Перейти к материалам
истории

В Украине запретили российскую музыку «Медуза» расспросила участников музыкального рынка России о том, к чему это приведет

Источник: Meduza
Pavlo Bagmut / Ukrinform / ZUMA Press Wire / Scanpix / LETA

19 июня Верховная рада Украины приняла закон, запрещающий воспроизводить российскую музыку в медиа и общественных местах. Теперь в стране нельзя публично исполнять и показывать «фонограммы, видеограммы и музыкальные клипы», если это произведение гражданина «страны-агрессора». «Медуза» поговорила с участниками российского музыкального рынка о том, чем это может ему грозить.

Принятый Верховной радой закон «О внесении изменений в некоторые законы Украины о поддержке национального музыкального продукта и ограничении публичного использования музыкального продукта государства-агрессора» запрещает публичное исполнение российской музыки. Теперь «фонограммы, видеограммы и музыкальные клипы» артистов из России нельзя транслировать в общественных местах. Это ограничение распространяется на исполнителей, имевших российское гражданство с 1991 года.

Согласно материалам сайта Рады, за принятие закона проголосовали 303 депутата. Как сообщает «Русская служба Би-би-си», ограничения будут действовать «до полного освобождения всех оккупированных территорий Украины и прекращения агрессии со стороны страны-агрессора».

Воспроизводить песни российских исполнителей в Украине, согласно новому закону, можно лишь в том случае, если артист с гражданством РФ открыто высказался против войны. Такому музыканту необходимо подать заявление в Службу безопасности Украины и признать тем самым суверенитет и целостность страны. Тем не менее СБУ может отклонить заявку, не раскрыв «оснований, которые стали причиной отказа». Вошел ли кто-то из российских артистов в этот список, пока не известно.

Что говорят участники музыкального рынка

Для этого материала «Медуза» попросила прокомментировать новый закон около двух десятков российских и украинских промоутеров, представителей музыкальных лейблов, музыкантов, критиков. Большинство из них не ответили.

Представители крупнейших музыкальных лейблов Universal Music и Warner Music отказались от комментариев, так как компании покинули Россию. Лейбл Masterskaya Ивана Дорна, а также Gazgolder тоже отказались от комментариев. По разным причинам не ответили на запрос «Медузы» или отказались от комментариев восемь украинских и российских критиков и семь промоутеров. На звонки «Медузы» не ответили продюсер Нателла Крапивина, продюсер Юрий Бардаш, певица Луна. Представители Валерия Меладзе также не ответили «Медузе».

В поддержку запрета российской музыки публично высказалась народная артистка Украины Тина Кароль. Исполнительница поздравила украинских музыкантов с принятием нового закона. По ее словам, это еще один шаг в сторону независимости Украины, с помощью которого страна вырабатывает «айдентику нации»:

Мы закаляем новую историю Украины таким сложным, болезненным путем. Давайте мы будем писать эту новейшую историю без России.

Певица выступила и против благотворительных концертов в поддержку украинских беженцев, где украинские артисты исполняют песни на русском языке: «Я считаю, что эти концерты, если исполняются русские песни, должны называться коммерческими. Они не могут представлять Украину… у сообщества за границей [возникает] вопрос: мы не понимаем — вы воюете или поете на русском?»

По мнению лидера украинской группы «Друга ріка» Валерия Харчишина, украинцы сами сделали себя частью российского информационного пространства и поэтому такой закон нужно было принять гораздо раньше: «Благодаря культуре, в частности музыкальной, нас делали частью России. Мы пели и исполняли песни на русском языке, становились частью русскоязычного пространства. Для россиян все русскоязычное информационное пространство и есть Россия». По мнению музыканта, отсутствие культурных связей с Россией помогло бы избежать войны. При этом он обращает внимание на то, что российскую музыку все еще можно найти в интернете.

Андрей Данилко, выступавший под псевдонимом Верка Сердючка, в интервью также поддержал новый закон:

Я считаю, что это правильно сейчас. Ведь сейчас обостренное восприятие у людей, так же было и с немецким языком. Люди, которые тогда были под оккупацией, не могли слышать немецкий язык.

Известный украинский продюсер и телеведущий Игорь Кондратюк считает, что, пока в Украине идет война, все русскоязычные артисты должны быть запрещены. Петицию, адресованную президенту Украины Владимиру Зеленскому, с просьбой запретить русскоязычным артистам выступать на территории Украины Кондратюк подал еще до начала войны. Под ней подписались 25 тысяч человек:

Это такая же защита Украины, как и та, которую осуществляют вооруженные силы в местах столкновения с агрессором. Российские артисты должны быть персонами нон грата в Украине до тех пор, пока отношения с Россией не будут иметь дружественную основу. С 2014 года российские артисты стали просто передовым отрядом российской армии.

В разговоре с «Медузой» музыкант и лидер российской группы СБПЧ Кирилл Иванов отметил, что запрет русскоязычной музыки и артистов, которые поддержали или не осудили войну, — «очевидное последствие того, что Россия начала войну». До войны СБПЧ часто выступала в Украине: «Это всегда были трогательные и пронзительные концерты. Сейчас нехватка и невозможность этого чувствуется вдвойне, все это разрушено», — говорит Иванов. Решение отказаться от российской музыки он называет «совершенно очевидным и сугубо личным делом украинцев».

Музыкальный издатель и продюсер группы Pussy Riot Александр Чепарухин придерживается другой точки зрения:

По поводу бойкота всего русского — сейчас популярна мантра: «Их [украинцев] можно понять, они обливаются кровью». Я ненавижу путинский режим, и про Путина я все понял еще в конце 1990-х. Войну я воспринимаю как чудовищное преступление, как тяжелейшую личную трагедию, она причиняет мне невыносимую боль. Но тех, кто пытается расчеловечить весь русский народ, представить русских не заслуживающими жизни жестокими зверьми, я понять не могу.

Встреченные мной пострадавшие от войны украинцы — беженцы и те, кто героически спасает людей, врачи, волонтеры, — ни разу не проявили никакой ненависти к русским. Они ценят солидарность в сопротивлении злу.

Но некоторые мои украинские знакомые, видные деятели культуры, активно стремятся запретить все русское — везде, где только можно. Я, честно говоря, не совсем понимаю, по каким критериям они определяют, что относится к пресловутой «русской культуре». Язык? Но среди самых ярых запретителей есть и те, кто до сих пор общается исключительно по-русски. Русский — в том числе и язык Украины, миллионов украинцев. Зачем Украине отдавать России монополию на русский язык? 

Российский паспорт? Но гражданство не выбирают, изменить его непросто, и дискриминировать людей по признаку гражданства ничуть не лучше, чем делать это по расовому признаку. 

«Демонизация» и «расчеловечивание» русских только способствуют еще большему разжиганию ненависти и углублению кризиса, считает продюсер: «Вместо того чтобы концентрироваться на интернациональной борьбе с режимом, который развязал войну, центр тяжести переносится на борьбу со всеми „россиянами“. Я думаю, что это помогает Путину и его пропаганде».

Впрочем, количество живых выступлений российских артистов значительно сократилось задолго до войны — после 2014 года, считает основатель российского лейбла «Лейбл» (работает с музыкантами MIRÈLE, Керил, myrtlle) Илья Фоменко. Музыкальный маркетолог Евгения Анисимова рассказала «Медузе», что для выступления в Украине до войны было необходимо получить гастрольное разрешение и согласовать сет-лист с местными властями: «Это такая же нелепая ситуация, как в Беларуси. Это элементы тотальной цензуры».

«Медуза» заблокирована в России. Мы были к этому готовы — и продолжаем работать. Несмотря ни на что

Нам нужна ваша помощь как никогда. Прямо сейчас. Дальше всем нам будет еще труднее. Мы независимое издание и работаем только в интересах читателей.

Пострадает ли музыкальный бизнес в России

Запрет русскоязычной музыки в Украине «провел окончательный водораздел между двумя рынками, речь идет не столько о географической границе, сколько об идейной», считает организатор московского музыкального фестиваля Fields Андрей Морозов. Несмотря на это, он подчеркивает, что российский бизнес вряд ли ощутит от этого какие-то сильные, резкие последствия, так как «отмена» больших российских артистов началась не сегодня.

По словам Ильи Фоменко из «Лейбла», «украинский рынок был всегда важен для российских артистов». По его наблюдениям, чарты основных музыкальных платформ в России и Украине были почти идентичными. Но нынешний запрет украинских властей, по его словам, — это лишь «капля в море общих проблем в индустрии» России.

После начала войны больше всего пострадали лейблы и артисты, которые сотрудничали с иностранными дистрибьюторами, говорит Фоменко. За последние два года в России существенно вырос рынок стриминговых платформ, а роялти за прослушивание стали основным доходом для музыкантов — но после начала войны часть иностранных дистрибьюторов и стриминговых платформ приостановила работу с российскими лейблами и артистами. Также изменились способы и сроки выплат, были заморожены маркетинговые бюджеты, что сильно ударило по российскому музыкальному бизнесу.

По словам Анисимовой, еще одна проблема артистов в России сегодня — запрет на выступления из-за открытого осуждения войны. Один из последних примеров — на «Отличном фесте» в Петербурге за это сняли четырех хедлайнеров: Anacondaz, «Кис-Кис», Алену Швец и Дору.

Морозов также подтверждает, что многие артисты уже получили негласный запрет на выступления в России от власти. В свою очередь, некоторые независимые артисты сами отказываются от выступлений в России во время войны:

То есть выходит, что белый список российских артистов, который будет формироваться в ВСУ, и черный список «изменников родины» у нас — это почти эквивалентные понятия.

При этом артистов, желающих «усидеть на двух стульях одновременно», по мнению Морозова, сейчас уже не осталось: те, кто хотел, уже заявили о своей солидарности с Украиной (к примеру, так сделали Noize MC и Монеточка, которые провели серию благотворительных концертов в поддержку украинских беженцев) — и они едва ли в ближайшее время вернутся на российскую сцену. Таким образом, в России останутся лишь выступления «молчащих» артистов — или тех, кто публично поддержал «спецоперацию».

При этом ясно, что не у всех музыкантов есть ресурсы, чтобы высказаться и уехать. Большинство независимых артистов просто не может себе этого позволить, считает Морозов. И сейчас они испытывают «тяжелейший диссонанс» от происходящего: «Ты вынужден молчать, чтобы сохранить свою свободу и иметь возможность заботиться о своих близких»:

В первую очередь это [запрет российской музыки в Украине] гигантская культурная и человеческая трагедия для всех здравомыслящих и чутких артистов из России. Уверен, что большинство из них никогда не проводило какой-то четкой черты между поклонниками из одной страны и другой.

Большинство этих музыкантов еще и до войны придерживалось оппозиционных взглядов: многие из них ходили на митинги в поддержку Навального и против Путина, жертвовали средства в правозащитные фонды, выражали несогласие с аннексией Крыма. В текущей ситуации, когда включилась машина военной цензуры, возможность высказывать свое мнение открыто есть далеко не у всех из них. 

То же самое происходит и с литературой

Российская литература в Украине — отныне просто «зарубежная» Киев запретил ввозить в страну книги из России. Российские издательства потеряли важнейший иностранный рынок

То же самое происходит и с литературой

Российская литература в Украине — отныне просто «зарубежная» Киев запретил ввозить в страну книги из России. Российские издательства потеряли важнейший иностранный рынок

 

Алексей Славин