Перейти к материалам
истории

«Собственник ожидает, что главный редактор будет ему помогать» Интервью Николая Ускова, которого уволили с поста главреда Forbes «за прогулы»

Meduza
Николай Усков на радио «Эхо Москвы»
Николай Усков на радио «Эхо Москвы»
Евгений Биятов / Sputnik / Scanpix / LETA

9 июня главный редактор российского Forbes Николай Усков был уволен со своего поста. Формальная причина — прогулы. Реальная, как утверждает сам Усков, — конфликт с владельцем издания, бизнесменом Александром Федотовым: он купил российскую версию Forbes в сентябре 2015 года, и его не раз обвиняли в давлении на редакцию, — например, в том, что по его решению из одного из номеров исчезла сумма зарплаты главы ВТБ Андрея Костина. Спецкор «Медузы» Илья Жегулев поговорил с Усковым, а также с его бывшим заместителем Николаем Мазуриным, который теперь исполняет обязанности главреда Forbes.

— Кажется, вы первый главный редактор федерального издания, уволенный за прогулы.

— Далеко не первая. Уже тогда, когда вы приходили в журнал, многие говорили, что Федотов давит на редакцию.

— Вы знаете, Федотов в тот момент, как мне показалось, формально исходил из того, что редакция должна действовать автономно. Но постепенно истинные его намерения стали очевидны — и ситуация стала меняться.

— Ваш предшественник Эльмар Муртазаев ушел именно из-за давления на редакцию. Разве вы этого не знали?

— Эльмар Муртазаев не делал никаких публичных заявлений на эту тему. Я не хочу повторять его ошибку, я хочу все публичные заявления сделать. Мне бояться нечего, своей работой я горжусь. Нет оснований считать, что я плохо выполнял свои обязанности. А вот собственнику есть о чем задуматься.

— Федотов вам действительно предлагал большие деньги за молчание?

— Если быть точным, это девять зарплат. В районе 100 тысяч долларов. Я отказался от этих денег.

— В какой момент он перешел черту? Когда начался ваш конфликт?

— Вы знаете про историю с зарплатой Костина в рейтинге зарплат топ-менеджеров? Это был большой, громкий скандал, который случился в мое отсутствие. Я был в отпуске — и он [Федотов], надавив на Колю Мазурина, моего заместителя, убрал эту зарплату. Об этом хорошо известно.

— Вы тогда говорили, что это было именно ваше решение и что вы просто «ограничились объективной цифрой».

 — У меня имеется жесткое письмо в адрес Федотова, которое я ему отправил по почте. Но официально я надеялся, что мы каким-то образом дело склеим. Потом ничего не склеилось, были попытки изменить устав редакции и другие вещи, о которых я еще расскажу.

— Тем не менее вы были тем человеком, который все опровергал и говорил, что никакого давления нет.

— Как вы себе представляете эту ситуацию, если бы я тогда сказал, что есть давление? Я бы подставил Мазурина. Это была бы хорошая ситуация? Мазурин — человек, который отдал столько лет журналу Forbes, — совершил одну ошибку, и я сейчас начну говорить — «какой кошмар, какой ужас»?

— Получается, что вы его подставляете сейчас.

— Ну вы знаете, сейчас у меня уже выбора нет. Я уже, как вы понимаете, пошел на какие-то жертвы.

— Сейчас рейтинг, в котором фигурировал Костин, вообще исчез из Forbes. Это решение Федотова?

— Нет, это уже решение команды. Мы решили, что под давлением делать рейтинг не в состоянии и не хотим. Здесь была чисто борьба за то, кто контролирует журнал — редакция или учредитель. Действует ли наш устав, который был подписан предыдущими главными редакторами, или не действует.

— История с ВТБ случилась полтора года назад. А дальше?

— Это была серия историй. У нас стали совсем нерабочие отношения. Ни я, ни редакция не хотели идти на компромиссы. Рано или поздно это должно было закончиться моим увольнением.

— Николай Мазурин был на вашей стороне в этих конфликтах?

— Безусловно, абсолютно. Мы всегда были вместе.

— Теперь он стал главным редактором. По идее, у него должны быть те же вопросы к Федотову, что и у вас.

— Мне трудно говорить за Колю. Думаю, что проблемы у него будут примерно такие же, как и у меня.

— Почему вы решились на открытый конфликт именно сейчас? Год назад всем было очевидно, что есть давление. Было письмо Федотову от редакции. Елену Зубову уволили, она судилась с Федотовым. Вы ее никак не поддержали.

— Год назад был очень жесткий разговор, но каким-то образом мы сумели договориться. Сейчас, по-видимому, терпение у Федотова кончилось. Понимаете, собственник ожидает, что главный редактор будет помогать ему делать материалы, которые будут, как он выражается, «соответствовать интересам бизнеса». Главный редактор систематически отказывается, брюзжит, пишет какие-то письма, жалуется, что зарплату платят несвоевременно, что фрилансерам не платят, говорит, что сейчас мы остановим производство журнала, и так далее. Все это начинает раздражать. Это как снежный ком.

— А что с зарплатами?

— С марта начались проблемы. В мае ситуация стала улучшаться. Сейчас задолженность по зарплатам не очень большая, но есть. Но ситуация с гонорарами, с медицинской страховкой катастрофическая. Гонорары не выплачены с января, страховки нет с конца апреля, существуют долги типографии, насколько я знаю.

— Ожидаете, что кто-то уйдет за вами?

— Я, честно говоря, против всех этих исходов. Вообще Федотов не является создателем этого журнала, он всего лишь владелец лицензии. Лицензия у него скоро закончится. Может, ее вообще отнимут.

— Вы пробовали выходить на владельцев бренда Forbes, на людей в США?

— Естественно, я информировал американцев, они в курсе происходящего.

— И как? Не отреагировали?

— Я не знаю, это не мое дело. Мое дело — рассказывать, что происходит в редакции. Устно они говорили о поддержке меня, но я так понимаю, что они не могут никаким образом меня поддержать. Они просто обеспокоены этой ситуацией — вот и все.

из личного архива Николая Мазурина

Николай Мазурин, и. о. главреда русского Forbes: «Пойду ли я на конфликт с собственником — общий вопрос»

— Что произошло?

— Произошел конфликт акционера с бывшим главным редактором. Это их конфликт, и я не готов давать какие-то оценки — кто прав и кто виноват. Я понимаю, что любой собственник, если недоволен топ-менеджером, вправе его уволить. У каждой стороны конфликта есть свои доводы. Лично меня этот конфликт не касается.

— Если он не справлялся со своими обязанностями, это должно было ложиться на ваши плечи как шеф-редактора. Действительно ли Усков не работал?

— Усков, на мой взгляд, справлялся со своей задачей как главный редактор — представлять Forbes в публичном пространстве. Он известный, уважаемый человек, журналист, у него есть важные компетенции для продвижения бренда Forbes. Он прекрасно справлялся с представительскими функциями, и как лицо редакции он в какой-то степени незаменим.

— Усков написал и нам прокомментировал, что конфликт разгорелся тогда, когда пришлось убрать зарплату главы ВТБ Андрея Костина из рейтинга зарплат. Процитирую его: «Я был в отпуске, и он, надавив на Колю Мазурина, моего заместителя, убрал эту зарплату». Так и было?

— Я тут ничего не буду комментировать. Могу сказать официально, что решение принимал я. Действительно, Усков был в отпуске, и это решение принял я. Я согласовал это решение с редактором рейтинга Еленой Березанской. Было давление или нет, тут вопрос интерпретации.

— Он говорит, что вы всегда были на его стороне в его конфликтах с Федотовым.

— Я знал, что есть конфликты. Понимаете, Усков это воспринимал как давление. Было или нет, я не знаю, потому что не присутствовал при разговорах Ускова и Федотова. Я знаю, что был какой-то новый устав, о котором говорит Усков. Но не знаю, был ли это документ, который нужно было подписать, или это был какой-то драфт, который нужно было согласовать.

— А конфликт вообще точно был? И давний?

— Конфликт был на самом деле. Почему был, не знаю. У Федотова своя интерпретация конфликта. Он считает, что Усков непрофессионально исполнял свои обязанности. Усков считает, что Федотов вмешивался в редакционную политику. Я не был участником этого конфликта, и мне трудно давать однозначные оценки, но то, что конфликт был давно, я подтверждаю безусловно, я про это знал.

— Устав редакции — это вещь для коллектива. Были ли вообще обсуждения этого предложенного Федотовым устава с редакцией?

— Никаких обсуждений не было, возможно, просто потому, что Усков сам заблокировал этот устав на своем уровне. Что обсуждать, если главный редактор его не поддерживает и не подписывает. И сейчас действует старый устав от ноября 2015 года, подписанный тогдашним генеральным директором Натальей Гандуриной и главным редактором Эльмаром Муртазаевым. Это практически тот же устав, который был при прежнем собственнике — издательском доме Axel Springer.

— А вы как теперь уже исполняющий обязанности главного редактора видели новый устав?

— Я не видел. Буду ли я его подписывать? Этого я не знаю, потому что не видел, что там. Но я считаю, что независимость редакции — основополагающее условие, при котором Forbes может существовать. Главный принцип — независимость редакции, независимость журналистов от рекламодателей, независимость от властей, независимость от бизнесменов, независимость от ньюсмейкеров и независимость от собственника.

— То есть вы готовы тоже идти на конфликт, если эти принципы будут нарушаться?

— Могу сказать официально: независимость редакции — главный принцип, который я готов отстаивать. Пойду ли на конфликт с собственником — общий вопрос, на который сложно ответить, не зная деталей.

— А происшедшая с ВТБ и рейтингом ситуация не может являться как раз таким нарушением принципов? Почему вы в тот момент за них не вступились и в дальнейшем не заняли сторону тех журналистов, которые в том числе и в суде рассказывали о давлении на редакцию?

— Я не хочу еще раз возвращаться к той ситуации, рассказывать какие-то важные детали, оценивать поведение коллег и акционера.

— Вы исполняющий обязанности главного редактора или все же главный редактор?

— Я исполняющий обязанности главного редактора. Это было важным условием, при котором я согласился возглавить проект.

— То есть вы не хотите быть главным редактором?

— Я считаю, что должен пройти какой-то переходный период, в течение которого я должен посмотреть, что будет происходить в редакции, прежде всего с точки зрения следования строгим стандартам, принятым в Forbes. Если будет все нормально и акционер посчитает, что меня нужно назначить главным редактором, то я буду обсуждать с ним условия и принципы, на которых я соглашусь стать главным редактором, но сейчас я не готов говорить о деталях.

— Николай Усков рассказал о сложном финансовом положении издания. По его словам, есть долги по зарплате, страховки отменили с апреля, а гонорары большинству внештатников не оплачены еще с января. Действительно ли ситуация такая катастрофическая?

— Ситуация не самая простая, но она ведь может измениться в лучшую сторону. Или в худшую. Так что обсуждать текущие проблемы не вижу смысла.

Владелец Forbes Александр Федотов отказался обсуждать с «Медузой» увольнение Николая Ускова.

Илья Жегулев