Павел Кушнир, «Биробиджанский дневник»
У меня нет сомнений в том, что это одна из важнейших книг нашей эпохи — рассказ человека, который в полном одиночестве бросает вызов дракону, не сомневаясь, что тот его растерзает. Солист областной филармонии по ночам превращался в городского партизана, распространял антивоенные листовки и каждый день ждал, что за ним придут чекисты. Но «Биробиджанский дневник» — не просто исторический документ и тем более не исповедь фанатика, готового пожертвовать жизнью ради абстрактного идеала. Это экспериментальный литературный текст, который можно назвать поэмой.
Женя Беркович, «Питомцы»
Натан Щаранский, «Не убоюсь зла»
Ваша книга вселяет надежду, потому что сходство двух систем — Советского Союза и путинской России, их идеологическое сходство, лицемерие, служащее самой основой их сущности, и преемственность от первой ко второй — все это гарантирует столь же неизбежный крах. Подобно тому, свидетелями которого мы стали.
Алексей Навальный, «Патриот»
Навальный объясняет, ради чего умер: он твердо верил, что Россия может быть свободной демократической страной. Не империей, не диктатурой, не исключительным царством с какой-то сверхмиссией, загадочной душой и особым путем. А нормальной страной, в которой люди будут счастливы. Идея, ради которой Навальный-человек пошел на Голгофу, может научить новые поколения верить. Россия так долго была страной циничных людей — которые знали, что ни во что верить нельзя.