционному запросу РФ — это была депортация за нарушение границы.

В апреле 2024-го в Астане прямо на рабочем месте задержали российского контрактника Карима Касимова. В задержании участвовали и казахстанские, и российские силовики. Касимова увезли в Приозерск (город, который Россия арендует у Казахстана; там расположены российская военная часть и военно-следственный отдел СК РФ) и сообщили, что его обвиняют в дезертирстве. Позднее Касимова вывезли в Россию, где приговорили к шести годам.

В мае 2024 года в Казахстане пытались найти и задержать еще двух россиян, ставших фигурантами дел об оставлении части, но выдворением это не закончилось — в том числе благодаря вмешательству правозащитников.

Кроме этого, в 2022-2023 годах в Казахстане задерживали разыскиваемых на родине российских активистов Евгению Балтатарову, Айхала Аммосова, Наталью Нарскую и Дениса Козака, но их экстрадицию тоже удалось предотвратить.

С начала 2026 года Казахстан стал гораздо охотнее выдавать России ее граждан

Поворотным пунктом стала высылка 25-летнего IT-специалиста Александра Качкуркина. Он родился в Крыму. После аннексии полуострова в 2014 году, будучи подростком, получил гражданство России, а в 2022 году переехал в Казахстан. В конце января полиция задержала его в Алматы, составила два протокола (о переходе дороги в неположенном месте и о курении кальяна в закрытом помещении) и на их основании потребовала выдворить Качкуркина из Казахстана. Суд согласился и депортировал его в РФ. Ночью, прямо перед тем, как самолет с Качкуркиным приземлился в Москве, на него завели дело о «госизмене».

«Первый отдел», рассказавший его историю, назвал ее «спецоперацией» и «похищением». Правозащитники подчеркивали, что выдворение Качкуркина было оформлено всего за несколько часов (хотя обычно эта процедура занимает недели или месяцы), а российские силовики явно его ждали и возбудили уголовное дело практически одновременно с его прибытием. Сейчас Качкуркин находится в СИЗО, вероятно, в «Лефортово». Дела о «госизмене» в России засекречены. Он не был публичным активистом. В чем конкретно его обвиняют, неясно.

Качкуркин не был единственным. В начале февраля стало известно, что казахстанские полицейские передали российским военным Семена Бажукова. В 2022 году он получил российское гражданство и подписал контракт с Минобороны, но в 2023 году бежал в Казахстан и подал там запрос на убежище. В конце 2025-го Бажукова задержали и отправили на российскую военную базу в Приозерск. Он снова бежал, но его поймали и вернули российской стороне — даже несмотря на запрос об убежище, который он подал в Казахстане.

В конце января Казахстан удовлетворил запрос России об экстрадиции еще двух ее граждан. Это чеченский активист Мансур Мовлаев и бывшая волонтерка петербургского штаба Навального Юлия Емельянова. Мовлаева в РФ обвиняют в финансировании экстремизма, Емельянову — в краже мобильного телефона у таксиста. Они называют обвинения сфабрикованными. В Россию их пока не выслали: защита обжаловала экстрадицию в Верховном суде Казахстана. Мовлаев и Емельянова пока сидят в СИЗО.

Другой чеченец Зелимхан Муртазов с конца декабря заблокирован в транзитной зоне аэропорта Астаны. Он дезертировал из чеченского подразделения «Ахмат», уехал в Казахстан, а оттуда в Турцию, где решил попросить защиты. Но ему не дали даже выйти из аэропорта и отправили назад в страну выезда, забрав загранпаспорт. Казахстанские пограничники отказались пропустить его через границу, сославшись на соображения национальной безопасности. В итоге Муртазов остался в аэропорту, подал запрос на убежище в Казахстане и уже получил отказ.

Подход властей Казахстана к россиянам явно изменился. Почему?

Российские активисты и дезертиры из армии, оказавшиеся под угрозой высылки на родину, обычно прибегали к процедуре политического убежища. Она всегда заканчивалась отказом (по словам правозащитников, которых цитирует «Новая газета», ни один россиянин не получил статус беженца в Казахстане с 2022 года), но позволяла выиграть время, пока идет процесс принятия и обжалования решений. Теперь же власти Казахстана одобряют экстрадицию даже тех россиян, которые еще не получили окончательного отказа, заявил «Медиазоне» юрист Казахстанского бюро по правам человека Артур Алхастов:

Выдача Бажукова, похищение Качкуркина, одобрение высылки Емельяновой, Мовлаева и Муртазова — все это демонстрирует быструю и разительную перемену в положении российских политэмигрантов и дезертиров в Казахстане. Почему эта перемена произошла, никто не знает.

Смирнов считает, что Казахстан втягивается в политическую орбиту России:

Правозащитники сходятся во мнении, что эти перемены угрожают всем россиянам в Казахстане — даже тем, кто не знает об уголовном преследовании на родине (дело на Качкуркина завели уже постфактум) и тем, кто оказался в стране транзитом (Емельянову задержали на пересадке из Грузии во Вьетнам). Те, на кого в России завели административные или уголовные дела по политическим статьям, кто публично выступал против российской власти, высказывался против войны и помогал украинцам, — в зоне повышенного риска.

«Казахстан не ставит в приоритет права человека, интересы государства важнее. Если страна кого-то не выдаст, может „прилететь“ в ответ. Этот сценарий теперь учитывается», — резюмирует политолог Толганай Умбеталиева.

Россиянам, которые живут в Казахстане и опасаются политического преследования у себя на родине, правозащитники советуют проверить, не заведено ли на них уголовное дело и не объявлены ли они в розыск, обзавестись контактами местных юристов — и даже рассмотреть возможность безопасного переезда. В Казахстане, как считает Артур Алхастов, политическая ситуация в ближайшем будущем будет только ужесточаться.