Перейти к материалам

 

разбор

«Чертова математика, вот мы и встретились». Экономист Максим Буев проверил тезисы BadComedian о пенсионной реформе

Meduza

15 февраля BadComedian выпустил обзор на фильм «Газгольдер. Клубаре», где играет рэпер Баста. Последнюю треть ролика он посвятил разгрому позиции Басты по пенсионной реформе: рэпер публично ее поддерживал, объясняя, вслед за первыми лицами государства и федеральными телеканалами, что это трудный, но необходимый шаг. Всем противникам реформы Баста предложил «взять учебник экономики и калькулятор». BadComedian прислушался к совету и постарался доказать несостоятельность аргументов в пользу повышения пенсионного возраста, опираясь на статистику. На следующий день Баста отказался от своей позиции и извинился. Но верны ли утверждения BadComedian? «Медуза» попросила разобраться в этом экономиста, проректора по стратегическому развитию Российской экономической школы Максима Буева.

Утверждение. В России 76 миллионов работающих. А пенсионеров — 44 миллиона, из них 12 миллионов работают и 12 миллионов инвалидов. «То есть по факту тех самых пенсионеров, что сидят на шее — 20 миллионов».

Это неверная трактовка правильных цифр

Главное заблуждение BadComedian в подсчетах числа «сидящих на шее» заключается в том, что и инвалиды, и работающие пенсионеры получают пенсию из бюджета Пенсионного фонда России. Вычитать их из 44 миллионов нельзя категорически.

Но это не единственная проблема с цифрами, которые привел BadComedian.

А что еще не так с этими цифрами?

BadComedian объединил в одной круговой диаграмме 76 миллионов работающих и 44 миллиона пенсионеров. Но если посмотреть внимательно, то окажется, что в сумме этих людей будет меньше 120 миллионов человек. Дело в том, что это пересекающиеся множества: большинство работающих пенсионеров (в возрасте до 72 лет) считаются и работающими, и пенсионерами одновременно. Более того, по данным Росстата, 76 миллионов — это не численность работающего населения, а численность рабочей силы. Рабочая сила состоит из работающих и безработных, активно ищущих работу. Иными словами, в эти 76 миллионов входят и те безработные пенсионеры, которые «занимались поиском работы и были готовы приступить к ней».

В целом работающие пенсионеры получают больше денег из Пенсионного фонда, чем перечисляют туда. В каждом конкретном случае все зависит от зарплаты пенсионера сейчас и той зарплаты, которую он получал перед выходом на пенсию.

В Пенсионном фонде России действительно зарегистрировано 12 миллионов инвалидов, но только 2 миллиона из них получают пенсию по инвалидности. Дело в том, что страховая пенсия по инвалидности выплачивается лишь до достижения пенсионного возраста. Если же человек одновременно имеет право на получение нескольких видов пенсий, ему назначается и выплачивается одна пенсия, — та, что больше по размеру. Поэтому в своих рассуждениях BadComedian допустил еще две ошибки. Во-первых, как мы отметили выше, какую бы пенсию ни получал инвалид — он по-прежнему «сидит на шее» у работающего населения. Во-вторых, будущих инвалидов пенсионная реформа касается в той мере, в которой их пенсия по старости заменяет пенсию по инвалидности.

Утверждение. «Ожидаемая продолжительность жизни — это среднее число лет предстоящей жизни человека. Как правило, под ней понимают ожидаемую продолжительность жизни при рождении».

Верно

Здесь следует добавить, что при вычислении ожидаемой продолжительности жизни считается, что статистические данные по смертности в различных возрастных группах населения останутся неизменными. Это отнюдь не гарантировано, и иногда ожидаемая продолжительность жизни конкретного поколения с течением времени меняется не так, как было рассчитано при рождении.

Утверждение. «Бремя пенсионной реформы ложится на плечи уже сейчас, поэтому необходимо брать актуальный показатель, который демонстрирует нынешнее положение дел».

Неверно

Пенсионная реформа проводится не потому, что нужно быстро заткнуть дыру в бюджете Пенсионного фонда России, а дальше все будет нормально. А для того, чтобы вывести ПФР на бездефицитный бюджет в какой-то момент в будущем — например, когда нынешние новорожденные будут выходить на пенсию, то есть через 60-65 лет.

Бюджет ПФР дефицитный уже сейчас, в нем большая дыра. Если не повысить пенсионный возраст, дыра вырастет — при нынешних предположениях о том, какой будет демография России в ближайшие полвека. В один момент эту дыру не заткнуть — это долгий последовательный процесс. Поэтому переходить к реформе надо постепенно и начинать уже сегодня.

В своих рассуждениях BadComedian, не разобравшись, предлагает решать совсем другую задачу: оценить правдоподобность того, что дефицит бюджета Пенсионного фонда должен был вырасти, исходя из последних демографических тенденций. Иначе говоря, разговор BadComedian — не про нужность или ненужность реформы, а про то, откуда появилась дыра в бюджете ПФР. Это разговор про прошлое, а не про будущее. Он больше подходит не для обсуждения необходимости повышения пенсионного возраста, а для обсуждения вопроса, куда делись деньги из ПФР.

Утверждение. Коэффициент смертности для группы населения в возрасте 60-64 года изменился с 21,9 на 1000 человек в 1990 году до 19,5 в 2015 году, а для группы в возрасте 65-69 лет — с 29,6 в 1990-м до 26,2 в 2015-м. «На этих графиках я использовал сравнение с девяностыми годами взрослых людей после 60 лет. И оказалось, что люди данной возрастной категории мрут примерно на таком же уровне».

Жесткая трактовка верных цифр

Если предположить, что исходная численность этих возрастных групп в 1990 и 2015 годах была одинаковой, то пенсионеров стало бы больше на четверть процента. Однако для однозначного вывода о нагрузке на пенсионную систему этих цифр недостаточно. Нужно смотреть на относительную динамику коэффициентов смертности для трудоспособного населения и пенсионеров.

Утверждение. «И вы спросите: „А тогда за счет чего сильно повысилась продолжительность жизни, которую пихают в каждый эфир?“ Да за счет уменьшения детской смертности».

Верно отчасти

За период, прошедший после первой всеобщей переписи населения России 1897 года, продолжительность жизни россиян увеличилась вдвое. Это связано, главным образом, с сокращением детской (в 80 раз) и младенческой (в 32 раза) смертности. В этом BadComedian абсолютно прав. Но это далеко не полная картина происходящего.

А что там за полная картина?

Ожидаемая продолжительность жизни также увеличилась благодаря общему повышению качества медицинских услуг, изменению образа жизни, меньшему потреблению алкоголя и так далее. Это привело к снижению смертности и в других возрастных группах. И здесь наша страна не исключение. Мы медленно, но верно следуем за развитыми странами. Не верите?

Для того, чтобы детская смертность не портила картину, посмотрим на среднюю ожидаемую продолжительность жизни 10-летних детей. В России она увеличилась с 58,5 дополнительных лет в 1990 году до 61,1 дополнительных лет в 2015 году. Продолжительность выросла на 4,4%. Для сравнения, те же цифры для Норвегии (страны с высокой продолжительностью жизни населения) будут 67,7 (1990 год) и 72,4 (2015 год) дополнительных лет, или повышение на 6,9%.

Утверждение. «Вот вам замечательные данные Росстата, которые демонстрируют, что мужчины в пенсионном возрасте умирают даже чаще, чем в конце XIX века. Но в целом продолжительность возросла невероятно — посмотрите на изменения показателей смертности у детей».

Верно отчасти

Здесь BadComedian занялся тем, что экономисты называют data snooping (также data dredging или data fishing). Честный анализ ситуации был заменен им на выискивание данных, подтверждающих заранее сформированную точку зрения. При этом о тех данных, которые в эту точку зрения не вписывались, блогер предпочел не упоминать.

Что это еще за данные?

В своей инфографике BadComedian привел старые данные за 2006 год. Если взять коэффициенты смертности за 2017 год, то преимущество XIX века пропадет во всех половозрастных категориях.

Данные Росстата за 2017 год можно найти в последнем «Российском статистическом ежегоднике».

Но даже в данных за 2006 год BadComedian не обратил внимания на женщин. Они, как правило, живут дольше мужчин. Поэтому с точки зрения нагрузки на пенсионную реформу именно эта статистика должна была бы иметь бо́льший вес в рассуждениях BadComedian.

Однако здесь следует оговориться. Брать коэффициенты смертности в отдельных возрастных группах, рассматривать их в отдельных двух точках во времени и пытаться из этих цифр вывести характер изменения нагрузки на пенсионную систему — неблагодарное дело. Эти цифры нам ничего не скажут о соотношении работающих и пенсионеров в разные исторические периоды. Для того, чтобы вывести какие-то заключения для сбалансированности пенсионной системы в прошлом и сейчас, нужно смотреть на все распределение численности населения в разных возрастах. Или как минимум на динамику коэффициентов смертности среди трудоспособного населения и пенсионеров. Согласно данным Росстата, одной из причин повышения нагрузки на пенсионную систему стало диспропорциональное увеличение смертности среди разных групп работающих по сравнению с пенсионерами.

В качестве примера представьте ситуацию: в 1930 году в стране много молодых и мало старых. Дольше 60 лет мало кто живет. Молодые умирают реже старых. Кажется, с точки зрения пенсий все отлично: работающих много, пенсионеров мало. А теперь проходит 30 лет. В стране по-прежнему люди в среднем умирают в возрасте 60 лет. Причем и молодые, и старые умирают с такой же частотой, что и 30 лет назад. Но при этом — теперь 60-летних много, а молодых — мало. Нагрузка на пенсионную систему возросла многократно. Как такое случилось? Видимо, что-то произошло в промежутке, что выкосило когорту молодых. Это может быть война, как в 1940-е, или падение рождаемости, как в 1990-е.

Утверждение. «То же самое работает в сравнении с девяностыми. И женщины, и мужчины жить стали ненамного дольше, но продолжительность жизни технически все равно увеличилась. Наверное, виноваты девяностые: столько людей поубивали, рождаемость упала и эта чертова демографическая яма.»

Верная интуиция, но неправильная подача

Слово «технически» и дальнейшие догадки BadComedian как раз и связаны с невозможностью однозначно вывести характер изменения ожидаемой продолжительности жизни из двух-трех значений коэффициентов смертности в разные периоды времени. Математика здесь простая, но нудная — результат зависит от относительного изменения коэффициентов смертности для разных возрастных групп.

Нагрузка на пенсионную систему может как увеличиться, так и уменьшиться, вне зависимости от изменения ожидаемой продолжительности жизни при рождении. Важна динамика коэффициентов смертности среди разных возрастных групп населения, в частности, среди пенсионеров и работающих.

О какой еще динамике идет речь?

Представьте, что в стране живет 100 человек: по 25 молодых 20-летних, 40-летних, 60-летних и 80-летних. Пусть люди выходят на пенсию в 60 лет. Допустим, в среднем из 20-летних умирает 5 человек, из 40-летних тоже 5 человек, из 60-летних — тоже 5, а 80-летние умирают все 25 человек. Это и есть коэффициенты смертности: соответственно 1/5, 1/5, 1/5 и 1. В среднем в такой экономике умирает всего 40 человек (5+5+5+25).

Ожидаемая продолжительность жизни при рождении равна 59,04 года (1/5×20 + 4/5×1/5 ×40 + 4/5×4/5 ×1/5×60 + 4/5×4/5×4/5×1×80 = 59,04 года).

С точки зрения нагрузки на пенсионную систему в нашей экономике на каждого живого старше 59 лет (их 20) приходится 2 человека младше 60 лет (по 20 двадцатилетних и сорокалетних).

Представьте теперь, что в какой-то другой период в экономике такой же демографический состав. И по прежнему умирают все 80-летние. Но теперь в среднем умирает лишь 1 из 20-летних, 4 из 60-летних, но целых 10 из 40-летних. Пенсионеры умирать стали чуть реже. А работающие — чуть чаще. При этом среди работающих основная масса умирает в 40 лет.

Теперь по-прежнему умирает 40 человек, но ожидаемая продолжительность жизни при рождении выросла до 60,4 года. А нагрузка на пенсионную систему увеличилась: на одного пенсионера (21 человек) приходится теперь лишь 1,86 работающих (24 двадцатилетних и 15 сорокалетних).

То есть при незначительных изменениях коэффициентов смертности для работающих и пенсионеров нагрузка на пенсионную систему может вырасти, а продолжительность жизни — увеличиться.

Другой пример. Пусть мы наблюдаем нашу экономику еще в какой-то третий промежуток времени. Пусть ее демография все та же. Однако теперь среди 20-летних умирает в среднем 10 человек, среди 40-летних — 1, среди 60-летних — 4, среди 80-летних, по-прежнему, все 25.

По-прежнему, в экономике умирает 40 человек из 100. Смертность среди пенсионеров изменилась незначительно (с 30 человек до 29), смертность среди работающих — тоже (с 10 человек до 11). А ожидаемая продолжительность жизни упала до 53,2 года.

А что с нагрузкой на пенсионную систему? Как и во втором случае на 21 пенсионера приходится 39 работающих, то есть1,86 работающих кормит 1 пенсионера.

Получается, что нагрузка на пенсионную систему не привязана жестко к изменениям ожидаемой продолжительности жизни при рождении.

Утверждение. «Согласно данным того же Росстата, дно демографической ямы мы прошли в 2000-х. И никакого влияния эта яма не будет оказывать к 2023 году».

Неверно

Дно мы прошли в 2000-х в том смысле, что в 2012-м рождаемость превысила смертность и начался естественный прирост населения. Но, во-первых, естественный прирост населения уже в 2016 году сменился естественной убылью. До прошлого года она компенсировалась миграционным притоком, поэтому население страны в целом увеличивалось. Но по итогам 2018 года было зафиксировано сокращение населения почти на 87 тысяч человек. Естественная убыль населения при самом благоприятном прогнозе Росстата продлится минимум до 2023 года. А население страны скорее всего будет постепенно сокращаться на протяжении всего горизонта прогнозирования — до 2035 года.

А, во-вторых, влияние демографической ямы, которую Россия прошла в 2012 году, будет ощущаться еще долго. Так как нужно сравнивать не только число родившихся с числом умерших вообще в целом по экономике, но и с числом умерших в каждой возрастной когорте. Все это прямо влияет на нагрузку пенсионной системы.

Утверждение. «В 1990 году на 1000 работающих приходилось 764 неработающих, а в 2017 году на 1000 работающих — 785 неработающих. Даже по свежему прогнозу от Росстата ситуация далека от катастрофической».

Верные цифры, верное направление, но речь теперь не только про пенсии

BadComedian говорит здесь о коэффициенте демографической нагрузки (КДН). Он показывает не только соотношение числа пенсионеров к числу работающих, но и соотношение детей до 15 лет. BadComedian прав в том, что на этот коэффициент стоит смотреть, чтобы понять, насколько вырастает нагрузка на работающее население. Но поскольку в расчет КДН включаются дети, то разговор уже не только о пенсионной системе, а о социальной системе в целом — расходах государства на школы, детские сады и так далее. Это еще более широкая дискуссия, чем целесообразность повышения пенсионного возраста. Для устойчивости же пенсионной системы важно не число неработающих в целом, а то, превышает ли нагрузка детьми нагрузку пенсионерами или нет.

Согласно прогнозам Росстата:

  • коэффициент демографической нагрузки будет увеличиваться
  • нагрузка пенсионерами в России будет превышать нагрузку детьми все больше и больше

Это означает, что население страны стареет, и давление на пенсионную систему будет расти. Дефицит, который есть сейчас, меньше не станет. Надо принимать меры. Катастрофы нет. Но лишь пока. А что, если мы захотим поднять рождаемость, да еще увеличить расходы на образование?

Общий вывод

В простейших вычислениях BadComedian совершил несколько ошибок и ввел зрителей в заблуждение. В целом, это лишь подчеркивает сложность и расчетов, и вопроса в целом. Но, возможно, BadComedian целенаправленно занимался data fishing, чтобы убедить зрителей в том, что пенсионная реформа — это свинья, заведомо подложенная государством населению, и что никакой катастрофической разбалансировки системы нет.

Тем временем, в реальности вопрос заключается в другом. Неблагоприятные демографические тренды и разбалансировка существующей системы у экспертов не вызывают сомнений. Вопросы вызывает способ ее починки или замены. С одной стороны, можно поднять пенсионный возраст. Это просто. А с другой, например, — увеличить налоги на богатых, снизить потери бюджета, уменьшить воровство, административные расходы Пенсионного фонда. Можно использовать Фонд национального благосостояния, доходы с продажи природных ресурсов, которые, вроде бы, принадлежат всем россиянам. Можно, наконец, создать условия в экономике для экономического роста, роста зарплат и, как следствие, отчислений в бюджет Пенсионного фонда. Но это сложно, требует политической воли и даже перенастройки менталитета правительства. Простой или сложный шаг — в любом случае для власти это непопулярная мера. Вопрос в том, какое сопротивление встретит каждая из этих мер. Власть идет по пути наименьшего.

Максим Буев

При участии Дениса Дмитриева