Перейти к материалам
истории

Как устроена система интернет-цензуры в Китае и что у нее общего с российской? Объясняет эксперт по китайскому интернету

Источник: Meduza
Wang Zhao / AFP / Scanpix / LETA

В марте 2021 года власти России начали очередное наступление на западные интернет-сервисы. От замедления твиттера Роскомнадзор перешел к угрозам вообще заблокировать эту соцсеть на территории России в случае отказа удалить некий «запрещенный контент» (под которым, как выясняется, имеются в виду в том числе аккаунты негосударственных СМИ). По многим причинам «Великий российский файрвол» по модели китайского в России невозможен. Но многие российские чиновники, провластные СМИ и комментаторы уже давно с одобрением высказываются о «китайской модели» регулирования интернета и призывают ввести как минимум некоторые ее элементы и в России. О том, как реально устроена интернет-цензура в современном Китае и при чем тут паровые пирожки, «Медузе» рассказал китаист и специалист по цифровым технологиям Леонид Ковачич.

Леонид Ковачич

китаист, специалист по цифровым технологиям

В китайском интернете есть темы, которые были запретны с самого начала. Их не так много: это все, что касается сепаратизма, вопросы независимости Тибета и Синьцзяна, протесты на площади Тяньаньмэнь в 1989 году (это прямо табу), все, что связано с движением «Фалуньгун», и, конечно, любая критика Коммунистической партии Китая (КПК) и центральных властей. Но указывать на какие-то проблемы с чиновниками местного уровня не возбраняется. 

При этом наглухо закрыть доступ к иностранным СМИ для китайских властей не так важно. Если кто-то очень захочет почитать New York Times и фейсбук или твиттер, он это сделает. Политика состоит в другом: сделать так, чтобы основная масса населения потребляла исключительно контент из местных ресурсов, подконтрольных Коммунистической партии. Поэтому создавались практически все местные аналоги существующих мировых сервисов: есть аналог твиттера (Weibo), есть аналог фейсбука (Wechat), аналог ютьюьба (Youku) и так далее, даже аналог сервиса вопросов-ответов Quora (Zhihu) и поисковой системы по научным работам Google Scholar (Baidu Wenku). 

И все эти ресурсы переводятся под жесткий контроль КПК. В начале 2010-х годов не существовало обязательной государственной регистрации для китайских блогеров, если они не являются известными личностями и не представляют какие-то структуры или юридические лица. Но уже в середине 2010-х всех блогеров обязали регистрироваться с использованием реальных имен и подтверждающих личность документов. Кроме того, в 2013 году появилась ответственность за публикацию недостоверной или ложной информации, так называемый закон о слухах и домыслах. В эту категорию, конечно, попадала любая критика центральных властей. Ответственность вплоть до уголовной по этому закону наступает при перепубликации сообщения более 500 раз или при количестве просмотров больше 5000. А 500 репостов в масштабах китайского интернета — это ничто, то есть под действие этого закона попадает практически любой пост в китайских соцсетях с информацией, которая не обязательно недостоверная, но не нравится властям.

Именно это и произошло с известным китайским врачом Ли Вэньляном, который пытался предупредить коллег о том, что в стране распространяется некая новая инфекция, очень похожая на вирус атипичной пневмонии. И у него возникли проблемы как раз с законом о слухах и домыслах. Его вызвали в соответствующие органы, он вынужден был там давать объяснения, а потом публично признать, что он виновен в публикации недостоверной информации. Информация, конечно же, оказалась достоверной, и сам Ли Вэньлян скончался от той самой коронавирусной инфекции, о которой он пытался всех предупредить. 

А уже в начале 2021 года власти Китая — то есть Государственная канцелярия по делам интернет-информации — опубликовали новые правила, по которым пользователи интернета и соцсетей, в том числе блогеры, не имеют права самостоятельно публиковать информацию о политике, военной сфере, экономике, социальной сфере и так далее без соответствующей аккредитации в качестве СМИ. Это очередной шаг к ужесточению цензуры — по сути, кроме картинок с котиками и фотографий еды, в китайской блогосфере все меньше тем, на которые можно рассуждать относительно свободно. 

Но даже и с едой и котиками есть определенные ограничения. Например, запрещены картинки с Винни-Пухом после того, как пользователи интернета однажды сравнили с ним председателя КНР Си Цзиньпина. Кроме того, запрещено публиковать изображения китайских паровых пирожков — тоже после того, как Си Цзиньпина сравнили с таким пирожком. И на протяжении многих лет шла такая игра в кошки-мышки: власти Китая постоянно расширяют список запрещенных слов, по которым блокируется контент, а пользователи пытаются как-то обойти эти ограничения. Сначала они называли какие-то вещи кодовыми словами — типа того же парового пирожка. Потом они стали публиковать просто картинки или фотографии, чтобы обойти текстовые фильтры в машине цензуры. Но администраторы соцсетей в ответ на это начали внедрять системы искусственного интеллекта с функцией распознавания изображений для отслеживания такого контента. Поэтому тот же Винни-Пух или изображение пустого стула — это отсылка к китайскому диссиденту Лю Сяобо, которого не выпустили из страны на вручение Нобелевской премии, — уже автоматически блокируются алгоритмами. 

А сейчас в Китае набирают популярность сервисы для стриминга — именно потому, что общение происходит в прямом эфире и модерация контента затруднена. Но технологии искусственного интеллекта теперь позволяют распознавать и живую речь и вычленять из нее ключевые слова. И если алгоритм отмечает стрим как подозрительный, то модератор получает сигнал и начинает в ручном режиме отсматривать этот стрим. И если там речь идет на какие-то запрещенные или политически неблагонадежные темы, то эфир принудительно прекращается, а начавшему его пользователю ограничивают доступ к платформе. 

То есть технологии постоянно развиваются, неподцензурный разговор становится все более затруднительным. Когда появился Clubhouse, то первую неделю в Китае он пользовался бешеной популярностью, именно потому что казалось, что это новая форма свободного общения. Но власти Китая достаточно быстро «Клабхаус» запретили. 

Правда, насколько все эти технические инновации в области цензуры являются домашним китайским продуктом — вопрос дискуссионный. Любой прогресс основан на системах с открытым исходным кодом. Естественно, китайские разработчики дорабатывают какие-то приложения под собственные нужды. Например, для машинного обучения китайские программисты активно используют западные платформы типа Tensorflow, Pytorch и так далее. А собственных популярных платформ для машинного обучения в Китае нет. Какие-то попытки их разработать были — например, поисковик Baidu пытался разработать свое решение для машинного обучения, — но они даже на внутреннем рынке популярностью не пользовались. 

Поэтому все китайские разработки в области искусственного интеллекта и машинного обучения, которые в том числе используются в цензурных алгоритмах, опираются на плоды западного научно-технического прогресса. И китайцы об этом постоянно говорят — что надо развивать собственные фундаментальные инновации, этому посвящена значительная часть нового пятилетнего плана развития Китая, который был недавно принят. Это важный момент — все эти технические разработки на самом деле являются надстройкой, адаптацией западных технических инноваций к китайским реалиям.

А вот так устроена китайская пропаганда для российской аудитории

Это полный фейспалм Китай начал агрессивно продвигать себя через российские СМИ, но результат получается комичный. Оказалось, что КНР не хватает умелых пропагандистов

А вот так устроена китайская пропаганда для российской аудитории

Это полный фейспалм Китай начал агрессивно продвигать себя через российские СМИ, но результат получается комичный. Оказалось, что КНР не хватает умелых пропагандистов

Мы не сдаемся Потому что вы с нами

Записал Алексей Ковалев

Реклама