Перейти к материалам
истории

«Миша никого не зарубил» В суде по делу Ефремова выступили друзья актера. А эксперт предположил, что аварию могли спровоцировать хакеры и «энергетические аномалии»

Источник: Meduza
Сергей Бобылев / ТАСС / Scanpix / LETA

19 августа в Пресненском районном суде продолжилось рассмотрение дела Михаила Ефремова. Актера обвиняют в том, что в начале июня он пьяным сел за руль и спровоцировал аварию на Садовом кольце, в которой погиб 57-летний курьер Сергей Захаров. На заседании выступили друзья актера, а также эксперт по транспорту, который заявил, что аварию могли спровоцировать действия хакеров и «энергетические дыры». За процессом наблюдала спецкор «Медузы» Кристина Сафонова.

«Он попал в аварию не потому, что с юности выпивал»

— Это человек очень разносторонний, человек одаренный, работоспособный, верующий. Я бы сказал импульсивный. И в плохом, и в хорошем смысле… Я считаю, что он очень хороший человек, — описывает Михаила Ефремова в суде его друг, актер Никита Высоцкий, выступающий свидетелем по делу.

В доказательство своих слов Высоцкий начинает перечислять: Ефремов помогал благотворительным фондам, нашел работу для актеров закрывшегося театра и оплатил операцию женщине с онкологическим заболеванием. «Он помог огромному количеству людей. Об этом в интернете не пишут», — сетует Высоцкий. И добавляет, что он «в ужасе» от того, как СМИ освещают процесс.

«[Сейчас в СМИ] Михаил выглядит человеком безнравственным, скверным, едва ли не рецидивистом в подобных вопросах. Складывается образ человека, которого надо не просто осудить, а осудить максимально», — говорит Высоцкий. И просит суд учитывать при вынесении приговора не только обстоятельства аварии, но и личность подсудимого.

«Он отказывается [признавать вину], потому что не помнит. А не потому что пытается сбежать от ответственности», — уверен актер. Сам Высоцкий был на месте аварии больше чем через час после происшествия — и ничего существенного о ней сказать не смог.

— Когда инцидент случился, вам было предложено с моим участием собраться и помочь пострадавшим? — обращается к свидетелю адвокат Ефремова Пашаев. 

— [Мы собрались], еще когда Сергей Захаров был жив. И мы молились, чтобы он был жив, — говорит актер. — Потом мы хотели помочь на похороны. И Миша тоже этого хотел. 

Он поясняет, что друзья Ефремова до сих пор готовы помочь потерпевшим: «Я знаю, что это остается и желанием Михаила — помочь людям, которые оказались в такой страшной ситуации из-за случившегося». 

— Вы сказали, что Михаил Ефремов хотел бы помочь [потерпевшим]… — начинает адвокат потерпевших Александр Добровинский. 

— Я сказал, что уверен, что он бы это сделал, если бы у него была возможность, — поправляет его актер. 

— Объясните такую вещь. Вчера ваш друг видел четверых потерпевших и не принес им извинения. Как это сочетается с тем, что вы о нем говорите? — заканчивает вопрос адвокат. 

— Это сочетается. Здесь 124 камеры, представители прессы… 

— Камер в зале суда нет, — отмечает Добровинский. 

— Я думаю, ситуация другая. Он понимает, что любое его слово, что бы он ни сделал, [используют против него] люди, которые хотят его наказать и на его примере научить всю страну не пить водку и не садиться за руль. Он попробовал извиниться, в ответ на него вылились ведра помоев, — напоминает Высоцкий о видеообращении, которое записал Ефремов через четыре дня после ДТП.

— Тот же самый вопрос о соболезнованиях, — продолжает адвокат Добровинский. — Соболезнования же можно было принести, не беря на себя вину. Можно сказать: «Я соболезную, что вы потеряли близкого человека». 

— Здесь не мне решать. Я не знаю, как бы я себя вел [на месте Ефремова]. Вполне возможно, что я бы предпочел отмолчаться, чтобы потом иметь возможность [принести соболезнования потерпевшим]. Иногда даже благими намерениями можно навредить, — говорит Высоцкий. 

Никита Высоцкий у суда. 19 августа 2020 года
Сергей Бобылев / ТАСС / Scanpix / LETA

Адвокат Анна Бутырина, которая вместе с Добровинским представляет младшего сына, брата и вдову Захарова, спрашивает у Высоцкого, обращал ли он внимание на любовь Ефремова к выпивке. Тот признает, что знал о проблеме. «Мы с этой непростой историей жили и жили бы дальше, — говорит свидетель. — Но он попал в аварию не потому, что с юности выпивал с Никитой Высоцким. Здесь прямой связи нет. Он до последнего держал эту проблему под контролем».

— Вам известны факты, когда Михаил выпивал и садился за руль? — подключается адвокат актера Эльман Пашаев. 

— Прямо факты?

— Да. 

— Правду-преправду? — уточняет Высоцкий. 

— Да. Или что он делал, когда выпивал? — переформулирует вопрос адвокат. 

— Я лично не был в ситуации, когда он выпивал и садился за руль, и мы ехали. Ситуации, что выпили и Миша хотел сесть за руль, а я у него отнимал ключи, тоже не было.

«Так, как он себя наказывает, никто его не накажет»

Следующий свидетель защиты — подруга Ефремова, актриса и ресторатор Татьяна Беркович. Она рассказывает, что вечером 8 июня была около Московского зоопарка, когда ей позвонили и рассказали об аварии с участием Михаила Ефремова. Уже через 10 минут Беркович была на месте происшествия.

«В [полицейской] машине сидит Ефремов. Я его потрогала. У него вся рука была окровавлена. Он что-то невнятное говорил. Я поняла, что он хочет, чтобы я помогла потерпевшему. И я поехала в больницу», — вспоминает Беркович. 

В НИИ Склифосовского, куда отвезли Сергея Захарова, она познакомилась с его работодателем из интернет-магазина «Деликатеска». По словам Беркович, тот позвонил законной жене Захарова Маргарите, но женщина сказала, что они уже 20 лет не живут вместе — и ее случившееся с ним не касается. Однако слов Маргариты сама свидетель не слышала, ей их пересказал начальник Захарова. 

Через 20 минут в больницу приехала москвичка Ирина Стерхова, с которой жил Захаров. Беркович подчеркивает, что предлагала ей помощь: «Я понимала, что он человек несостоятельный, раз был на такой машине». В момент аварии Сергей Захаров был за рулем курьерской «Лады».

Свидетель поясняет, что против подобной помощи выступил адвокат потерпевших Добровинский. По мнению Беркович, Добровинский «считает, что суд должен построже наказать Ефремова» — и «подливает масла в огонь». Ранее Федеральная палата адвокатов России сообщила, что в отношении Добровинского и Пашаева возбуждены дисциплинарные дела — а сама палата обеспокоена тем, что адвокаты «откровенно используют свою причастность к „громкому“ делу для саморекламы».

«Миша не вышел на улицу с топором и никого не зарубил! Это большая трагедия, — говорит свидетель. — Всем им [пострадавшим] нужна помощь. И помощь может оказать Михаил Ефремов… Я не понимаю, почему сегодня специально создается образ Михаила, что ему будто все равно. Ему не все равно. Так, как он себя наказывает внутренне, никто его не накажет».

К допросу подключается коллега Добровинского, Ирина Хайруллина. 

— Вы только что сказали, что Ефремов себя наказывает. А за что?

— Знаете, если у человека есть совесть, она всегда работает. Я даже не хочу думать о внутреннем состоянии Михаила. Он себя наказывает за все, что произошло в его жизни, за любую мелочь. Он съедает себя изнутри. 

— А за что он себя так винит? — не сдается адвокат Хайруллина. 

— Можно не отвечать на вопрос? — обращается Беркович к судье. Одновременно с заявлением о давлении на свидетеля выступает адвокат Ефремова Пашаев. Между участниками процесса начинается перебранка, и о вопросе все забывают.  

Однако из ответов на следующие вопросы выясняется, что Беркович ни с кем из родственников Сергея Захарова не общалась. Не обсуждала она сама возможную помощь и с Добровинским. Тогда к Беркович обращается адвокат Татьяна Головкина и поясняет, что представляет интересы Виталия Захарова, — и спрашивает, знает ли актриса, кто это.

— Брат? — предполагает свидетель. 

— Нет, старший сын.

В заключение допроса Татьяна Беркович сообщает суду, что Ефремов никогда не садился за руль пьяным, хотя у него и были проблемы с алкоголем. То, что актер употреблял наркотики, свидетель отрицает. «Какие наркотики? Конечно нет!» — говорит она и добавляет, что актер предпочитал виски.

Спустя несколько минут источник ТАСС сообщил, что саму Беркович следствие проверяет на «причастность к поставке Ефремову наркотиков». 

«Хакеры все чаще заставляют машины подчиняться своим командам»

В начале второго — через три часа после начала заседания — в Пресненском суде раздается сигнал тревоги — всех просят покинуть здание суда. Причину эвакуации участникам процесса не объясняют, и спустя полтора часа заседание возобновляется. Начинается допрос эксперта Юрия Фиалко — он по просьбе защиты писал отзыв на техническую экспертизу машины Михаила Ефремова, которую провели на этапе следствия. Самого автора экспертизы, имеющего 30-летний стаж работы, уже вызывали в суд. Он подтвердил, что повреждений в рулевом механизме у джипа актера не было. 

Юрий Фиалко — зарегистрированный Министерством юстиции эксперт по транспортным средствам, у него 20-летний стаж. Фиалко сразу поясняет, что экспертиза проведена «добротно», но ее можно было бы расширить и сделать еще лучше.

«Хакеры все чаще заставляют машины подчиняться своим командам», — зачитывает адвокат Анна Бутырина фрагмент из отзыва Фиалко. И просит пояснить, что именно эксперт имеет в виду. Фиалко немного теряется, но объясняет, что без исследования однозначно ответить на вопрос о том, мог ли кто-то дистанционно подключиться к управлению машиной Ефремова, нельзя. «Дается команда или нет, надо исследовать. Все вопросы, связанные с транспортом, надо исследовать», — говорит он. 

Следом идет фрагмент отзыва, где говорится о возможных причинах ДТП в связи с внезапным ускорением автомобиля, зачитывает адвокат Сергей Аверцев: «При получении неожиданной вести, телефонного звонка, ослепления лучом лазера, выброса отравляющих паров и веществ через кондиционеры и других неожиданных факторов». 

— Это влияет на ускорение автомобиля? — интересуется Аверцев. 

— Вы не можете утверждать [ничего], пока это не исследовано, — придерживается выбранной тактики ответов эксперт Фиалко. 

— Эти факторы оказывают влияние на автомобиль или на водителя? — задает ему вопрос судья Абрамова. 

— И на автомобиль, и на водителя, — говорит эксперт и приводит в пример ситуацию, когда водители кладут под сидение бутылку с водой, а та попадает под педаль и провоцирует аварию.

— Так это влияет на водителя или на автомобиль? — повторяет Абрамова. 

Начинается спор. Среди криков слышен голос Ефремова: «Влияет на аварию!»

Когда все успокаиваются, адвокат Аверцев продолжает. Его интересует вывод эксперта о том, что к ДТП может привести и то, как «клиент» (именно так говорится в отзыве) воспринимает цвет машины пострадавшего Захарова. Эксперт возмущается, что его слова вырывают из контекста и искажают. Адвокаты опять начинают спорить. 

— Как вы считаете, эксперт, исследующий автомобиль, должен исследовать состояние водителя? — обращается к эксперту адвокат Аверцев. 

— Нет. 

— А тогда зачем это?

— Понимаете, эксперт должен владеть всей информацией, которой возможно, — пытается объяснить Фиалко.

Но адвокат его не понимает и вновь задает вопрос. Тогда на помощь эксперту приходит сам обвиняемый. «Для анализа событий», — выкрикивает Михаил Ефремов. 

— Для анализа событий, — повторяет Фиалко. 

— А у нас Михаил Олегович теперь эксперт? — удивляется адвокат Ирина Хайруллина. 

— Побольше, чем вы! — отвечает актер. Судья Абрамова делает ему замечание с занесением в протокол. 

Адвокат Бутырина обращает внимание суда, что в отзыве Фиалко есть и другие странные моменты — например, эксперт пишет о возможном влиянии на аварию «энергетической дыры, аномалии». Адвокат просит эксперта пояснить, куда должны были обратиться следователи, чтобы изучить этот фактор. Фиалко долго не хочет отвечать. Но под давлением судьи наконец говорит: «Есть такая организация „Космопоиск“. Они исследуют разные аномальные места». 

— А куда должны были обратиться следователи, чтобы исследовать «энергетические сгустки»? — продолжает адвокат Бутырина. 

— Я думаю, следователи достаточно компетентны, — говорит Фиалко.

Он поясняет, что все перечисленные в отзыве факторы — не более чем попытка смоделировать различные ситуации, при которых может произойти автомобильная авария. 

— То есть вы фантазировали? — спрашивает с улыбкой судья Елена Абрамова. 

— Там есть элемент фантазии, но это на основании реальности. Мы же не просто сели и сделали из ничего фантастическую пьесу. 

В конце допроса Фиалко признается, что не может вспомнить ни одной экспертизы, которая бы исследовала такие вопросы. Хотя с удовольствием бы в таких поучаствовал.

«Ефремов извинился перед зрителями за то, что они не увидят его в ближайшее время на экранах»

«Это самый публичный поэт России», — представляет адвокат Пашаев своего последнего на сегодня свидетеля Андрея Орлова. И тут же обращается к сидящим напротив Добровинскому, Бутыриной и Хайруллиной: «Покажите, пожалуйста, свою воспитанность». 

У Андрея Орлова тихий голос. Он рассказывает, что узнал об аварии из новостей. И сразу же попытался связаться с другими друзьями Ефремова. «Мне сказали, что какая-то помощь непосредственно в эту минуту не требуется», — вспоминает Орлов. 

«Когда я увидел в новостях, что катафалк с телом погибшего движется в Рязанскую область, у меня было много разных причин [туда поехать]», — говорит Орлов. И объясняет, что под Рязанью вырос его отец, а он сам проводил много времени в тех местах, когда был ребенком. «У меня было личное, — еще раз повторяет Орлов. — Я с Ефремовым не связывался. Я взял на себя ответственность поехать со своей любимой женщиной туда. Это было эмоциональное». 

У могильной ограды, где похоронили Сергея Захарова, Орлов оставил венок с надписью «От друзей и семьи». Через девять дней его заметили родственники Захарова и выбросили.

Андрей Орлов признается, что у него было желание с ними встретиться в день похорон, но он понимал «невостребованность» своего появления. Поэт добавляет, что по дороге написал стих о произошедшем, и предлагает его прочитать. Но судья Абрамова говорит, что такой необходимости нет. 

Кроме кладбища, Андрей Орлов побывал в церкви, где отпевали Сергея Захарова, и пообщался с местным священником. «Отец Геннадий попросил меня передать Мише слова молитвы и покаяния», — вспоминает он. 

Поэт подтверждает, что среди друзей Ефремова обсуждалась возможность помочь семье Захарова. Но Орлов объясняет, что сам в итоге не стал предлагать им деньги, так как прочел заявление адвоката Добровинского о том, что им ничего не нужно. 

Про Ефремова Андрей Орлов говорит не так много, хотя и считает его близким другом. Они знакомы 42 года. «Я могу охарактеризовать Ефремова как спорную, гиперталантливую и гиперработоспособную личность. У него много достоинств и много недостатков, — рассказывает Орлов. — Я могу говорить о нем много. Но боюсь, что часть рассказа будет неинтересна, а часть пойдет во вред». Судья Абрамова улыбается.  

— Часто ли Ефремов употреблял алкоголь? — спрашивает у свидетеля адвокат Пашаев. 

— Я не знаю, что такое часто. Я знаю людей, которые пьют каждый день, и это не мешает им работать. Если вы хотите спросить, пил ли Ефремов, так он никогда этого не скрывал. И я не скрываю. 

При этом Орлов отмечает, что никогда не видел Ефремова пьяным за рулем. Неизвестно ему и о том, что актер употреблял наркотики. 

В ответ на вопросы адвокатов семьи Захарова поэт рассказывает, что ему неизвестно о том, что Ефремов извинился перед потерпевшими. Но Орлов отмечает, что видеообращение Ефремова было адресовано и им.

— За что, с вашей точки зрения, извинился [в видеообращении] Михаил Ефремов? — спрашивает адвокат Бутырина. 

— Ефремов извинился перед зрителями за то, что они не увидят его в ближайшее время на экранах. Извинился перед семьей и друзьями, и всеми, кого подставил. Это попытка человека вообще начать говорить в этой шоковой ситуации. 

— А в чем заключалась подстава? — интересуется Бутырина. 

— Возможность тюремного заключения на много лет — это крайне неприятно для семьи. Невозможность ее финансировать при трех несовершеннолетних детях. Это извинения и передо мной за то, что его не будет на ближайших запланированных концертах. 

— Перед потерпевшими тоже? — перебивает его адвокат Пашаев. 

— Перед ними, если примут [извинения]. Он же сказал, — говорит Орлов. — Задайте этот вопрос Ефремову. Я думаю, он лучше скажет, перед кем и за что извиняется. 

Последней вопрос свидетелю задает судья Елена Абрамова. Она спрашивает, общался ли Орлов с другом после аварии. 

— Только передавал приветы и сигареты через тех, с кем ему можно общаться, — говорит Андрей Орлов. — Даже зная, что ему можно читать интернет, я не пытался с ним выйти на связь. О чем иногда жалею. 

Мы не сдаемся Потому что вы с нами

Кристина Сафонова

Реклама