Вечером 3 сентября Симоновский суд назначил основательнице «Дома с маяком» Лиде Мониаве запрет определенных действий: благотворительницу обвиняют в распространении «фейков» о российской армии. Мониава — одна из ключевых фигур в современной российской благотворительности, она основала фонд и хосписы для тяжело и неизлечимо больных детей «Дом с маяком». Поддержать Мониаву к Симоновскому суду в Москве пришли десятки людей. Издание «Берег» рассказывает, как это было — и показывает, как освобождению Мониавы радовались члены ее группы поддержки. «Медуза» публикует этот репортаж целиком.

Заседание по определению меры пресечения для основательницы «Дома с маяком» Лиды Мониавы назначено на пять часов вечера 3 сентября. До него еще целый час, но у здания Симоновского суда в Москве уже собираются москвичи, пришедшие поддержать благотворительницу.

Рано утром 2 августа у Мониавы прошел обыск по уголовному делу о «фейках» о российской армии, затем ее арестовали. Поводом стал пост в телеграм-канале, который Мониава опубликовала к первой годовщине вторжения войск РФ в Украину. «Уже год моя страна направляет ракеты, танки, солдат в Украину. Уже год из-за этого гибнут невинные люди», — писала основательница «Дома с маяком».

Прямо перед зданием суда, на парковке для служебных машин, стоит невысокая девушка — Надежда. Видно, что она сильно волнуется. Она представляется крестной дочерью Мониавы. 

«Я жду справедливости. Если такого человека, как Лида, посадят, с миром случится что-то очень страшное», — считает Надежда.

Постепенно у парковки собирается разнородная толпа. В ней стоят и молодые люди, которых можно назвать неформалами, и люди средних лет, и пожилые члены группы поддержки. Одни называют себя друзьями и знакомыми Мониавы, другие, как, например, красноволосый Макар, одетый во все черное, узнали о ней из последних новостей. 

«Когда я прочитал о Лиде, я понял, что она чистейший человек, добрый, с максимально благородными целями, — рассказывает Макар „Берегу“. — Конечно, очень жаль, что так получилось».

Макар не строит ожиданий, что обвинение Мониаве отменят или что ее отпустят из-под ареста, — «чтобы не разочаровываться».

Пришел поддержать основательницу «Дома с маяком» и ее знакомый Михаил. О Мониаве он отзывается так же, как десятки людей, которые за последние сутки опубликовали посты в ее поддержку в фейсбуке. 

«Она меня восхищает и тем, что делает, и своей позицией, и тем, что она ее не скрывает. Это действительно смело, — уверен Михаил. — Есть вариант заниматься благотворительностью, но при этом быть конформистом, потому что благотворительность все искупает. А Лида занималась благородным делом, но ради этого она не была конформисткой».

В начале большой российско-украинской войны Мониава не уехала из страны и продолжила заниматься помощью неизлечимо больным детям. Одновременно с этой работой она создала фонд помощи беженцам из Украины и Нагорного Карабаха, а также жителям приграничной Курской области, пострадавшим во время вторжения ВСУ в августе 2024 года. 

Помогая людям, пострадавшим в результате российского вторжения в Украину, Мониава писала антивоенные посты в своем фейсбуке. В феврале 2026 года из-за них благотворительнице уже присуждали штраф в 45 тысяч рублей за «дискредитацию» российской армии. В постах она писала о гибели детей из-за российского ракетного удара по Кривому Рогу и смерти семьи Мартыненко — отца, матери и 11-летнего сына — в результате удара по Сумам. 

После февральского заседания, на котором судья вынес решение о штрафе, Мониава благодарила своих подписчиков за поддержку и писала, что «получила много советов уезжать из России»:

В том же посте Мониава добавляла: «Молчать, как будто нет войны, я тоже не могу. Стараться жить по правде для меня — на первом месте».

Наталья, пришедшая к Симоновскому суду, не знакома с Лидой лично, но давно следит за ее деятельностью. «Я просто в шоке от происходящего, — говорит она. — Наверное, это закономерно, но мне пока очень сложно это принять. Я посторонний зритель и просто уважаю ее работу, поэтому пришла сюда ее поддержать. Лида прекрасный человек, который помогает другим жить и выживать. Это очень важно в нашем мире. В смутные времена нужно как-то поддерживать друг друга и что-то делать».

Поддержать основательницу «Дома с маяком» также пришли нобелевский лауреат, бывший главред «Новой газеты» Дмитрий Муратов, Нюта Федермессер — основательница фонда «Вера», который помогает неизлечимо больным людям, сопредседательница того же фонда, актриса Татьяна Друбич, и сотрудник фонда, основатель инклюзивного журнала о сексе для людей с инвалидностью Даниил Максимов.

Максимов — блогер, в своих соцсетях он рассказывает о жизни со спинально-мышечной атрофией (СМА), а также проблемах, с которыми сталкиваются люди, передвигающиеся на инвалидных колясках. У Симоновского суда в день определения меры пресечения Мониаве собралось несколько людей на электрических колясках.

Ближе к пяти от здания суда отъезжает стоявший на парковке автозак, кто-то в толпе — к этому моменту здесь собралось уже около 200 человек — произносит: «Наверное, сейчас этот уедет, а другой будет уже с Лидой». Когда вскоре на территорию суда действительно въезжает еще один автозак, люди начинают скандировать: «Лида! Лида!»

Через решетчатые окна не разглядеть, кто находится внутри. Автозак заезжает в гараж.

Люди занимают очередь на вход в суд. Она двигается очень медленно. Среди собравшихся выделяется женщина в синей куртке: она держит в руках книгу Виктора Вилисова «Нас всех тошнит» в ярком оранжевом переплете. В стороне от очереди стоит глава партии «Рассвет» Екатерина Дунцова, где-то в этой же толпе — Татьяна и Валерий Яшины, родители обменянного в Германию осужденного политика Ильи Яшина.

— Так много людей, это очень резонансное дело, — говорит кто-то в толпе.

— Да, это тебе не Ремесло.

Через 40 минут очередь на вход все не заканчивается. Из здания суда к ней выходят два молодых человека со штативами. Кто-то из толпы с надеждой спрашивает:

— Ну что, есть новости?

— Нет, вообще ничего.

На часах начало шестого. Нюта Федермессер, зашедшая в суд в начале очереди, выходит на улицу. «Лида еще не приехала, — сообщает она. — Мы спустились, потому что там дышать нечем. Уже нет смысла здесь стоять, потому что всех скоро начнут выгонять. Суд работает до 18». 

Некоторые пришедшие не спешат уходить из суда, хотя в помещении действительно очень душно. Место прямо у входа в зал заседания занял Дмитрий Муратов. Одна из женщин, пришедших поддержать Мониаву, предлагает собравшимся взять открытку и написать в ней теплые слова — позже их смогут передать благотворительнице. На этаж поднимается полицейский, который просит всех покинуть здание: рабочий день суда окончен.

Все спускаются во двор суда — он заполнен людьми. В центре группа людей перекусывает пирогом. Вскоре полицейские прогоняют всех и из двора, ворота закрываются; теперь все ждут Мониаву у забора.

Из машин с включенными мигалками за толпой присматривают сотрудники ДПС. Один из них выходит к собравшимся с хорошо знакомой по митингам и пикетам фразой.

— Уважаемые граждане, не мешайте проходу других граждан!

— Где-то мы это уже слышали, — отвечает ему женщина за 60. — Как вы достали уже!

В какой-то момент становится известно, что Мониаву все же привезли в суд и заседание началось. Прессе на нем присутствовать не разрешили.

«Я знакома с Лидой лично, — рассказывает Фатима, пришедшая поддержать благотворительницу к Симоновскому суду. — Лида прекрасный человек, много сделала в нашей стране для помощи детям с тяжелыми и неизлечимыми заболеваниями, выстроила систему паллиативной помощи. Конечно, то, что она находится в здании Симоновского суда, это довольно чудовищная история». 

От решения судьи и Фатима, и Михаил, уважающий Мониаву за отказ от конформизма, не ждут «ничего хорошего».

Спустя полчаса толпа начинает шевелиться. Двери суда открываются, на пороге — два силовика. Несколько человек начинают скандировать «Лида!», но ее в проеме не видно. Из дверей выходят несколько мужчин, потом женщина. «Рабочий день закончился», — комментируют в толпе.

В ожидании кто-то начинает петь, но слов песни не разобрать.

Наконец адвокат Мониавы Михаил Бирюков сообщает из зала суда, что основательницу «Дома с маяком» отпускают из-под ареста, ей назначают «запрет определенных действий». Пока идет следствие, ей нельзя выходить на улицу с восьми вечера до восьми утра, общаться со свидетелями и пользоваться интернетом. 

В девятом часу вечера из суда наконец выходят Мониава и Бирюков, ждущие их за забором люди скандируют имя благотворительницы и аплодируют. Выйдя за ворота, Мониава говорит собравшимся: «Я думала, что меня на десять лет посадят. Чудеса какие-то».

Она рассказывает, что следователи «очень много часов» уговаривали ее признать вину: «Почему-то очень важно, чтобы подсудимый сказал, что он чувствует вину. Я не чувствую вину. Мне хочется, чтобы война поскорее закончилась».

— Есть что-то такое, что вам хочется прямо сейчас сделать? — спрашивают Мониаву журналисты.

— С друзьями увидеться, — улыбаясь отвечает она.

Разговор с Лидой Мониавой

Лида Мониава из «Дома с маяком» — о своем опекунстве над мальчиком из ПНИ, хейтерах и смерти как облегчении страданий Новый эпизод «Скажи Гордеевой»

6 лет назад

Разговор с Лидой Мониавой

Лида Мониава из «Дома с маяком» — о своем опекунстве над мальчиком из ПНИ, хейтерах и смерти как облегчении страданий Новый эпизод «Скажи Гордеевой»

новости

6 лет назад