Перейти к материалам
Торговый центр в Харбине. 29 марта 2020 года
истории

«В приложении можно посмотреть, где мог быть контакт с зараженным» Харбин уже второй раз переживает вспышку коронавируса. Его жительница рассказала «Медузе», как Китай с ней справляется

Источник: Meduza
Торговый центр в Харбине. 29 марта 2020 года
Торговый центр в Харбине. 29 марта 2020 года
Wang Jianwei / Xinhua / ZUMA / Scanpix / LETA

Китайский Харбин называют центром второй — после Ухани — волны распространения коронавирусной инфекции в Китае. За последние десять дней в городе подтвердили больше 50 случаев заболевания — параллельно в городе, где уже сняли карантин, начали снова плавно ужесточать защитные меры. «Медуза» поговорила о второй волне коронавируса — и о том, как на нее реагируют китайские власти с учетом уханьского опыта, — с жительницей Харбина, российским социологом и блогером Софией Костиковой.

Коронавирус в Харбин пришел позже, чем в Ухань. Естественно, активное противодействие вирусу тоже началось позже — плюс-минус 25 января, когда был китайский Новый год. Нас всех посадили на двухнедельный карантин — из квартиры нельзя было выходить вообще. Об этом нам сказали только в день введения карантина, поэтому мы не успели основательно подготовиться к нему. Но у нас были какие-то небольшие запасы, плюс работала доставка еды.

Через две недели жесткий карантин сняли. Нам выдали талоны на выход из квартиры: можно было выходить по одному один раз в два дня. Мы с мужем живем на территории кампуса университета, и эту территорию покидать было нельзя — гуляли по ней по очереди. Одновременно запретили доставщикам входить на территорию — остался единственный супермаркет, работающий на территории кампуса.

Недели две с половиной — три назад все стало значительно лучше. Нам разрешили выходить из кампуса, но, конечно, нужно было надеть маску, а перед входом в магазин или любое общественное место измеряют температуру и сканируют QR-код. С помощью этих кодов в Китае отслеживают возможные контакты с зараженными.

Система кодов работает довольно просто. В Китае практически все расплачиваются мобильными приложениями: Alipay или Wechat. У каждого в этом приложении привязана карта и все на свете. Там же есть мини-программа с так называемым кодом здоровья. Заходишь туда, регистрируешься, вносишь свои данные — и при входе в каждое общественное место нужно отсканировать QR-код. После того как отсканируешь код, высвечивается ваша карточка одного из трех цветов: зеленого, оранжевого или красного. Если зеленого, то все хорошо и ты не контактировал с больными, и ты можешь идти куда хочешь. Оранжевый цвет значит, что, возможно, был контакт с зараженным. При этом в приложении можно посмотреть по истории передвижений, где мог быть этот контакт — вплоть до того, что если вы были в одном поезде метро с зараженным, то можно проверить, в одном ли вагоне вы ехали. Если появляется оранжевый цвет, то в принципе тоже с вами ничего не происходит, если у вас температура ниже 37,3, то можно ходить дальше, куда захочется. Если температура выше, то рекомендуют обратиться в больницу. Ну а если код красный, то это значит, что был близкий контакт и нужно срочно ехать в больницу и сдаваться.

Мне показалось, что за время жесткого карантина город очень похорошел. Он не был грязным и до этого, а тут стал в разы чище — прямо чуть ли не блестел. Китай, как и все остальные страны, находится в экономическом кризисе — за время эпидемии закрылось порядка 25% заведений общепита. Но в городе открылось много новых, что меня поразило.

На улицах были толпы людей, очень много народа. Все ходили гулять, все заходили в кафе — но понятно, что в масках и соблюдая прочие меры предосторожности. В самих заведениях они тоже были — например, во многих кафе нельзя вдвоем садиться за маленький столик: вас посадят за большой стол по диагонали. По первому требованию приносят дезинфектор, без масок никуда не пускают.

Так что можно было сказать, что город вернулся к нормальной жизни. Из заведений общепита и магазинов, мне кажется, закрылись только те, что не выдержали кризиса. Из других мест закрыты только некоторые категории — например, кинотеатры, детские садики и младшие школы. Какого-то серьезного роста цен после карантина мы тоже не заметили. Единственная проблема — пропали некоторые европейские товары. Но понятно, чем это обусловлено, — закрытием границ.

Когда в первый раз после карантина я пришла домой и сказала мужу, что теперь мы можем вместе выйти из квартиры и сходить в магазин, то я чуть не заплакала. Свобода — как здоровье. Ее не ценишь, пока она есть. И, конечно, когда в первый раз вышел в город и просто видишь людей — это очень классно. Первые впечатления после карантина — очень мощные эмоции. Из-за эпидемии у нас сорвалось четыре поездки за рубеж, но не знаю, где я была бы более счастливой — выйдя из дома после карантина или проснувшись где-нибудь в Малайзии?

Наш университет уже планировал приглашать студентов обратно, но начали появляться вот эти новые [апрельские] случаи. И несколько дней назад все снова начало постепенно немного ужесточаться. Как ни крути, но в Харбине по сравнению с другими городами много заболевших — вчера вечером было 55 случаев. Нужно учесть, что Харбин — 13-миллионный город, и нельзя сказать, что тут эпидемия огромного масштаба, но, наверно, уже в каждой больнице есть заболевший коронавирусом. Поэтому сейчас всем звонят с работы и спрашивают, не были ли люди в последние дни в больнице, а если были, то когда и как долго. Всех, кто мог контактировать с зараженными, пытаются вычислить и вычисляют. Есть приложение, где можно посмотреть дома и улицы, где были случаи заражения, чтобы их можно было избегать. Указываются маршруты и места, которых лучше избегать.

Здесь большие штрафы для тех, кто заразился и не сдался, и для тех, кто как-то нарушает правила. Многие иностранцы действительно не соблюдают правила ношения маски и так далее. Наказание — вплоть до депортации. В Китае очень строго все это регулируется.

Хотелось бы сказать, что отношение к иностранцам на фоне коронавируса не изменилось, но страх делает свое дело — и оно изменилось. Когда только начиналась эпидемия, много было сообщений о том, что в России как-то обижают китайцев и даже бурятов, которых принимают за китайцев. Ну а сейчас мы наблюдаем какие-то подобные проявления в Китае. Не могу сказать, что все китайцы как-то настороженно относятся к иностранцам, но периодически кто-нибудь может отсесть от тебя в транспорте или еще что-нибудь. Первый раз, когда мы после карантина пошли куда-то кушать, опасались, что нас могут выгнать или еще что-то — но ничего такого не ощутили.

Сейчас нам снова рекомендовали отложить любые поездки из Харбина и не выходить с территории кампуса. Выходить из квартиры можно, гулять и ходить в магазин можно, но покидать кампус не разрешается. Доставщиков в кампус не пускают, но посылку можно забрать перед входом — и зайти обратно. Наш кампус размером похож на большой жилой комплекс, и там сейчас похожая ситуация: на территорию не пускают тех, кто там не проживает.

Мне кажется, все люди, когда им первый раз говорят сидеть дома, начинают испытывать гнев и ненависть ко всему: как это так, что нас принуждают никуда не ходить? Но потом приходит осознание, что наше выздоровление, куда мы можем шагнуть только всем миром разом, зависит от того, будут ли люди сидеть дома. При этом паники нет — и сейчас, и когда была первая волна. Большую роль тут сыграло, что у Китая уже был опыт подобных эпидемий. В то время Китай вел себя неправильно и от населения очень долго скрывали, что эпидемия вообще есть. Сейчас же правительство ведет очень активное информирование людей о ситуации. Постоянно присылают СМС с мерами профилактики, работают телефоны доверия, информация идет по всем каналам. И, мне кажется, люди были уверены в правильности действий своего правительства и поэтому были готовы посидеть дома. Люди согласились на любые меры. Паники нет, осторожность есть — китайцы абсолютно лишены вот этого нашего «авось». Люди лучше перестрахуются, чем потом заболеют.

У нас был недавно 90-й день жизни в таком странном режиме. Порой бывало и бывает тяжеловато. Страха заразить и переболеть особо нет. Мы боимся, что можем стать причиной заболевания кого-нибудь из группы риска — стать причиной смерти чьей-нибудь бабушки гораздо страшнее, чем заболеть самой. Поэтому нужно посидеть дома. Именно поэтому мы еще в начале эпидемии приняли решение сидеть дома и даже не пытаться эвакуироваться в Россию. Хотя родственники, конечно, говорили, что надо бы домой приехать. Но странно жить здесь в хорошее время, а в плохое убежать. Как-то это не по-человечески по отношению к стране.

Думаю, что сейчас в нашей жизни все более-менее стабилизировалось — хорошо занимает работа, которую никто не отменял. Жутко надоело ходить в масках, но каких-то очень больших проблем нет. Слухи о жестком карантине ходят, но пока это слухи. Официальной информации нет. Каких-то конкретных дат, когда все закончится, тоже никто не говорит. Сейчас такая ситуация, что загадывать что-то бессмысленно.

Мы не сдаемся Потому что вы с нами

Записал Павел Мерзликин

Реклама