истории

Стыдные вопросы про феминизм Чего добиваются женщины и что им мешает?

Meduza
11:59, 6 марта 2017

Фото: Andreas Solaro / UPPA / Photoshot / Scanpix / LETA

Феминистскому движению больше века — за это время случилось несколько его волн, а женщины вроде бы добились многого. Например, права голосовать на выборах, рожать или не рожать (впрочем, не везде) или носить короткие юбки (тоже не везде). При этом в 2017 году в России слово «феминистка» нередко используют как оскорбление, а в эфире федерального канала рассуждают о том, что женщина сама виновата в изнасиловании. «Медуза» отвечает на самые распространенные вопросы о феминизме.

Феминизм — это когда женщины главнее мужчин?

Вовсе нет, не надо путать феминизм и матриархат. Феминизм — это движение за права женщин, против их дискриминации по половому признаку. Это значит, что у женщин не должно быть меньше политических, экономических и гражданских прав просто потому, что они женщины; а еще их права должны соблюдаться на практике. Суть феминизма хорошо отражает знаменитая цитата публицистки Мэри Шир: «Феминизм — это радикальное мнение, что женщина — человек». Чем феминизм точно не является, так это «движением, которое заставляет женщин бросать своих мужей, убивать детей, заниматься колдовством, разрушать капитализм и становиться лесбиянками» (как утверждал в начале 1990-х один американский телепроповедник).

То, что феминистки хотели бы истребить или подчинить мужчин, конечно, глупости. Даже радикальный феминизм, часто занимающий жесткие позиции (а у феминизма несколько волн и течений, включая интерсекциональный и трансфеминизм), — это не про мужененавистничество, а про борьбу с патриархатом, системой, где власть на всех уровнях, будь то семья или политика, сосредоточена в мужских руках. Другая концепция радикального феминизма — сепарация — говорит, что от мужчин просто не стоит ждать ничего хорошего, поэтому необходимо отвергнуть все отношения, построенные по патриархальному принципу, и создавать свои социальные институты только для женщин.

Еще одной радикальной позицией может быть трансэксклюзивность, — отказ представлять интересы трансгендерных женщин, чей биологический пол при рождении был мужским. Впрочем, в феминистском мейнстриме такие взгляды непопулярны: он открыт и для гендерквир-людей, и для женщин любой сексуальной ориентации.

О каком равенстве может идти речь, если женщины и мужчины биологически разные?

Биологические различия между людьми женского и мужского пола, конечно, есть. Но это не означает, что у мужчин и женщин должны быть разные права и свободы — точно так же, как одинаковые права должны быть у людей с разным цветом кожи. Наличие или отсутствие каких-то органов или физических способностей не делает один из полов лучше, не дает их обладателям автоматически больше привилегий и не означает, например, что именно они должны принимать решения в семье или получать больше денег при той же профессиональной квалификации. К тому же биологический пол и его социальное восприятие, то есть гендер, — разные вещи, которые не всегда совпадают.

Попытка доказать превосходство мужчин над женщинами при помощи биологии строится на идее, что власть связана с силой, в том числе физической. Однако разница в росте, весе и силе между самими мужчинами бывает больше, чем между среднестатистическими мужчиной и женщиной. Так что дело тут все-таки не в том, какими ролями нас якобы наградила природа, а в привычке отождествлять с мужчинами одни черты (смелость, властность, решительность), а с женщинами — другие (терпение, слабость, заботливость).

Зачем менять традиции, которые существовали веками? Пусть мужчины занимаются «мужским», а женщины — «женским», и все будут счастливы

Во-первых, счастливы не все. И если мужчин текущее положение дел беспокоит в меньшей степени, то женщины все-таки хотят большего. По данным прошлогоднего исследования «Левада-центра», за то, чтобы женщины имели права, полностью равные с мужчинами, высказались 51% опрошенных россиян и 75% опрошенных россиянок. Это, в частности, касается женщин во власти (то есть традиционно «мужском» деле): право женщин занимать высшие государственные посты наравне с мужчинами поддерживают 78% участниц опроса и лишь половина участников. 

Демонстрация суфражисток, Нью-Йорк, 1912 год
Фото: The Library of Congress

Во-вторых, на протяжении всего ХХ века роли мужчин и женщин менялись — и чаще именно по женской инициативе. Взять хотя бы избирательное право, за которое суфражистки боролись с конца XIX века. Благодаря этому женщины в США получили право голосовать на выборах в 1920 году, а в Великобритании в 1928-м (первыми были жительницы Новой Зеландии, в 1893-м, последними — женщины Саудовской Аравии, впервые проголосовавшие в 2015-м). А ведь когда-то участие в политической жизни страны считалось неженским делом — как и, например, служба в армии (сейчас женщины могут служить в 38 странах, в том числе в России). Так что придется признать, что наши представления о «мужском» и «женском» обусловлены ходом истории и гендерными стереотипами, а не каким-то незыблемым порядком вещей.

Почему тогда не все женщины — феминистки?

Женщины, конечно, не обязаны быть феминистками. У феминизма нет задачи что-либо навязывать женщинам; наоборот, одна из его целей — дать им возможность самостоятельно выбирать жизненный сценарий и иметь условия для его реализации. Например, чтобы общество не диктовало, как должна или не должна вести себя женщина, рожать ей — или делать аборт. Более того, вполне можно быть домохозяйкой, женой, матерью и феминисткой. Главное, чтобы это было личным и осознанным выбором женщины (тут, правда, встает вопрос, насколько подобный выбор в нынешних условиях может быть свободным; особенно если семья и общество твердят о том, что главные события в жизни женщины — это свадьба и роды).

Выбрать путь равноправия не так просто, когда у тебя меньше не только культурных, но и финансовых условий для независимости. Женщинам сложнее сделать карьеру в определенных областях, и во всем мире, включая Россию, они получают заметно меньше мужчин. По некоторым оценкам, зарплаты мужчин и женщин на одинаковых должностях сравняются только к 2059 году.

Участницы митинга, посвященного защите прав женщин, Санкт-Петербург, 2016 год
Фото: Руслан Шамуков / ТАСС / Scanpix / LETA

Не стоит забывать и о том, что некоторые женщины поддерживают сексизм. Существует понятие интериоризированной мизогинии — женоненавистнических взглядов, которые перенимают сами женщины. Мнение, что «все бабы дуры», стремление общаться только с мужчинами и дистанцироваться от других женщин («я не такая») — это и есть отношение к женщинам как к людям «менее качественным», свойственное патриархальной системе. И такое отношение, как ни парадоксально, можно встретить и у самих женщин.

В конце концов, многие женщины не хотят называть себя феминистками, хотя разделяют идеи равноправия. Просто потому что феминизм в России (и не только) нередко считается чем-то маргинальным, а феминистки — неопрятными, агрессивными или несчастными в личной жизни. Стоит заметить, что одна из самых популярных современных феминисток выглядит так (но вообще каждая женщина имеет право выглядеть так, как ей самой хочется).

А мужчины могут быть феминистами?

Безусловно, мужчины могут разделять феминистские взгляды. Вопрос в том, может ли мужчина при этом называться феминистом. Если рассматривать феминизм как женское движение за права и свободы женщин, то мужчина может быть скорее союзником и единомышленником. Для большей точности сами феминистки используют по отношению к таким мужчинам термин «профеминист».

Если же говорить о движении за гендерное равенство, то и в нем есть место мужчинам. Речь не только об отказе от дискриминации женщин: ведь патриархальные стереотипы мешают и самим мужчинам. Им тоже отводится ограниченная роль («добытчика», «сильного пола») с четко прописанными характеристиками «настоящего» мужчины. Например, в этой патриархальной картине мужчина не имеет права на сильные чувства или слабость («парни не плачут», «не будь как девчонка»), не должен заниматься «женскими» делами вроде готовки или воспитания ребенка и ему лучше не выбирать «немужскую» профессию (например, маникюрщика или пловца-синхрониста).

Есть, правда, мнение, что мужчины не могут принести пользы феминистскому движению (даже если это Бенедикт Камбербэтч), поскольку при всем желании не способны полностью избавиться от патриархальных установок и привилегий.

А можно разделять идеи феминизма, но не заявлять об этом все время?

Феминизм становится все популярнее как система личных взглядов, в которой быть феминисткой не обязательно значит быть активисткой, то есть участвовать в акциях протеста или публично защищать права женщин, хоть в СМИ, хоть в фейсбуке. Это вызывает дискуссии о том, может ли феминизм быть «комфортным», «индивидуальным» — или же он неотделим от политики, от острых тем. Суть в том, что можно считать важными права и проблемы женщин — и не говорить об этом, но и делу это особо не поможет.

В любом случае феминистская оптика помогает замечать как прямую дискриминацию или насилие в адрес женщин, так и нехватку мощных женских ролей в кино, сексизм в прессе или в репликах собеседника — и это неизбежно вызывает реакцию. Поэтому феминизм все-таки подразумевает активную позицию, а ее границы каждая определяет для себя сама (или сам).

В России давно равноправие. Если у женщины что-то не получается, дело только в ее способностях, а не в том, что она женщина. Разве нет?

То, что мы живем в стране давно победившего равноправия, — заблуждение. Несмотря на мощное женское движение начала ХХ века, тот факт, что избирательное право русские женщины получили раньше немок или француженок, а советская женщина могла стать космонавтом или трактористкой (с 1930-х по 1950-е годы их допускали и к «тяжелым» профессиям, но в тот же период были запрещены аборты), в СССР, по сути, не было феминизма. Считается, что у женщин (да и мужчин) были не столько права и свободы, сколько обязанности. При этом женщины не просто трудились наравне с мужчинами — помимо оплачиваемой работы на них ложились еще и все «женские» дела по уходу за домом и воспитанию детей.

Проблема актуальна до сих пор — и в этом смысле положение дел в России не слишком отличается от общемирового. В 2016 году исследователи собрали данные по 217 странам и выяснили, что уборка, готовка, уход за детьми и пожилыми родителями выливаются у женщин за всю жизнь в 23 года дополнительной работы, от которой мужчины в основном избавлены. По последним данным, женщины делают в два раза больше домашней работы, чем мужчины, причем часто отказываются ради этого от карьеры или образования.

Мастер Нижегородского автозавода обучает работе деревенскую девушку, 1932 год
Фото: Аркадий Шайхет / ТАСС

Профессиональную деятельность женщин также ограничивают гендерные стереотипы. И хотя трудовая дискриминация по полу и возрасту в России запрещена, мы лидируем по числу закрытых для женщин профессий, а многие компании по-прежнему предпочитают рассматривать на определенные (в том числе руководящие) позиции только мужчин. Женщинам сложнее добиться признания в науке, ну и, конечно, сохраняется гендерный дисбаланс в оплате труда.

Кроме этого, распространено мнение, что для успеха в жизни, некоего «женского счастья», женщине нужны любовь и семья, а карьера второстепенна или вовсе этому вредит. Поэтому утверждение, что перед женщинами открыты все двери, им ничто не мешает и все зависит только от их способностей, — некорректное.

Чего добился феминизм?

Избирательное право, высшее образование, возможность контролировать деторождение, право работать и владеть недвижимостью, заниматься политикой или футболом, занимать руководящие должности — большинство из того, что сейчас могут делать женщины, так или иначе является результатом их борьбы за свои права.

Если расширение возможностей женщин выглядит недостаточно убедительно, то вот интересные цифры: по данным из 91 страны, собранным в 2016 году, наличие женщин в руководстве компаний увеличивает прибыльность бизнеса. Это подтверждают и данные ООН: рост занятости и образования среди женщин напрямую влияет на рост экономики. Более того, чем лучше у женщин образование, тем меньше процент детской смертности.

За что тогда продолжают бороться феминистки? Разве они уже не добились всего?

К сожалению, нет. Кроме разницы в оплате труда между женщинами и мужчинами (по данным Евростата, разница в зависимости от стран и возраста может составлять от 0,5% до 52,9%), большой проблемой во многих странах остается домашнее насилие, которое не все считают преступлением, и изнасилования, в которых часто винят не насильников, а саму жертву (в России, по статистике центра «Сестры», лишь 10–12% переживших сексуальное насилие обращаются в полицию — остальные молчат, как правило из-за стыда или страха). Существуют патриархальные обычаи вроде принудительных браков, убийств чести или калечащих операций на женских половых органах (например, отрезание клитора ради подавления сексуальности), запрет или осуждение абортов, сексуальная эксплуатация женщин и так далее.

Конечно, положение женщин может отличаться в разных культурах и странах. По данным за 2016 год, представленным на Всемирном экономическом форуме, лучше всего с равноправием обстоят дела в Исландии, Финляндии и Норвегии. Россия находится в середине этого списка, на 75-м месте, а замыкают его Саудовская Аравия, Сирия, Пакистан и Йемен, где у 92% женщин нет постоянного личного дохода.

Поправки. В первоначальной версии материала утверждалось, что разница в оплате труда между женщинами и мужчинами в среднем составляет 30-40%. В действительности статистические данные заметно различаются в разных странах и в зависимости от географии, возраста и методов исследования разница может составлять от 0,5% до 52,9%. Приносим извинения читателям.

Ольга Страховская