Перейти к материалам
истории

Домашний кинотеатр: Вонг Карвай Почему «Великий мастер» — это автопортрет режиссера, а «Любовное настроение» — один из лучших фильмов в истории кино?

Источник: Meduza
Michael Kappeler / dpa / Alamy / Vida Press

Каждые выходные в рубрике «Домашний кинотеатр» на «Медузе» выходят рекомендации для всех, кто хочет изучить историю кино. В этом выпуске кинокритик Антон Долин рассказывает о Вонге Карвае — режиссере из Гонконга, фильмы которого можно назвать одними из лучших в истории всего кинематографа.

Чунгкингский экспресс

1994 год

LoveExposure

Четверть века назад мы назвали бы его «гонконгским режиссером», но сегодня Вонга Карвая считают гордостью китайского кино. Меж тем отношения независимого (и утратившего свою независимость) Гонконга с континентальным Китаем, меняющимся на глазах, — одна из центральных тем фильмов этого таинственного автора, реформатора и оригинала, никогда не снимающего на публике темные очки. Кстати, родился-то он в Шанхае, который воспел в нескольких своих ностальгических картинах. В его пятилетнем возрасте семья переехала в Гонконг, спасаясь от Культурной революции. Чувство изоляции и оторванности от шанхайских родственников остались с Вонгом Карваем на всю жизнь. От одиночества он спасался в кино, изучая его правила одновременно с тем, как он овладевал кантонским диалектом. Получив образование графического дизайнера, в кино Вонг Карвай пришел как сценарист и стал частью гонконгской новой волны. Но вскоре после дебютной режиссерской гангстерской драмы «Пока не высохнут слезы» (1988) показал свою самобытность. В нашумевших «Диких днях» (1990) он отступал от жанровых канонов, экспериментируя с монтажом и изображением, пренебрегая правилами сценарного искусства. 

История «Чунгкингского экспресса» — фильма, с которым Вонг Карвай в одночасье стал законодателем мод, — своеобразна. Запустившись со съемками масштабного приключенчески-костюмного уся «Прах времен» (в прокате успеха не имел, хотя понравился критикам), режиссер воспользовался двухмесячным простоем, чтобы снять малобюджетную легкомысленную картину о современном Гонконге. Название отсылает к закусочной «Полуночный экспресс», расположенной в районе «Чунгкингских особняков», многоэтажного жилищного комплекса 1960-х годов. Картину настиг ураганный успех, она моментально стала культовой, в любви Вонгу Карваю признавались коллеги по всему миру, включая Квентина Тарантино (влияние «Чунгкингского экспресса» на язык кино 1990-х вполне сопоставимо с «Криминальным чтивом»). Зрителей и профессионалов очаровала декларативная скользящая легкость, ненавязчивость и ироничность поэтического стиля, лирическая меланхолия фильма. 

В центре — две напрямую не связанные истории любви. Их героями режиссер сделал полицейских, бросив вызов законам криминального жанра: наркоторговля и погони за преступниками в «Чунгкингском экспрессе» превратились в фон для основного лирического действия, сыщики же занимали свое время бесцельным блужданием по ночным улицам и безрезультатными звонками отсутствующим возлюбленным. Первый, № 223 (тайваньский японец Такэси Канэсиро), переживает разрыв и увлекается роковой блондинкой (гонконгская дива Бриджит Линь). Второй, № 663 (суперзвезда гонконгского кино Тони Люн Чу Вай, к тому моменту уже прославленный ролями у Хоу Сяосяня и Джона Ву), ждет из рейса стюардессу и встречается с девушкой, торгующей фастфудом (китайская актриса и певица Фэй Вонг). Поедая просроченные консервированные ананасы и пританцовывая под «California dreamin»» The Mamas & the Papas, герои фильма проживали свое «здесь и теперь», будто заблудившись во времени и потеряв ему счет.    

Счастливы вместе

1997 год

EarlKlingi

Вонг Карвай сделал неотъемлемой частью своего стиля отсылки к поп-культуре, в особенности к эстрадным шлягерам прошлого. Его фильмы нашпигованы эклектичными хитами всех времен и народов, нередко повторяющимися с нарочитой навязчивостью, строчки из песен становятся заголовками картин (правда, только в англоязычных прокатных версиях). «Happy Together» — прославленная песня The Turtles; кавер в исполнении Дэнни Чуна звучит в финале картины. Однако ни о каком «счастье вместе» в фильме не говорится, даже напротив. Его центральная линия — дисгармоничные и мучительные отношения гей-пары гонконгцев, уехавших в далекий Буэнос-Айрес в надежде спасти свой союз, но не преуспевших. 

После «Чунгкингского экспресса» Вонг Карвай пережил премьеру тяжеловесного «Праха времен» (в Венеции его наградили за операторское мастерство) и выпустил «Падших ангелов» (1995), первоначально задуманных как третья новелла «Чунгкингского экспресса», — столь же виртуозный, но слегка вторичный фильм. «Счастливы вместе» ознаменовали поворот в его биографии. Картина оказалась в основном конкурсе Канн и была награждена за лучшую режиссуру. Доселе избегавший «социальной» нагрузки в своем кино Вонг Карвай был провозглашен ключевой фигурой «нового квир-кино» 1990-х, а «Счастливы вместе» до сих пор считаются самым влиятельным ЛГБТ-фильмом азиатского кинематографа.

Невиданная откровенность картины была связана не с эротическими сценами (для своего времени весьма смелыми), а с общим настроением тоски, неудовлетворенности, трагического признания своего одиночества и несовершенства, неспособности найти понимание в ближнем — даже том, с которым ты делишь постель. Используя свой фрагментарный стиль и запутывая зрителя бесконечными флешбэками и флешфорвардами, переключая страны и континенты, цветное изображение и черно-белое, Вонг Карвай создает лирическую поэму об отчуждении и нежности. Бесприютное существование на чужбине становится идеальной метафорой маргинального положения гея в современном мире; аргентинское танго и могучие водопады Игуасу, на фоне которых разворачивается действие, вырастают в универсальные символы, но без малейшей назидательности со стороны автора.

Крайне важно и то, что действие развивается в канун передачи Гонконга от Великобритании Китаю (фильм вышел за считаные дни до официального окончания столетнего колониального периода). Центральные актеры показывают удивительное психологическое мастерство, не свойственное для ранних лент режиссера, — это певец и актер, уже снимавшийся в «Диких днях» и «Прахе времен», Лесли Чун и Тони Люн Чу Вай, без которого отныне не обходится ни один важный фильм Вонга Карвая. 

Одновременно с режиссером его поклонники превозносят двух мастеров, без которых невозможно представить себе стиль его насыщенных и оригинальных картин: австралийского оператора Кристофера Дойла и художника-постановщика и монтажера Уильяма Чаня. 

Любовное настроение

2000 год

Алексей Сабилло

Не только лучший у Вонга Карвая, но и один из лучших фильмов в истории кинематографа (азиатского или мирового, всех времен или только XXI века — кому как нравится). Вероятно, еще и величайшая история любви, рассказанная за последние двадцать лет. И, конечно же, та самая картина, с которой надо начинать знакомство с кинематографом Вонга Карвая, если вы с ним до сих пор не соприкасались. 

Гонконг, 1960-е годы. Две бездетные супружеские пары в один день вселяются в дом, где только что сняли квартиры. Журналист Чоу Мо-Ван (Тони Люн Чу Вай) и секретарша в крупной компании Су Ли Чжэнь (Мэгги Чун) случайно знакомятся и выясняют, что их жизненные обстоятельства и причины переезда схожи. Жена Чоу и муж Су по работе вынуждены часто отсутствовать дома; так Чоу и Су знакомятся. А вскоре выясняют, что супруги изменяют им друг с другом. Поначалу в шутку, а потом всерьез герои задумываются над тем, чтобы отплатить тем же. Одновременно с отношениями складывается и рабочее партнерство: Чоу в соавторстве с Су начинает писать приключенческий роман о боевых искусствах.

Эллиптическое повествование, фрагментарное и ритмичное, организовано здесь как музыкальная партитура. Саундтрек опять играет решающую роль: незабываемый лейтмотив японского композитора Сигэру Умэбаяси, темы американца Майкла Галассо, испаноязычные баллады Нэт Кинг Коула. Фигуры умолчания в операторских решениях, то барочно-избыточных, то неожиданно скупых (к Кристоферу Дойлу здесь прибавился тайванец Марк Ли Пинбин), будто компенсируются сгущенными красками и обилием бытовых деталей, от коробочек с купленной на улице лапшой до перегораживающих экран огромных циферблатов. Отдельный шедевр внутри фильма — платья главной героини, которая меняет наряды в каждой сцене; они сковывают ее движения и порождают особую, почти балетную пластику походки.

Все в этом фильме говорит о потребности в любви, буквально разлитой в воздухе, и невозможности ее удовлетворения. Вершинными достижениями можно назвать и актерские работы того же Тони Люн Чу Вая, получившего заслуженный приз в Каннах, и Мэгги Чун, прославленной звезды азиатского кино, которая снималась у Вонга Карвая, начиная с его первого фильма. 

2046

2004 год

YouTube Movies

Сиквел «Любовного настроения» предсказуемо был принят менее восторженно. Это одна из самых сложных, вдохновенных и нелинейных картин Вонга Карвая, работа над которой шла мучительно долго. На премьеру в Канны фильм попал за сутки до премьеры, в нарушение всех фестивальных регламентов, с недорисованной графикой — в прокат позже вышел перемонтированный автором вариант. Сам режиссер считает этот фильм завершением трилогии, начатой «Дикими днями» (где снялись Тони Люн Чу Вай и Мэгги Чун, хоть и не в качестве пары) и продолженной «Любовным настроением». Основная музыкальная тема создана тем же Сигэру Умэбаяси, кроме нее Вонг Карвай заимствует мелодии других выдающихся кинокомпозиторов: немца Пера Рабена (из «Третьего поколения» Фассбиндера), поляка Збигнева Прайзнера (из «Декалога» Кесьлевского) и француза Жоржа Делерю (из «Веселенького воскресенья» Трюффо). Не менее важную роль играет ария «Casta diva» из «Нормы» Беллини. 

В «2046» героиня Су Ли Чжэнь появляется только в воспоминаниях героя. Сам же Чоу Мо-Ван, переживая расставание с возлюбленной, напоминает нам о растерянных полицейских «Чунгкингского экспресса» или страдающем любовнике из «Счастливы вместе», сыгранных все тем же Тони Люн Чу Ваем. «2046» — его актерский бенефис и апофеоз. В чем-то фантасмагорическую картину можно сравнить со структурой лермонтовского «Героя нашего времени»: роковой мужчина, не способный никем по-настоящему увлечься, переживает то ли по очереди, то ли одновременно несколько драматичных историй любви. Холодная красавица, муза китайского кино «пятого поколения» Гун Ли играет «другую Су Ли Чжэнь», картежницу по прозвищу Черная Паучиха. Памятная по «Чунгкингскому экспрессу» певица Фэй Вонг — девушка с разбитым сердцем, которую бросил любовник-японец. Звезда «Диких дней» Карина Лау — вернувшаяся из того фильма героиня, которую зовут то Мими, то Лулу. Наконец, юная Чжан Цзыи — кокетливая и властная Бай Линь, выступающая в кабаре. 

С каждой из женщин Чоу так или иначе связан. Но можно допустить, что они лишь персонажи романа, который он пишет в надежде вернуть свою любовь или хотя бы воспоминания о ней. Чоу хотел вселиться в тот гостиничный номер, где они встречались с Су Ли Чжэнь, но это оказалось невозможным: комната № 2046 всегда на ремонте или занята. Поэтому герой вынужден удовольствоваться комнатой № 2047. Так Вонг Карвай поднимает тему невозвратимости прошлого. Вместе с тем действие перенесено и в будущее. В 2046 году происходит действие научно-фантастической книги Чоу, в которой поезд везет несчастных влюбленных через время, а не пространство. У цифры есть и политическая подоплека: 2046-й — последний год, в котором еще сохраняются права и свободы, гарантированные властями Китая гражданам Гонконга.  

Великий мастер

2013 год

Melomankaz

Принято считать, что после «2046» Вонга Карвая настиг творческий кризис. Во всяком случае, именно так многие трактовали его сделанный в США ромком «Мои черничные ночи» (2007) с певицей Норой Джонс и Джудом Лоу в главных ролях: это первая картина режиссера, которую дружно разругали критики, хотя именно она стала фильмом открытия Каннского фестиваля. Снимая все реже, Вонг Карвай успел также поработать председателем жюри в Каннах, где он вручил «Золотую пальмовую ветвь» Кену Лоучу, и в Берлине, где «Золотым медведем» наградил румынскую драму «Поза ребенка». Тот самый фестиваль и открывала последняя на настоящий момент картина Вонга Карвая «Великий мастер» — его осознанная попытка соединить свою самобытную эстетику с кодом жанрового фильма о боевых искусствах. Фильм получил прокат по всему миру, включая США, и стал самым кассовым в карьере режиссера. Причем в разных странах показывали три разные версии: «азиатскую», «европейскую» и сокращенную, а также перемонтированную по требованию дистрибьютора, Харви Вайнштейна, «американскую». 

Формально «Великий мастер» — байопик одного из любимых исторических персонажей в Китае, великого учителя боевого искусства вин-чун Ип Мана, чьим учеником был Брюс Ли. Однако, как и следовало ожидать, картина Вонга Карвая предельно далека и от традиционного жизнеописания, и от авантюрного фильма с виртуозными драками — несмотря на то, что боевые сцены в «Великом мастере» умопомрачительно эффектны и поставлены легендарным Юэнь Ву-Пином (он же работал над «Матрицей», «Убить Билла» и десятками культовых гонконгских боевиков). Тем не менее, по сути, Вонг Карвай вновь снял фильм о превратностях человеческой судьбы, о несчастливой любви и о времени, которое не щадит даже самых сильных.

Неизменный Тони Люн Чу Вай, лично выполнявший большинство трюков и получивший на съемках травму, выглядит здесь не столько как актер, выполняющий интересную задачу, сколько как живой символ стойкости и нравственных ценностей. Настоящей героиней «Великого мастера» становится Гун Эр (возможно, лучшая роль Чжан Цзыи) — дочь погибшего учителя, сломленная безответной любовью к идеальному мужчине. Можно трактовать «Великого мастера» и как фильм о ХХ веке, в котором личная доблесть отдельного человека перестала играть значимую роль; в этом смысле перед нами не столько биографическая картина, сколько автобиографическая — в герое Тони Люн Чу Вая несложно увидеть автопортрет Вонга Карвая, верного своему эстетическому кодексу, невзирая на меняющуюся моду и прихоти рынка. 

В 2021 году, после восьмилетнего перерыва, Вонг Карвай вернется на экраны с новым фильмом «Цветение» и одновременно снятым на его основе сериалом. 

Слушайте музыку, помогайте «Медузе»

Антон Долин

Реклама