Перейти к материалам
разбор

Уже неделю в России яростно спорят об электронном голосовании. Вот пять главных вопросов об этой системе, на которые власти до сих пор не дали ответа Мы сформулировали их максимально понятно

Источник: Meduza
Андрей Никеричев / Агентство «Москва»

1. Почему результаты подсчитывали так долго?

За пару месяцев до голосования разработчики, ссылаясь на техническое задание, говорили, что собираются расшифровать голоса двух миллионов избирателей за час-полтора.

Однако результаты электронного голосования стали известны позже, чем итоги обычного, «бумажного». Даже согласно официальной хронологии, процедура электронного подсчета заняла в несколько раз больше времени и продлилась примерно до четырех утра. А журналисты обнаружили эти результаты еще позже (только днем в понедельник) и в крайне неудобном формате — их никак не выделили среди итогов очного голосования.

Власти объяснили задержку подсчетом переголосований — новой функцией избиратели воспользовались почти 300 тысяч раз. Переголосования — или «отложенные решения» — позволяли избирателю еще раз получить бюллетень и менять свой выбор раз в три часа (но не позже чем через сутки после первого голосования).

Однако непонятно, почему эта особенность системы оказалась сюрпризом для разработчиков — и не была отражена в том самом техническом задании.

2. Как считали бюллетени избирателей, которые переголосовали?

Если избиратели могли переголосовать, то должны быть алгоритмы и математический аппарат, благодаря которым разработчики системы отличают первый бюллетень от последнего (который и должен быть засчитан). Их до сих пор не обнародовали.

Но даже если бы эти алгоритмы были доступны, наблюдатели все равно не смогли бы сами проверить результаты выборов. Дело в том, что, помимо публичного блокчейна, содержащего все зашифрованные голоса, в системе электронного голосования есть еще и непубличный блокчейн. Доступ к нему есть только у организаторов выборов.

Именно в этот непубличный блокчейн в итоге и попали данные, позволившие распределить бюллетени и выбрать нужный. Проверить корректность подсчета голосов в нем сейчас невозможно.

3. А голосование было анонимным?

Начальник управления по совершенствованию территориального управления и развитию смарт-проектов правительства Москвы Артем Костырко, курировавший разработку системы электронного голосования, много раз уверял публику и экспертов, что интернет-избирателям гарантирована абсолютная анонимность. Никто, даже администраторы системы, якобы не могут узнать, как проголосовал тот или иной человек.

При этом глава Общественного штаба по наблюдению за выборами в Москве Алексей Венедиктов заявил, что данные, которые позволили бы любому желающему пересчитать переголосования, опубликованы не будут. Потому что, по его словам, это приведет к деанонимизации избирателей.

Если это действительно так, получается, кто-то уже знает (или может узнать), как голосовали избиратели. Без подробного технического описания процедуры переголосования невозможно разобраться, кто прав — Костырко или Венедиктов.

4. Почему даже обещанные открытые данные оказались неполными?

По задумке организаторов, на сайте observer.mos.ru избиратели могли получить первичные данные о ходе интернет-голосования. Там можно было посмотреть транзакции блокчейна с выданными бюллетенями, зашифрованными и расшифрованными голосами. То есть узнать, сколько всего выдано электронных бюллетеней и каков результат по ним в целом.

Но и эти данные оказались неполными. Расшифровка бюллетеней, результаты которой попали на сайт, была остановлена через полчаса после начала подсчета. В результате на observer.mos.ru нет в том числе финальных транзакций «Завершение голосования с результатом». Эти транзакции содержат информацию о числе голосов, отданных за ту или иную партию или кандидата, то есть фактически итоговый результат. Без них невозможно узнать, за кого избиратели отдали голоса, — и сверить это с официальными протоколами.

Непонятно, по какой причине это произошло: было ли это следствием внутреннего сбоя — или кто-то принял решение прекратить публикацию блоков с транзакциями.

5. Опубликуют ли техническую документацию системы?

Пока разработчики выложили только исходный код некоторых компонентов московской системы интернет-голосования. Между тем у избирателя и наблюдателя должна быть возможность досконально разобраться в устройстве такой сложной технической системы.

Она есть, например, у граждан Эстонии — Алексей Венедиктов, в частности, заявлял, что власти ориентируются на опыт этой страны. В Эстонии разработчики местного электронного голосования постоянно рассказывают о его устройстве в различных (.pdf) научных публикациях (.pdf) Исходный код может быть хорошим дополнением, но не заменой описания системы.

Читайте также

Так все-таки были фальсификации на электронном голосовании — или власти просто мобилизовали на него больше своих сторонников? «Медуза» разбирает главную политическую (и технологическую) дискуссию этих выборов

Читайте также

Так все-таки были фальсификации на электронном голосовании — или власти просто мобилизовали на него больше своих сторонников? «Медуза» разбирает главную политическую (и технологическую) дискуссию этих выборов

Мы не сдаемся Потому что вы с нами

Денис Дмитриев

Реклама