Перейти к материалам
истории

«Дни»: драма без слов и движений о любви и одиночестве От фаворита всех европейских фестивалей Цая Минляна

Источник: Meduza
Homegreen Films / Berlinale

Берлинале 2020 года славится экспериментальной программой, в которой практически нет идеального «коммерческого» кино, но зато собраны ни на что не похожие картины. Фильм малайзийского режиссера Цая Минляна стал событием для фестиваля — художник, награжденный в прошлые годы и в Каннах, и в Берлине, и в Венеции, вернулся в кино впервые за семь лет. В «Днях» почти нет диалогов и движения камеры — это «медленное кино», напоминающее видеоарт. Кинокритик «Медузы» Антон Долин рассказывает, как Цай Минлян создал очередное произведение искусства.

Слово «гений» считается устаревшим и немного смешным атавизмом из романтической эпохи, что, впрочем, не мешает многим художникам тайно мечтать об этом титуле. Другие, вроде, не мечтают, но их гениальность кажется неоспоримой. Таков Цай Минлян — уроженец Малайзии, живущий и работающий в Тайване (хотя снимал и во Франции, а новый фильм — в Бангкоке), вдохновитель и лидер течения, названного критиками «медленным кино». Он фаворит фестивалей, увешанный наградами — каннскими, венецианскими, берлинскими. Начиналась его слава с «Золотого льва» за картину «Да здравствует любовь», присужденного жюри под началом Дэвида Линча. Но сам Цай Минлян, кажется, мало ценит трофеи и уж точно ни разу не воспользовался ими в коммерческих целях. Он снимает сугубо минималистское малобюджетное кино. В главной роли всегда занимает одного и того же актера — Ли Каншэна можно назвать соавтором и музой режиссера. Цай Минлян никогда не пытался выйти к более массовой аудитории. 

Более того, с годами эта аудитория стала уменьшаться. В 2013-м Цай снял «Бродячих псов», самый медленный и экспериментальный свой фильм. Несмотря на восторги прессы и приз в Венеции, в прокат большинства стран он не вышел, зато был показан во многих музеях современного искусства. Режиссер прочитал сигнал от вселенной: последующие его проекты все меньше походили на кино (были спектакли, видеоарт, цикл перформансов и даже VR), с которым он, по его собственным словам, распрощался. На Берлинале-2020 случилась микро-сенсация — вышел новый фильм Цая Минляна. 

«Дни» начинаются не на черном, как это бывало раньше, а на ослепительно-белом фоне — очевидно, символически отражающем название фильма. Первое же предупреждение от автора: субтитров в картине нет, и это осознанное решение. Речь иногда звучит, но это такой же фон, как звук проезжающих автомобилей, шум дождя, ночной стрекот насекомых или пение птиц поутру. 

На экране мы видим неподвижно сидящего в кресле Ли Каншэна — одного из двух героев фильма. На нем белая футболка. Рядом на столе — стакан воды. Ли смотрит на окно (и на нас). За окном шумят деревья, ветрено. Этот, кажется, бесконечный план — минут пять-шесть, не меньше, — первый тест на терпение для непривычного зрителя. Несколько человек успели выйти из зала, не дождавшись его окончания. Чуть позже нам предстоит еще дольше наблюдать, как второй герой — актер-дебютант, живущий в Бангкоке эмигрант из Лаоса Анон Хонхынсай, — в своей убогой квартирке готовит обед. Как отмечали киноведы, «медленное кино» рифмуется с движением «слоуфуд», оба являются протестом против «макдональдизации» общества и культуры. Герои Нон и Кан будут бесцельно слоняться по улицам, хотя один из них, вроде бы, вполне обеспечен, а второй — нет. Каждый будет долго, тщательно принимать душ. Однажды они встретятся в комнате отеля. Выяснится, что Нон — профессиональный массажист, заодно оказывающий эротические услуги. А Кан болен чем-то необъяснимым: от болей в голове и теле не помогает никакая медицина. 

Berlinale — Berlin International Film Festival

Неизменная тема кинематографа Цая Минляна, для выражения которой он постоянно находит новые художественные средства, — одиночество, непонятность, неприкаянность человека в большом городе. В «Днях» экзистенциальное одиночество взрослого обеспеченного мужчины встречается с социально обусловленным одиночеством молодого нищего мигранта (Цай безразличен к политической моде, но он сам мигрант и крайне чувствителен к этой теме). В любом случае, совершенно неважно, бывали ли вы в Бангкоке или в Тайване, что знаете о современной Азии, пробовали ли лаосскую кухню, как относитесь к гомосексуальным отношениям (Цай в своих фильмах исследовал любые формы сексуальности, отдавая предпочтение отношениям мужчины и женщины, но иногда включая в уравнение самые странные компоненты, от арбузов до рыб). Это кино о потребности в любви и моментах непрошеного счастья универсально, оно для всех и про всех. Потому обходится без слов и не нуждается в переводе. 

Тема необъяснимой болезни, будто вызванной бациллой одиночества, неожиданно рифмуется с захлестнувшей азиатский мир инфекцией коронавируса и связанной с ней паникой, заставляющей людей бояться контакта и сторониться друг друга. Но какими бы документальными по своей природе ни были длинные статичные планы-эпизоды в фильмах Цая, меньше всего они стремятся отразить реальность. Наоборот, его метод, пронизанный поэзией абсурда, позволяет видеть метафору и даже чудо в самых будничных действиях или событиях. Зрители смеются как дети, когда за бликующими окнами заброшенной многоэтажки им удается рассмотреть кота — тот переходит из помещения в помещение, чувствуя себя хозяином дома и становясь хозяином экрана. И чувствуют себя растроганными до слез, когда слышат единственный музыкальный саундтрек «Дней» — переложение темы из чаплинских «Огней большого города» для грошовой музыкальной шкатулки, купленной на рынке. 

Обычно когда мы смотрим кино, то с уверенностью можем назвать фильм хорошим или плохим, но часто усомнимся в том, считать ли его произведением искусства (еще одно устаревшее понятие!). С Цаем Минляном все наоборот: ты никогда не можешь быть уверен, что созданное им зрелище можно назвать фильмом. Но никогда не сомневаешься: перед тобой произведение искусства.   

Антон Долин

Реклама