Что случилось
«Что случилось» — новостной подкаст «Медузы». Он выходит каждый день, кроме субботы и воскресенья. Мы не пытаемся рассказывать обо всех событиях дня. Каждый выпуск посвящен одной теме, которая еще долго будет влиять на нашу жизнь. Ведущий — журналист Владислав Горин.
Как атаки ВСУ усиливают внутренние проблемы России? И насколько это уже ослабило Путина? Разговор с Михаилом Ходорковским
Это большой разговор с Михаилом Ходорковским. О Леониде Невзлине и деле об избиении Леонида Волкова. Влиянии ударов по НПЗ на ситуацию в России. Состоянии режима Путина. И будущем страны уже без него.
Закончится ли война в 2027 году? Обсуждаем с Дмитрием Кузнецом, когда откроется реальное окно возможностей для мирного соглашения
Что нынешняя ситуация на фронте говорит о перспективах окончания войны? Остановятся ли боевые действия в следующем году? Сценарии конца 2026 — начала 2027 года обсуждаем с военным обозревателем «Медузы» Дмитрием Кузнецом.
Мобилизация в России: аргументы за и против того, что она будет. Подробнейший разбор с военным аналитиком Русланом Левиевым
В России продолжают ходить слухи о мобилизации, которую власти могут объявить уже осенью. Что говорит в пользу этой версии, а что против нее? Разбираем вместе с военным аналитиком Русланом Левиевым.
Дело против Дурова о содействии терроризму. Что будет с телеграмом в России? И опасно ли им теперь пользоваться?
Как уголовное дело против основателя Telegram скажется на положении мессенджера, который и так фактически заблокирован в России? Пользоваться им теперь опасно? О новом витке противостояния властей РФ и Павла Дурова рассказывает журналист Давил Френкель.
Компания Wildberries стала одной из главных мишеней ВСУ. Удастся ли ей выстоять под постоянными атаками? И каков ущерб? Новый выпуск «Что случилось»
ВСУ регулярно бьют по складам Wildberries. Украине удалось вывести из строя по меньшей мере 700 тысяч квадратных метров складов. Что теперь будет с компанией? Удастся ли ей выстоять под регулярными атаками?
Все смотрят и обсуждают «Одиссею» Кристофера Нолана. Антон Долин отвечает на претензии хейтеров
«Одиссея» Кристофера Нолана — один из самых обсуждаемых фильмов года. Критики хвалят картину, ее кассовые сборы бьют рекорды, но споры вокруг «Одиссеи» не утихают. Почему? Говорим с кинокритиком Антоном Долиным.
Что дает надежду на лучшее будущее для России? И как россияне понемногу отвоевывают его у государства? Говорим с автором книги «Люди за забором» Максимом Трудолюбовым
Кто будет определять, по какому пути пойдет страна: те, кто сохранил собственность внутри страны, или те, кто рискнул ею ради возможности говорить открыто? Общество собственников в России — оно уже существует? Смогут ли эти люди объединиться?
Госдума спешно приняла новый репрессивный закон, который фактически лишает прав уехавших из России. Почему он затронет не только тех, кто выступает против власти? Объясняет юристка Анастасия Буракова
Российские власти ввели радикальные ограничения против россиян, критикующих путинский режим из-за рубежа. Кого это коснется и как затруднит жизнь таких людей? На что еще способны власти — например, лишение гражданства? Обсуждаем с Анастасией Бураковой.
Как новый главком ВСУ Михаил Драпатый изменит стратегию Украины на поле боя — и саму войну? Объясняет Дмитрий Кузнец
Почему поссорились теперь уже бывший министр обороны Украины Михаил Федоров и экс-главком ВСУ Александр Сырский? Как каждый из них планировал склонить Владимира Путина к миру? И как теперь это будет пытаться сделать новый главком Михаил Драпатый?
Европа опять призывает Путина к переговорам. Зачем? Разве с ним о чем-то можно договориться? Отвечает депутат Европарламента Сергей Лагодинский
Европейские политики все настойчивее призывают Путина начать переговоры. Готов ли Евросоюз заключить сделку с Россией? И на каких условиях? Возможные сценарии обсуждаем с депутатом Европарламента Сергеем Лагодинским.
Из-за ударов Украины на Крым надвигается гуманитарный кризис. Как все это переживают люди, живущие на полуострове?
Украина ведет военную кампанию по изоляции Крыма. В результате на полуостров надвигается гуманитарный кризис: бизнесы закрываются, нет воды, света и бензина. Как выглядит жизнь в Крыму сейчас? Рассказывает журналист из Крыма Антон Меснянко.
Удары по Wildberries и НПЗ — насколько большой экономический ущерб они наносят? Отвечает экономист Сергей Гуриев
Какой урон «дальнобойные санкции» наносят российской экономике? Есть ли экономический смысл в атаках на логистические центры коммерческих компаний? И какую цену российская экономика платит за полномасштабную войну в 2026 году?
Что значит для Украины отставка министра обороны Михаила Федорова? Получается, он бросил вызов не только главкому ВСУ Сырскому, но и президенту Зеленскому?
Министр обороны Украины Михаил Федоров покидает свой пост из-за конфликта с главкомом ВСУ Александром Сырским — к такому решению пришел президент Украины Владимир Зеленский. Это борьба за власть? И что для Украины значит эта отставка?
Украина заявляет, что добилась чуть ли не перелома в войне благодаря дронам. А как на самом деле? Объясняет Дмитрий Кузнец
Как Россия адаптируется к регулярным ударам украинских дронов? Возможно ли создать универсальное средство борьбы с беспилотниками? И что может склонить Путина к прекращению боевых действий? Рассуждает военный обозреватель «Медузы» Дмитрий Кузнец.
Всех пугают новой мобилизацией в России. Она реально будет? И почему спастись в соседних странах теперь очень сложно — а в Европе вообще почти невозможно?
В России все больше разговоров о новой мобилизации осенью. Будет ли она? И какие способы избежать попадания на фронт реально остались? Обсуждаем с Артемом Клыгой, руководителем юридического отдела «Движения сознательных отказчиков».
«У меня два пути: Ленина или Навального». Борис Надеждин хотел попасть в Госдуму с антивоенными лозунгами — но теперь, после задержания, думает об отъезде из России. Мы с ним поговорили
Владислав Горин поговорил с Борисом Надеждиным о том, почему политик в хорошем настроении после задержания, что планирует делать в ближайшие дни и какой совет может дать антивоенно настроенным россиянам.
Путин отказывается от перемирия, пока не захватит Донбасс целиком. А это вообще возможно? Говорим с военным аналитиком Майклом Кофманом
Можно ли нынешний этап российско-украинской войны назвать переломным для ВСУ? И каковы шансы России продвинуться в Донбассе? Ситуацию на фронте и сценарии окончания войны обсуждаем с военным аналитиком Майклом Кофманом.
Насколько ослаб путинский режим? И какие именно вызовы перед ним стоят? Говорим с политологами Джоном Лафом и Николаем Петровым, авторами исследования об угрозах путинизму
Смерть или серьезная болезнь Владимира Путина — самый вероятный сценарий, при котором путинизм разрушится. Неужели ничто другое не угрожает путинской системе? Обсуждаем с политологами Джоном Лафом и Николаем Петровым, которые выпустили доклад об этом.
Зеленский: тысяча дронов на Москву — и Путин заключит мир. Украина действительно может вынудить Россию закончить войну? Объясняет Дмитрий Кузнец
«Когда в сторону Москвы полетит уже не сто дронов, а тысяча, он поймет», — рассуждает Владимир Зеленский о готовности Владимира Путина заключить мир. А что изменит эта тысяча дронов?
Что думают украинцы об ударах ВСУ по глубоким российским тылам? Мы спросили об этом Дмитрия Гордона (да, того самого)
РФ и Украина обмениваются массированными воздушными ударами. Почему Путин отказывается от предложений остановить войну, несмотря на обстрелы НПЗ и бензиновый кризис в стране? И к каким уступкам готов Зеленский? Обсуждаем с журналистом Дмитрием Гордоном.
Сколько россияне еще заплатят за войну? И где вообще государство может взять деньги, если не у граждан? Объясняет Александр Коляндр
В России вовсю идет бензиновый кризис. Проблемы с топливом бьют по экономике страны в целом, которая и без того испытывает трудности: Кремль продолжает воевать, но находить на это средства все сложнее. Сколько россияне еще заплатят за войну?
Герман Греф был одним из авторов стратегии глубоких реформ в России. А сейчас предлагает всем жить одним днем и надеяться на скорое завершение войны. Что с ним случилось? И почему он все еще важен для Кремля?
Как война изменила одного из главных путинских либералов? И почему Герман Греф до сих пор нужен Кремлю? В новом выпуске «Что случилось» Владислав Горин говорит с Надеждой Метальниковой — журналисткой и ведущей телеканала «Дождь».
Почему Путин воюет и не может остановиться? И приведет ли топливный кризис к кризису власти? Говорим с Екатериной Шульман
Почему Путин не хочет остановить войну с Украиной? Или война — это теперь такое состояние, из которого режим уже не может выйти? И какова вероятность переноса выборов в Госдуму? Главные политические новости обсуждаем с политологом Екатериной Шульман.
Путин заявил: Россия будет воевать, пока не получит «Донбасс и Новороссию». Он вообще понимает реальное положение дел на фронте и в тылу?
Путин заявил, что Украина предлагала России прекратить взаимные удары вглубь территорий, но Кремль эту идею отверг. Путин настолько уверен в превосходстве армии РФ на фронте? Насколько адекватна его оценка? И что для него сейчас победа?
Европейские лидеры уверены, что настало время договориться с Путиным. А интересы Украины они учитывают? Мы спросили Алекса Юсупова
Европейские лидеры ищут компромисса, а Путин не собирается отступать, потому что готов воевать вечно? Или движение к миру уже есть, независимо от любых публичных заявлений? Правда ли, что идеальное время для мира — сейчас?