Перейти к материалам
истории

«Смотрят телевизор и пьют чай-кофе» Оказалось, что Навальный не в колонии в Покрове, а в одном из СИЗО Владимирской области. Вот как адвокаты разыскивали политика — и в каких условиях он находится

Источник: Meduza
Евгений Фельдман для «Медузы»

25 февраля Алексея Навального этапировали из московского СИЗО «Матросская Тишина». Официально о том, где находится политик, известно не было, но источники сразу нескольких СМИ сообщали, что Навального увезли в исправительную колонию № 2 в городе Покрове Владимирской области. Спустя неделю — 3 марта — адвокаты Навального наконец смогли разыскать его: в СИЗО-3 в городе Кольчугино (все в той же Владимирской области). О том, как защитники искали политика и в каких условиях он сейчас находится, «Медуза» поговорила с адвокатом Навального Вадимом Кобзевым.

Была информация о том, что он в [ИК-2] в Покрове. Все об этом написали, включая ваше издание. Но к нему туда никто не ходил, и какого-то подтверждения, что он там, не было. Это первое.

Второе — мы сочли, что он не должен быть в колонии, поскольку приговор в силу еще не вступил. И поехали по СИЗО. Во Владимирской области СИЗО не так много — по-моему, всего два. И оказалось действительно, что он тут [в СИЗО-3 в городе Кольчугино]. 

Мы приехали к половине десятого [утра]. Прождали до двух. В полтретьего мы с ним встретились. Это была наша первая — после его возвращения в Россию — встреча, когда мы разговаривали не через стекло или телефон и без каких-либо третьих лиц. Мы были в кабинете, общались непосредственно тет-а-тет. При этом кабинет был оборудован видеокамерой. Был ли он оборудован аудиозаписывающими устройствами, мы не знаем.

СИЗО работает с восьми утра до пяти вечера — и до пяти мы были с ним. 

Читайте также

А меня все судят и судят, судят и судят За день прошло два суда над Алексеем Навальным. Реальный срок — сократили, по делу о «клевете на ветерана» — оштрафовали. Репортаж Кристины Сафоновой

Читайте также

А меня все судят и судят, судят и судят За день прошло два суда над Алексеем Навальным. Реальный срок — сократили, по делу о «клевете на ветерана» — оштрафовали. Репортаж Кристины Сафоновой

Несмотря на небольшие лишения, Алексей бодрый и веселый. У него все нормально. Из Москвы он ехал на машине — как раз с этими двумя сокамерниками [о которых рассказывалось в его инстаграме]. К нему никто не лез, не приставал, никто его не бил.

[Усиленные меры охраны из-за того, что Навальный поставлен на учет как склонный к побегу] никак не чувствовались. Все, кто знаком с подобными ситуациями, хором говорят, что это имеет значение при отбывании наказания, а не при нахождении в СИЗО. Так что до настоящего времени эта вещь себя никак не проявляла.   

Мы думаем, что [перевод Навального из московского СИЗО во владимирское] к законодательству и каким-то нормам отношения не имеет. Очевидно, было принято политическое решение для того, чтобы он был не в Москве. Я не знаю, знаете вы или нет, но с того момента, как он попал в московский изолятор, у этого изолятора постоянно стояли две патрульные машины ГИБДД. Опять же к этому изолятору пытались приходить люди в ходе [митингов]. 

Читайте также

Хочу нового Акция «Свободу Навальному!» в Москве — какой ее увидели спецкоры «Медузы», которые весь день провели на улицах столицы

Читайте также

Хочу нового Акция «Свободу Навальному!» в Москве — какой ее увидели спецкоры «Медузы», которые весь день провели на улицах столицы

Алексей знал, что владимирские пенитенциарные учреждения имеют дурную славу. Пока касательно лично него это никак не проявилось.

Он назвал камеру [в которой находится в СИЗО] карантинной. Всегда, когда человек попадает в СИЗО или колонию, он сначала находится в так называемом карантине — это даже не с вирусом связано, так положено. [Но] этот карантин никогда не являлся препятствием для встречи с адвокатом. 

Как вы видите [по посту в инстаграме], отношения [с сокамерниками] у него абсолютно нормальные. [Но] у него нет доступа к библиотеке. Также он не может пользоваться ларьком. Все эти дни у него основное питание — то, что предоставляет СИЗО. До вопроса, чем кормят, мы [во время встречи] не дошли. Но раз не жаловался, что совсем плохая еда, значит, она сносная. Тем не менее он сказал, что в Москве, конечно, кормили лучше. 

На мой взгляд, самое плачевное — это отсутствие у него холодильника. Потому что это существенно сужает круг тех продуктов, которые человек может себе позволить иметь. Все скоропортящееся, все, что должно содержаться в холоде, — тебе к этому доступ, получается, закрыт. 

[В СИЗО Навальный и его сокамерники] постоянно пьют то чай, то кофе, то чай, то кофе. Слишком много свободного времени, делать нечего. Смотрят телевизор и пьют чай-кофе. Я так понял, что это основное занятие. Еще есть прогулки и какой-то турник. 

Сколько он пробудет в этом СИЗО — непонятно. Скорее всего, до вступления приговора [по делу о клевете на ветерана Игната Артеменко] в законную силу. Приговор вступает в законную силу после рассмотрения апелляционной жалобы. Мы эту жалобу подали в Бабушкинский суд, дата [рассмотрения] еще не назначена.

По практике эта дата может быть назначена и через две недели, и через три, и через месяц, и через два. Здесь каких-то сроков нет, потому что прежде чем назначить дату, нужно, чтобы жалоба защиты была направлена в прокуратуру. У прокурора будет время, чтобы подготовить возражения. Потом их отправляют в суд. После этого эти возражения направляются защитникам, осужденному. Надо всех обо всем уведомить, всем все вручить — на эти процедуры уходит очень разное время. Но все, что касается дел, связанных с Навальным, делается очень быстро. Поэтому мы не думаем, что это затянется на месяц, как это бывает по обычным делам. 

В жалобе, которую мы подали, мы указали, что он сам настаивает на своем личном участии [в апелляции]. Но для суда это требование необязательно. Суд должен обеспечить его участие в процессе. В какой форме: личное участие или по видео-конференц-связи — это уже принимать решение суду. 

Отправят ли его в Покров, тоже непонятно. Нет норм, которые бы предписывали отправить его именно в Покров. Во-первых, во Владимирской области две колонии общего режима: одна — в Покрове, вторая — во Владимире.

Во-вторых, властям ничего не мешает отправить его в другую область. Возможно, они хотели изначально его отправить в Покров, но они могут передумать — ничего не мешает им это сделать. Вероятность отправки в Покров такая же, как и в какие-то другие СИЗО Центрального региона.

Читайте также

Алексей Навальный — главный оппозиционный политик России. И главный политзаключенный. Посмотрите, как он к этому шел. Фотографии

Читайте также

Алексей Навальный — главный оппозиционный политик России. И главный политзаключенный. Посмотрите, как он к этому шел. Фотографии

Записала Кристина Сафонова

Реклама