«Еретик» — религиозный хоррор с неожиданной (и лучшей со времен «Облачного атласа») ролью Хью Гранта Циничный прагматик с помощью игр разума испытывает на прочность веру двух молодых миссионерок
В российских кинотеатрах выходит «Еретик» — новый хоррор студии А24, снятый сценаристами «Тихого места» Брайаном Вудсом и Скоттом Беком. Фильм рассказывает о двух молодых мормонских миссионерках, которые оказываются в доме педантичного и циничного мужчины, решающего испытать их веру. Кинокритик «Медузы» Антон Долин считает, что это самая яркая роль Хью Гранта за последние 12 лет, а сама картина хоть и пытается казаться чересчур заумной, вполне может доставить удовольствие не только поклонникам фильмов ужасов.
«С большой силой приходит большая ответственность», — назидательно напоминает мистер Рид, представительный немолодой джентльмен, сестре Барнс и сестре Пакстон — мормонским миссионеркам, заявившимся к нему домой. «Знаю, это из „Человека-паука“!» — оживляется Пакстон, гордая познаниями в чуждой ее верованиям поп-культуре. «Из Вольтера», — снисходительно поправляет ее Рид.
Точно так же относится к зрителю «Еретик» — амбициозный хоррор с претензией на философию, снятый для студии A24 режиссерским дуэтом Брайана Вудса и Скотта Бека (широкой публике они лучше всего известны как сценаристы «Тихого места»). Будто бы авторам этого запутанного фильма заведомо известно больше, чем вам. Но и в случае Вудса с Беком, и в случае эрудированного мистера Рида это лишь искусный блеф.
Аудитория хорроров оценивает фильмы по своим критериям качества, но вряд ли даже она назовет «Еретика» безоговорочно хорошей картиной. Слишком многие концы не сходятся, чересчур широк замах и стандартны, если не сказать шаблонны, кульминация с развязкой. Многовато разговоров, маловато экшна. К тому же, как и во многих фильмах ужасов, с какого-то момента здесь полностью перестает работать простая обывательская логика, от чего авторы заведомо отмахиваются ссылкой на парадокс Чжуан-Цзы и бабочки. Ленивый ход уж точно не блещет оригинальностью. Появление бабочек в кадре не делает ход более свежим.
Однако это не мешает «Еретику» быть интересным фильмом — и с точки зрения концепции, и по части формального исполнения, и в самом прямолинейном смысле: даже испытывая раздражение, просмотр не бросишь — хочется узнать, как авторы вывернутся. Тут велика заслуга корейского оператора Чон Чон-Хуна («Олдбой» и ряд других фильмов Пак Чхан-Ука, а также «Оно» и «Вонка»), умеющего снять замкнутое пространство так изобретательно и нестандартно, будто оно бесконечно. В конечном счете «Еретик» гораздо любопытнее, чем простая попытка подарить неожиданное амплуа кумиру англофилов Хью Гранту, которому явно опостылели чопорные и слащавые ромкомы.
Этот аспект тоже не стоит недооценивать. «Еретик» — несомненно лучшая роль Гранта за последнее десятилетие; в последний раз он так отрывался в «Облачном атласе». Его мистер Рид — воплощенная здравость, взвешенность и разумность, которые часто ассоциируются с научным атеизмом. Священные тексты он знает наизусть, как настоящий ученый, хотя религиозные иллюзии и манипуляции презирает. Чтобы совершить убедительный для зрителя переход из британской рациональности в пространство чистого безумия, недостаточно выдающейся актерской техники — необходимо вдохновение. Нет сомнений, сценарий «Еретика» вдохновил и увлек Гранта всерьез.
Почти в той же степени интересны оппонентки его героя. Нервная блондинка Пакстон (актрису Хлою Ист вы могли заметить в спилберговских «Фабельманах») сомневается в себе; молчаливая и спокойная брюнетка Барнс (Софи Тэтчер из «Шершней» и «Бугимена») уже обратила многих, но ее самоуверенность подрывают травмы из далекого прошлого. Обе в высшей степени непохожи на шаблонных религиозных фанатичек: Пакстон посматривает порно, находя в нем доказательство божьего бытия, а Барнс готова посмеяться над главным священным текстом своего движения, «Книгой Мормона».
Визит к мистеру Риду для них — рядовая, но не дежурная миссия, обе всерьез хотели бы убедить его присоединиться к единственной истинной церкви. При этом девушкам хватает здравого рассудка, чтобы не входить сразу в жилище приветливого чужака — протоколы требуют, как минимум, убедиться, что в доме есть женщина. К несчастью сестер, жена Рида уже поставила в духовку черничный пирог, аромат которого будто приглашает зайти. Уже сев за стол, они с ужасом поймут, что запах исходит от ароматической свечи, входная дверь заблокирована хитроумным механизмом, а телефоны не ловят сигнал.
Вот и идеальный тест для подлинности веры, считает мистер Рид. Не прибегая к прямому насилию или запугиванию, он убеждает сестер, что разблокировать дверь не в состоянии даже он сам. А потому им придется искать выход с другой стороны дома и для этого выбрать одну из дверей: на одной написано «Вера», на другой — «Безверие». Начинкой этого страшноватого пирога становится дискуссия об оригинале и копиях (на примерах игры «Монополия» и песни Radiohead «Creep»), о природе чудес и иллюзий — и, наконец, о власти и контроле, из которых любая, без исключений, религиозная практика и состоит. Нюанс в том, что сам Рид — никакой не еретик, а циник и прагматик. Даже фокусы интересуют его исключительно с точки зрения разоблачения, раскрытия трюка.
Перед нами — редкий пример идеологической структуры, в которой симпатии зрителя на стороне верующих, еще и представителей религиозной организации с сомнительной репутацией. Напротив, воинствующий атеист оказывается маньяком с изворотливым и беспощадным умом.
«Еретик» — характерный документ постсекулярной эпохи, доказавшей, что избавление от предрассудков и ритуалов прошлого отнюдь не путь к гуманистическим идеалам, а часто совсем наоборот. На фоне новых войн и конфликтов, нередко с религиозной подоплекой, и прихода к власти в США кумира верующих консерваторов месседж «Еретика» звучит несколько надуманно. С другой стороны, как деревянная модель-головоломка дома, которую мастерит мистер Рид, фильм Бека и Вудса все-таки прежде всего стремится немного занять и развлечь нас — ничего сверх того. Эту работу он выполняет превосходно. А если вдруг сработает как религиозный буклет и заставит на досуге о чем-то задуматься — тем лучше.
Мы запустили «Плот» — телеграм-канал, где говорят о культуре в эпоху плохих новостей. Каждый день редакторы «Медузы» Софья Воробьева и Антон Хитров рассказывают о кино, сериалах, музыке, литературе и современном искусстве. Подписывайтесь: будем вместе спасаться в бурю.
Антон Долин