Перейти к материалам
Пленарное заседание 24 декабря
истории

В конце 2020 года Госдума вернулась в режим «бешеного принтера». Чтобы максимально усложнить жизнь оппозиции на выборах в 2021-м

Источник: Meduza
Пленарное заседание 24 декабря
Пленарное заседание 24 декабря
Пресс-служба ГД РФ

24 декабря Госдума закрыла осеннюю сессию, последние недели которой депутаты отработали в успевшем немного забыться режиме «бешеного принтера». В ускоренном режиме парламентарии внесли и успели принять — хотя бы в первом чтении — массив законопроектов, которые серьезно ужесточили законы об «иностранных агентах», проведении массовых мероприятий, агитации в интернете и просветительской деятельности. Вносили инициативы, как правило, депутаты-единороссы, иногда к ним присоединялись коллеги из ЛДПР и «Справедливой России». Огромное количество новых законов и поправок так или иначе повлияют на выборы в Госдуму, которые должны пройти в 2021 году: теперь оппозиционным партиям будет гораздо труднее выдвигать кандидатов, заниматься агитацией, организовывать массовые акции и наблюдать за честностью выборов, говорят политики и эксперты, с которыми поговорили спецкоры «Медузы».

Почему Кремль решил спешно ужесточить законодательство?

Как уже рассказывала «Медуза», запретительные законопроекты, которые парламент рассматривал в конце 2020 года, — это ответная реакция Кремля на то, что он считает иностранным вмешательством в выборы в Госдуму.

«Силовики активно внушают президенту, что Запад вмешивается в наши выборы, поэтому эта кампания — почти война, это даже не внутренняя политика — внешняя», — говорил «Медузе» один из единороссов. Близкий к руководству аппарата Госдумы человек сейчас подтверждает, что новые законы разрабатываются и принимаются в преддверии выборов в парламент: «Чтобы все прошло ровно, без лишнего шума».

«Конечно, будут пытаться вмешиваться, все время так делают, и не только в наши выборы — по всему миру практически. Это глобальная политика, как базы по всему миру, так и вмешательство по всему миру. Мы это знаем, мы к этому готовимся. Но мы сможем этому противостоять эффективно только в том случае, если подавляющее число наших граждан будут понимать, что: а) это вмешательство и б) мы обязаны этому противостоять, что это недопустимо, что мы сами должны определять свою судьбу», — говорил в декабре на ежегодной пресс-конференции президент России Владимир Путин.

Например, инструментами иностранного влияния в Кремле считают «Умное голосование» Алексея Навального, любые семинары для наблюдателей или образовательные события на связанные с политикой темы: по словам одного из близких к администрации президента (АП) собеседников «Медузы», они создают «общий фон недовольства», равно как и критические публикации в адрес чиновников и депутатов-единороссов в соцсетях.

Госдума приняла десятки новых законов в страшной спешке. По признанию депутата Госдумы от КПРФ Веры Ганзя, многие новые документы депутаты не успевали даже прочитать. «Чтобы принимать такие законы, которые оказывают серьезное влияние на внутриполитическую жизнь страны, их нужно всесторонне обсуждать. А у нас некоторые из законов в течение одного дня приняли в трех чтениях, — возмущается Ганзя. — Эти законы приняты спешно под предлогом того, чтобы оградить политическую жизнь страны от влияния иностранных государств, но под благовидным вроде как предлогом власти пытаются добить последние остатки оппозиции в стране. Государственная Дума седьмого созыва войдет в историю как самая реакционная дума со времен начала российского парламентаризма».

«Конец года — такое время, что нужно успеть сделать то, что не успевал в течение года. Мне кажется, это обычное явление для всех, не только для государственной службы, но и для частного бизнеса. Я не конспиролог, я привык говорить, что знаю», — объясняет вал новых законов соавтор нескольких новых документов, председатель комитета Госдумы по информационной политике, единоросс Александр Хинштейн.

Власти пытаются компенсировать падение рейтинга «Единой России» новыми масштабными ограничениями и запретами, считает сопредседатель движения «Голос» Григорий Мельконьянц. Выборы пройдут в режиме военного положения, и главными действующими лицами станут «иностранные агенты», которыми теперь могут стать физические лица, то есть абсолютно любые граждане.

«Думаю, словосочетание „иностранные агенты“ станет главным на выборах в парламент. Это будет преподноситься как вмешательство — такой будет пропагандистская кампания», — прогнозирует Мельконьянц.

Какие законы касаются кандидатов в депутаты Госдумы?

Под конец 2020 года в Госдуму внесли целый пакет законопроектов, расширяющих понятие «иностранного агента» и вводящих для них новые запреты и штрафы. Закон, позволяющий признавать физических лиц «иностранными агентами» и вносить их в специальный реестр, Госдума приняла уже в трех чтениях, его поддержал и Совет Федерации.

«Иностранными агентами» депутаты предложили признать людей, которые занимаются политической деятельностью или сбором военно-технической информации и при этом получают средства из-за рубежа.

В развитие этого закона Госдума на днях приняла в первом чтении еще один документ, согласно которому, если человек, признанный «агентом», баллотируется на выборные должности, он становится кандидатом-«иностранным агентом». Информацию об этом он обязан указывать в своих подписных листах и агитации и даже перед выступлениями. Кроме того, в законодательстве появляется термин «кандидат, аффилированный с иностранными агентами» — таким статусом кандидат наделяется в случае получения финансирования от «агента» напрямую или через посредников.

В этом документе также предлагается запретить «иностранным агентам» заниматься деятельностью, которая способствует или препятствует выдвижению кандидатов и достижению победы на выборах. Использовать этот закон смогут очень просто, говорит Мельконьянц: «Например, если Навального признают физлицом-„иностранным агентом“, ему просто запретят распространять любую информацию о выборах».

Алексей Навальный и его сторонники в офисе Фонда борьбы с коррупцией в Москве, 18 марта 2018 года
Максим Змеев / AFP / Scanpix / LETA

Напрямую кандидатов в Госдуму касаются законы об агитации в интернете: они дают право Центризбиркому и региональным избиркомам через Роскомнадзор без суда блокировать сайты или публикации, если комиссии усмотрели в них признаки незаконной агитации или нарушения избирательного законодательства. Под действие документов попадут и призывы блогеров поддержать того или иного кандидата или партию. По замыслу авторов инициатив, такие публикации в интернет-СМИ и блогах должны оплачиваться из избирательных фондов, так же, как это происходит с публикациями в традиционных СМИ. За нарушение новых законов будут назначаться штрафы — до 20 тысяч рублей для граждан и до 500 тысяч рублей для должностных лиц. 

«А если у какого-нибудь блогера поддержка будет формализована, это будет незаконной агитацией», — говорит соавтор этих законов депутат Хинтштейн. Упреки в том, что теперь любая информация о партии или кандидате будет считаться агитацией, он называет несправедливыми: «Интернет сегодня является источником получения большого объема информации, для городов социология показывает, что люди получают из интернета больше информации, чем из традиционных СМИ. Следовательно, существование правового вакуума создает абсолютно абсурдную ситуацию».

Это первые масштабные ограничения агитации в интернете: прежде сеть была относительно свободным пространством, отмечает сопредседатель «Голоса» Григорий Мельконьянц. «Закон нацелен на крупные площадки, вылавливать отдельных пользователей ЦИКу и областным избиркомам рук не хватит, они будут реагировать на поступающие жалобы. Представьте, какой-нибудь блогер, который зарабатывает своим блогом на ютьюбе, у которого большая аудитория, говорит что-то о выборах или кого-то поддерживает. И вот таких блогеров будут пытаться привлекать за незаконную агитацию», — говорит Мельконьянц.

К незаконной агитации власти, например, могут отнести рекомендации «Умного голосования» Алексея Навального о поддержке того, или иного кандидата в Госдуму, опасается глава московского штаба Навального Олег Степанов. Власти будут «штрафовать крупные медиа и известных блогеров», считает он.

Кроме того, глава штаба Навального считает, что, пользуясь этим законом, власти будут пытаться заблокировать сайт «Умного голосования». «Блокировка сайта „Умного голосования“ — это важная задача для администрации президента. Не удивлюсь, если у них по этому поводу проходят отдельные совещания. Поэтому мы призываем всех сторонников именно регистрироваться на сайте сейчас, чтобы получить письмо с кандидатом по нужному округу», — заявляет он.

Сворачивать деятельность в штабе Навального после принятия новых законов не собираются. Олег Степанов говорит, что если общество отреагирует негативно, власть внесет правки в одиозные инициативы, либо по факту эти законы не будут применяться. «В свое время власти пытались ввести, например, реестр блогеров, но вынуждены были отменить, потому что закон вызвал негативную реакцию общества, игнорировался и был неисполним. По этой же причине долго не работала „дадинская“ статья», — вспоминает он.

Другой закон, который ограничит свободу слова в интернете перед выборами и затронет непосредственно кандидатов, — поправки председателя комитета Госдумы по развитию гражданского общества, единоросса Дмитрия Вяткина о клевете. За распространение клеветы в интернете и других публичных источниках теперь будут сажать на два года (прежде были только штрафы или обязательные работы). Если клевета будет соединена с обвинением в совершении преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности или тяжкого или особо тяжкого преступления, сесть можно будет на пять лет. Вяткин отказался от комментариев «Медузе», сославшись на занятость.

«Чиновники и действующие депутаты, которых будут критиковать кандидаты в депутаты, будут обижаться и считать, что их оклеветали. Будет очень много обиженных. А что такое уголовное дело? На практике это означает, что сразу проводятся обыски в избирательных штабах, изымается оборудование, агитационные материалы, то есть работа штабов блокируется», — объясняет Мельконьянц.

Все это помешает вести нормальную избирательную кампанию и в офлайне, и в интернете даже тем, кого зарегистрируют, с сожалением признает Мельконьянц. «Кандидатам от власти двигаться не надо, за них все сделают. А кандидатам от оппозиции придется побегать, а для этого нужно обходить мины. А мины везде».

Какие законы касаются активистов?

Кампания в Мосгордуму в 2019 году сопровождалась массовыми акциями протеста против отказа в регистрации кандидатов от оппозиции. Большая часть акций не была согласована с властями, поэтому их участников полиция жестоко разгоняла. Тогда среди активистов стал популярен формат одиночного пикета, участники которого по очереди разворачивали плакаты — такие акции, например, незадолго до этого проходили в поддержку спецкора «Медузы» Ивана Голунова, которому полицейские подбросили наркотики.

Пикеты в поддержку корреспондента «Медузы» Ивана Голунова, 7 июня 2019 года
Евгений Фельдман для «Медузы»

Раньше одиночные пикеты не считались публичным массовым мероприятием и поэтому не требовали согласований. Согласно новой инициативе депутата Вяткина, «поочередное участие нескольких лиц в актах пикетирования» — мероприятие публичное, а значит, требует согласований от власти. Власти могут отказать в регистрации оппозиционным кандидатам и на выборах в Госдуму, но акции протеста по этому поводу будет провести намного сложнее. Новый закон вводит запрет на митинги и пикеты около зданий экстренных служб. Власти также смогут отменять публичные акции из-за угрозы чрезвычайной ситуации или терроризма.

С пикетами вообще происходит абсурд, говорит журналист и московский муниципальный депутат Илья Азар, участвовавший в организации протестных акций и сам регулярно выходивший на одиночные пикеты. «ФСБ настолько взбесило, что в феврале 2020 года вокруг здания на Лубянке выстроилась тысяча человек, что они решили бороться с одиночными пикетами пуще массовых мероприятий, — рассуждает он. — Оно и понятно: „Единая Россия“ одиночные пикеты не проводит, а правила проведения митингов тоже должна хотя бы формально соблюдать. В итоге одиночные пикетчики превратились в „камикадзе“: против поправок на Пушкинской или во время приговоров у судов можно собираться несогласованно хоть в 500 человек, а любая пикетная очередь заканчивается массовыми задержаниями всех, осмелившихся поднять плакат».

Закон о пикетах Азар называет «горящей шапкой на голове у „вора“»: за участие в «пикетной очереди» всех штрафуют и арестовывают уже с мая 2020 года, хотя законным это стало только в декабре: «Может, тогда отменить все постановления судов с мая по декабрь, если пикетная очередь закону не противоречила?»

Согласование «пикетной очереди» с властями, говорит Азар, «убивает всю идею одиночного пикета как моментального ответа на конкретное событие или злодеяние власти». «Власть хочет, чтобы стихийный протест выглядел только так: человек, никому и нигде не сообщая о своем намерении, выходил с плакатом около своего дома и через десять минут сворачивал плакат, не выкладывая никуда фотографий о своем поступке».

Выборы невозможны без свободы собраний, говорит Мельконьянц: «Граждане должны иметь возможность высказывать свою позицию, в том числе, в такой форме. А по новым законам власти смогут отменять даже согласованные мероприятия. Кроме того, фактически митинги приравниваются к избирательной кампании — нужно открыть банковский счет, отчитаться о том, кто перечислил деньги, на что ты их потратил. И запрещено иностранное финансирование».

Фонд Навального уже признали «агентом» из-за истории с «испанским спонсором ФБК», а «Лигу избирателей» Минюст признал «иностранным агентом» за перевод 230 рублей от гражданки Молдовы в 2019 году. «По сути это запрет на проведение митингов — любой митинг при желании можно сделать митингом „иностранных агентов“. Это серьезный удар по легитимности выборов», — говорит сопредседатель движения «Голос».

«Если вспыхнут беспорядки, все эти законы будут бесполезны. Народный гнев сметет все законы вместе с правящей партией», — считает коммунистка Ганзя.

Какие законы касаются наблюдателей?

Согласно одному из законов, касающихся «агентов», который был внесен во главе с председателем комиссии Совета Федерации по защите суверенитета и предотвращению вмешательства во внутренние дела России Андреем Климовым и принят в первом чтении, в стране появится семь видов «иностранных агентов». Их участие во всем, что связано с выборами, будет дополнительно ограничено, отмечает сопредседатель «Голоса» Григорий Мельконьянц. 

«В результате НКО и общественные организации не смогут ни в какой форме участвовать в выборах — ни как наблюдатели, ни как аналитики. Это могут распространить и на граждан — физлиц-„иностранных агентов“, на объединения без образования юрлица — типа групп в фейсбуке. Деятельность „Голоса“ фактически будет запрещена, большое число активных физических лиц они, скорее всего, сделают агентами», — прогнозирует Мельконьянц. По его мнению, большие организации, которые занимаются наблюдением за выборами, с высокой вероятностью будут уничтожены, и граждане смогут собираться только в менее формальные малые объединения и самоорганизовываться.

Наблюдателей на выборах касается и так называемый закон о просветительской деятельности, считает Мельконьянц. Эти поправки также пока приняты в первом чтении и тоже были внесены сенаторами из комиссии Совфеда по защите суверенитета.

Под просветительской деятельностью парламентарии предлагают понимать «осуществляемую вне рамок образовательных программ деятельность, направленную на распространение знаний, умений, навыков, ценностных установок» для профессионального, творческого или интеллектуального развития. Разрешить такую деятельность сенаторы предлагают только при согласовании с властями, потому что, по их мнению, без регулирования со стороны государства в такую деятельность вмешиваются «антироссийские силы».

«Лекции по подготовке наблюдателей, методические материалы, брошюры — все подпадает под этот закон. Вся эта деятельность должна будет согласовываться правительством. Это может стать ударом по подготовке наблюдателей в 2021 году», — рассуждает Мельконьянц. 

Он называет «самомистификацией» принятие властями подобных решений в отношении наблюдателей на выборах: «Люди, которые выступают хедлайнерами всех этих изменений и продвигают их, доказывают свою нужность. Им важно, чтобы угроза выглядела реальной, поэтому они сами создают мнимые угрозы. Так было с „Голосом“. Они снимали фейковые ролики, делали фейковые доклады и методички для наблюдателей, что у нас якобы написано в них: „Устраивайте провокации! Срывайте выборы!“ И показывали это все по Первому и другим каналам. И это стало в том числе предпосылкой, чтобы появились все эти законы».

По его мнению, о мнимых угрозах говорят люди, заинтересованные в получении денег и ресурсов для защиты от этих угроз: «И верхушка начинает верить, что действительно тут шпионы кругом, и дает отмашки на любые решения, лишь бы остаться у власти. Отрыв от реальности наверху такой, что они там думают, что тут все уже, войска НАТО стоят у ворот».

«У „Единой России“ нет даже 30% [голосов избирателей], это дутая цифра. Без махинаций, без мощнейшего административного давления, без провокаций в отношении оппозиции любого направления „Единая Россия“ никогда не наберет голоса, а им поставили задачу — 70%! Это невозможно, — считает депутат от КПРФ Вера Ганзя, — поэтому они готовятся к тому, что выборы будут проходить с фальсификациями, и смертельно боятся, что махинации и административное давление вызовут народные волнения и мощный протест. Перед глазами у них Хабаровск и Белоруссия, а еще и Молдавия, где неожиданно победила оппозиционный кандидат».

Авторы: Андрей Перцев и Фарида Рустамова

Редактор: Валерий Игуменов

Реклама