Перейти к материалам
истории

Домашний кинотеатр: Аки Каурисмяки Во что верит главный финский режиссер? Почему в его фильмах нет клише о Финляндии? Рассказываем о пяти картинах современного классика

Источник: Meduza

Каждые выходные в рубрике «Домашний кинотеатр» на «Медузе» выходят рекомендации для всех, кто хочет изучить историю кино. В этом выпуске кинокритик Антон Долин рассказывает о самом прославленном финском режиссере Аки Каурисмяки — синефиле-романтике, идеалисте-скептике и меланхолике.

Photo 12 / Alamy / Vida Press

Тени в раю

1986

YouTube Movies

Аки Каурисмяки для финской культуры — почти такой же неотъемлемый и формообразующий факт, как руны «Калевалы» или музыка Сибелиуса. Хотя этот завзятый синефил-романтик, идеалист-скептик и склонный к ностальгии меланхолик с его неподражаемым чувством юмора и музыкальным слухом противоречит каждым своим фильмом привычным клише, связанным с Финляндией. Ни упоения природными красотами, ни телесной раскованности в его картинах не найти. Каурисмяки — дитя европейской культуры и классического кинематографа. Он умудрился пронести старомодную гуманистическую веру в человека сквозь несколько культурных периодов, сохранив при этом чистоту и честность. Уже поэтому среди других режиссеров-постмодернистов он уникален. 

Каурисмяки, дитя киноклубов, к началу 1980-х успел сменить несколько профессий, сохраняя свою любовь к старым фильмам. Зарабатывая здесь и там, он поработал и как критик, и как фестивальный организатор, и как актер, снимаясь в образе Вилле Альфа (отсылка к «Альфавиллю» Годара) в картинах своего старшего брата Мики Каурисмяки. А потом взялся за постановку сам, ничуть не смущаясь холодным поначалу приемом у критиков. Его третья режиссерская работа «Тени в раю» принесла Аки славу, как минимум, на родине: картина была награждена национальной премией «Юсси» как лучший фильм года. 

Первая часть так называемой «Пролетарской трилогии» — немногословная, мужественная, но при этом насквозь ироничная и сентиментальная (эти два качества в фильмах Каурисмяки не мешают друг другу, а только дополняют) — картина рассказывает об отношениях водителя мусоровоза Никандра и кассирши супермаркета Илоны. Невзирая на то, что Каурисмяки не стремится к документальной точности и реализму — его постоянный оператор Тимо Сальминен тщательно выстраивает светотень и цветовой баланс каждого кадра, а изъясняются персонажи на старомодном литературном языке, крайне далеком от современного разговорного, — режиссер пригласил на первый показ фильма водителей мусоровозов Хельсинки. Им очень понравилось, хотя своей жизни на экране они узнать не смогли. Впоследствии Каурисмяки развивал те же темы — маленький человек и его стоическое сопротивление безразличному миру, — в двух следующих фильмах трилогии, «Ариэль» (1988, о злоключениях безработного шахтера) и «Девушка со спичечной фабрики» (1990, о фабричной работнице, мстящей своим гонителям). 

«Тени в раю» соединяют на экране трех любимых исполнителей Каурисмяки. Роль Никандра играет актер и музыкант Матти Пеллонпяя, снимавшийся практически во всех картинах режиссера и ушедший из жизни трагически рано, в 44 года. Илона — бессменная муза Каурисмяки Кати Оутинен. Появляется и Сакари Куосманен, корпулентный и колоритный рокер, постоянный участник картин Каурисмяки. 

Ленинградские ковбои едут в Америку

1989

ВЕЛИКИЕ КОМИКИ ХХ ВЕКА

«Я могу снять самый худший фильм на свете, но дерьма точно не сниму», — хвалился Аки Каурисмяки. Этими словами он комментировал свои экспериментальные картины, в которых не пытался переосмыслить классику литературы и кино или рассказать о реалиях современной ему Финляндии. Такова, например, его абсурдистская комедия «Союз Каламари» (1985) — полтора десятка ее героев, каждого из которых зовут Франк, пытаются пересечь Хельсинки с севера на юг, но пропадают и гибнут по дороге. Самый известный из «плохих» фильмов Каурисмяки — бесспорно, «Ленинградские ковбои едут в Америку», моментально получивший культовый статус. 

Панк-группа «Ленинградские ковбои» из заснеженной России пытается выступать в Сибири, но их музыка привлекает исключительно деревенских дурачков. Тогда они решают отправиться на гастроли в США. Нелепые подражатели Элвиса Пресли, исполняющие по преимуществу каверы старых рок-н-ролльных хитов, попадают впросак, переживая одно бредовое приключение за другим, но не сдаются. В этом фарсе Каурисмяки проявил в полной мере свой идеализм, воспев отряд бескомпромиссных глупцов-оптимистов, не способных хотя бы отчасти смириться с законами окружающей их реальности. В картине заняты Матти Пеллонпяя и Сакари Куосманен, в эпизодах появляются сам Каурисмяки и его американский друг Джим Джармуш: он играет мошенника, торгующего подержанными автомобилями. 

Группы «Ленинградские ковбои», разумеется, не существовало, ее выдумал режиссер (музыкантов играли члены реально существовавшего ансамбля Sleepy Sleepers), но после выхода фильма она таки родилась на свет и успешно просуществовала несколько лет. А Каурисмяки сделал с их участием еще два фильма — «Ленинградские ковбои встречают Моисея» и документальный концерт, снятый на главной площади Хельсинки, «Тотал балалайка шоу» с участием ансамбля Александрова. Оба вышли в 1994 году. 

Жизнь богемы

1992

Church Of Film

Со своего дебюта Каурисмяки использовал шедевры мировой литературы как отправную точку, впоследствии не оставляя от первоисточника камня на камне, но оставаясь верным его духу. Его первый фильм «Преступление и наказание» (1983) превращал Раскольникова в мясника, который убивал не старуху, а циничного бизнесмена, за что отказывался раскаяться. В комедии «Гамлет идет в бизнес» (1987) принц Датский был самым непривлекательным персонажем, а действие переносилось на фабрику по производству резиновых утят. Однако самой личной и пронзительной из «экранизаций» Каурисмяки все же осталась «Жизнь богемы» по одноименному роману Анри Мюрже (связь фильма с оперой Пуччини режиссер упорно отрицает).

Действие перенесено в 1960-е. Художник и иммигрант-нелегал Родольфо, поэт Марсель и композитор Шонар ведут нищую, но вполне счастливую творческую жизнь в Париже. Любовь, политика и судьба вмешиваются в их жизнь, приводя к закономерному драматичному (но и немного комичному тоже) финалу. Как любой синефил, Каурисмяки боготворит французское кино, и этот бесконечно грустный и нежный фильм о силе и бессилии творчества — самое бурное из его признаний в любви. Одну из ролей исполняет знаковая звезда французской новой волны Жан-Пьер Лео (он же играл в предыдущей картине Каурисмяки, снятой в Лондоне, «Я нанял убийцу»), в кадре мелькает и великий Луи Маль. Фильм сделан полностью на французском языке, при том, что его не знают ни автор, ни исполнители двух главных ролей, финны Матти Пеллонпяя и Кари Вяяняннен. Третью роль сыграл француз Андре Вильм, ставший постоянным соратником режиссера. Снявшаяся в фильме собака Каурисмяки Лайка получила экранную кличку «Бодлер». В том же году режиссер был удостоен французского ордена Почетного легиона. 

Почти два десятилетия спустя в «Гавре» Каурисмяки вернулся снимать во Францию, задействовав некоторых актеров «Жизни богемы» и превратив грустную комедию о мальчике-беженце в своеобразный авторский сиквел. 

Юха

1999

YouTube Movies

Шедевр Каурисмяки, который может стать идеальным началом для знакомства с его кинематографом. «Юха» — тоже экранизация, в основу фильма лег одноименный роман первого профессионального писателя Финляндии Юхани Ахо, написанный в 1911 году и неоднократно перелагавшийся для сцены и экрана. Режиссер давно подбирался к этому материалу, пока на рубеже столетий не нашел подходящую форму: немой фильм. Сакари Куосманен играет здесь лучшую из своих ролей — хромого фермера Юху, обожающего свою жену. Кати Оутинен перевоплощается в Марью, которую обманывает и увозит в большой город обольститель Шемейкка (Андре Вильм с его зловещей внешностью лощеного иностранца). 

Всегда относившийся к диалогам в кино без большого пиетета, не гнушавшийся условностей и периодически снимавший на незнакомых языках, Каурисмяки логически пришел к фильму вовсе без реплик. Однако границы стилизации в «Юхе» неуловимо подвижны. Это не чистая игра в старомодную форму, а прозрачная и простая история любви, предательства, мести. Отягощение гротескной наивностью, свойственное актерской игре во всех картинах Каурисмяки, здесь входит в безупречную гармонию с эстетикой раннего кинематографа. Происходит чудо — современный зритель на время просмотра превращается в простодушного посетителя ярмарочной диковинки, «синематографа», плачет и смеется там, будто оказался в кино впервые в жизни. 

Человек без прошлого

2002

MiscTrailers

Самый большой успех за всю карьеру Каурисмяки — гран-при Каннского фестиваля и в придачу малая «Золотая пальма» для Кати Оутинен за исполнение главной роли. Возглавлявший жюри Дэвид Линч позднее называл «Человека без прошлого» своим любимым фильмом за последние годы. Картина в четвертый раз для Каурисмяки получила финский приз «Юсси» за лучший фильм и впервые в истории Финляндии вошла в список «Оскара». Каурисмяки демонстративно отказался лететь на церемонию в Лос-Анджелес в знак протеста против войны в Ираке. 

Это вторая картина «трилогии Финляндии», начатой в 1996-м драмой «Вдаль уплывают облака» о безработных и завершенной в 2006-м безнадежно-трагическими «Огнями городской окраины». И без того поэтический реализм Каурисмяки здесь окончательно становится магическим. Герой, о котором мы ничего не знаем — ни имени, ни рода занятий, — в первые минуты фильма подвергается нападению хулиганов. В больнице он, кажется, отдает богу душу, но тут же после этого воскресает и выходит наружу, не помня о себе ничего. Амнезия может стать благословением. Попав в коммуну бездомных, он постепенно обретает себя, формируя личность заново, с нуля, находя работу, смысл жизни и любовь. Но что останется от этого зыбкого счастья, если память однажды вернется?

Возводя свою картину к комедиям Чаплина и ранним голливудским мелодрамам, наполняя ее музыкой финских танго и старых романсов, возвращая буквальный смысл названию «Армия спасения», Каурисмяки превосходит сам себя в ироническом прекраснодушии. Кинематограф здесь окончательно превращается в золотой ключик от скрытой за старым холстом дверцы, за которой таится подлинная, невыдуманная утопия равенства, братства и музыки. 

В начале 2010-х Каурисмяки принимается за новую трилогию, посвященную судьбам аутсайдеров, чужаков и беженцев. Пока в ней только два равно замечательных фильма, «Гавр» (2011) и «По ту сторону надежды» (2017).   

Слушайте музыку, помогайте «Медузе»

Антон Долин

Реклама