Перейти к материалам
истории

Зачем вы нас бьете? Мы хотим, чтобы в России стало лучше В Петербурге полицейские запугивали протестующих табельным оружием — и задержали даже Оксимирона. Репортаж «Медузы»

Источник: Meduza
Валентин Егоршин / AP / Scanpix / LETA

31 января в России прошли массовые акции в поддержку политика Алексея Навального, который после возвращения в Россию находится под стражей в «Матросской тишине». На улицы — как и неделю назад — вышли тысячи людей. Одной из главных точек протеста снова оказался Санкт-Петербург — в городе задержали больше тысячи человек, многих из них избили. «Медуза» рассказывает, как прошла акция.

«Либо город уже оккупирован, либо город готовится к вражескому нашествию», — так описал ситуацию в Петербурге накануне акции один из главных городских оппозиционеров, депутат Борис Вишневский.

Еще 30 января в Петербурге заметили сотни полицейских и десятки машин спецтехники. На площади Восстания появились ограждения, а вход на Дворцовую площадь через арку Главного штаба перекрыли оранжевые водовозы.

На следующий день полиция полностью заняла центр города. Уже за полтора часа до акции (она должна была начаться в 12) попасть на Невский проспект можно было только показав паспорт с пропиской на главной улице Петербурга или билет в Эрмитаж — посетителей музея силовики тоже пропускали. Пройти через кордон смог и один из сотрудников филармонии, которая находится неподалеку от Дворцовой — полицейские не стали спрашивать у него удостоверение, посмотрев на балалайку в руках.

«Пошла суета»

Как и в Москве — там центр города тоже перекрыли — петербургские соратники Навального объявили о переносе места начала акции. Вместо Невского проспекта они выбрали Пионерскую площадь у Театра юного зрителя (неподалеку от Витебского вокзала).

Одновременно с первыми протестующими туда приехали омоновцы и росгвардейцы — в шлемах и при полном боевом обмундировании. Выходя из грузовика, один из них лениво произнес: «Ну все, пошла суета». 

Выстроившись в несколько ровных шеренг, росгвардейцы промаршировали к ТЮЗу и встали напротив протестующих, которых на тот момент было около 200-300 человек. Они уже ждали этого, развернув плакаты: «Россия будет свободной, потому что есть Алешка у тебя», «Я устал считать твои миллиарды» и «Россия в лапах фашистов». Именно людей с этими плакатами в первую очередь и начали задерживать. 

— Ну что, бить, бить меня будете? — кричал один из протестующих, которого тащили за руки и за ноги к автозаку.

— Да кому ты нужен! — огрызнулся один из сотрудников Росгвардии.

Чем больше людей собиралось у ТЮЗа, тем жестче были задержания. Людей выдергивали из рядов протестующих, а журналистов просто сбивали с ног. Некоторые падали в грязный снег и быстро отползали в сторону, чтобы не оказаться под ногами у бегущих полицейских. Из толпы им вслед кричали: «Мы не боимся». И кидали снежки. 

В какой-то момент протестующие встали в сцепке напротив шеренги омоновцев. «Зачем вы нас бьете? Мы же просто хотим, чтобы в России стало лучше! Ваши матери на 10 тысяч живут, вас это устраивает?» — спрашивали они омоновцев. Те молчали. За запотевшими забралами было видны строгие молодые лица. 

«Я приходила на митинг 23 января и пришла сейчас, — рассказала «Медузе» 20-летняя студентка Мария, стоявшая в сцепке прямо напротив омоновцев. — Один полицейский ударил меня в прошлый раз дубинкой по ноге, второй — оттаскал за волосы. Но я все равно не боюсь. Я пришла сюда, потому что это мой город и моя страна. И мне не нравится, что в ней происходит».

Почти все протестующие, с кем поговорила «Медуза», объясняли свое появление на акциях именно социальными и экономическими проблемами: маленькими зарплатами, коррупцией или недоверием к суду. Имя Навального в интервью они почти не называли — зато его часто выкрикивали из толпы. 

 «Я начала выходить на митинги только в этом году, — пояснила 33-летняя Инна. — Сейчас на акциях протеста стало больше людей. И это значит, что всех не задержат». 

«Не отступать»

Около 13:30 в толпе у ТЮЗа кто-то крикнул: «Идем на Сенную площадь!». Люди откликнулись — вышли на Загородный проспект и заняли проезжую часть. Машины громко сигналили: то ли поддерживая протестующих, то ли требуя, чтобы те покинули дорогу.

Но вскоре проспект перекрыли омоновцы, протестующие начали ручейками растекаться по близлежащим улочкам. Там их брали в клещи и по одному задерживали.

— Отпустите Никиту! Он ничего не сделал, я его люблю, — кричала девушка вслед омоновцам, которые уводили ее друга.

— Какая мерзость это все, — тихо сказала старушка лет 70-ти, которая наблюдала за задержаниями. А потом добавила: «Ну и как мне теперь попасть домой?»

Из-за массовых задержаний до Сенной дошли далеко не все. А на самой площади задерживать стали еще активнее. Росгвардейцы подняли серые щиты и начали монотонно барабанить по ним. А потом двинулись с дубинками на протестующих.

Демонстранты пытались отбить тех, кого избивали и задерживали силовики. В ответ их били электрошокерами. По данным сразу нескольких СМИ, полиция также применила слезоточивый газ и светошумовые гранаты. В МВД это отрицают.

«Не отступать, не отступать!» — кричали митингующие. Самые разгоряченные бросились к росгвардейцам и полицейским — и теснили их в сторону. В этот момент один из полицейских достал табельный пистолет и направил его на людей.

Участники акции отпрянули, а потом пошли на вооружившегося полицейского с криком: «Уходи!». Боясь повернуться к толпе спиной, тот медленно пятился в окружении трех-четырех омоновцев. Через минуту таких передвижений он наконец спрятал пистолет. Кажется, этому обрадовались даже сами силовики. 

Позже в МВД заявили, что действия полицейского «были обоснованы и законны». Так как им предшествовали «агрессивные противоправные действия со стороны участников несогласованной акции, которые создали очевидную угрозу здоровью сотрудника полиции». В связи с этими «агрессивными действиями» уже возбудили уголовное дело.

Дмитрий Ловецкий / AP / Scanpix / LETA
Ольга Мальцева / AFP / Scanpix / LETA
Антон Ваганов / AP / Scanpix / LETA

«Россия — не склад грязи»

От Сенной площади участники акции отправились к Мариинскому дворцу — там заседает Законодательное собрание города. Сотни людей встали на ступенях дворца и скандировали: «Россия — не склад для грязи», «Раз-два-три, Путин уходи!, «Долой царя!».

И снова начались задержания. Одному молодому человеку дубинкой разбили голову: кровь заливала ему глаза, он вытирал ее, но она текла сквозь пальцы. «Вызовите скорую!», — кричали в толпе.

Но подъехать к дворцу могли только автозаки — примерно через 10 минут на площади уже было около 15 автобусов. Кого-то к ним вели спокойно, другим грубо заламывали руки за спину, третьих тащили по земле. В спину омоновцам помимо снежков неслись оскорбления.

Примерно за час площадь у Мариинского дворца зачистили. Люди двинулись обратно: сначала на Сенную, а оттуда снова к ТЮЗу. Именно такой маршрут в телеграм-канале предложил местный штаб Навального.

Самая большая колонна — около двух-трех тысяч человек — двигалась по Гороховой улице. В какой-то момент люди в ней подняли вверх телефоны с включенными фонариками, приветствуя друг друга и как будто благодаря за что-то. 

Другие протестующие шли к ТЮЗу мимо Военно-медицинского музея. Оттуда из громкоговорителей доносилось: «Приглашаем вас на вечер в анатомический театр. Начало в 18:00». «У нас сегодня свой анатомический театр», — грустно шутили участники акции в ответ. 

Массовые задержания продолжались. Всего в Петербурге задержали больше тысячи человек, включая рэпера Оксимирона, пришедшего на акцию в свой 36-й день рождения (его отпустили без составления протокола). Задерживали и журналистов — хотя они были в оранжевых жилетах и нарукавниках с надписью «Пресса». Некоторых из них наравне с протестующими били дубинками и применяли электрошокеры.

До ТЮЗа, который соратники Навального объявили «финальной точкой» акции, дошло порядка 300-400 человек. На площади их встретили около 200 омоновцев и росгвардейцев. Они методично брали в кольцо по 20-30 участников акции и блокировали их в ожидании пока подъедут пустые автозаки.

Заполненные автобусы уезжали в отделы полиции, а митингующие кричали им вслед: «Ура! Мы с вами!». Из проезжающих мимо машин как-то грустно звучала строчка Цоя: «Мы ждем перемен».  

Катерина Дементьева при участии Павла Мерзликина

Реклама