Перейти к материалам
Больница «РЖД-Медицина» им. Н.М.Семашко, перепрофилированная для приема больных коронавирусом. Москва. Апрель 2020
истории

«Переболеть придется всему медперсоналу». Как больницы перепрофилируют под пациентов с COVID-19

Источник: Meduza
Больница «РЖД-Медицина» им. Н.М.Семашко, перепрофилированная для приема больных коронавирусом. Москва. Апрель 2020
Больница «РЖД-Медицина» им. Н.М.Семашко, перепрофилированная для приема больных коронавирусом. Москва. Апрель 2020
Сергей Ведяшкин / Агенство «Москва»

Москва — абсолютный лидер по числу подтвержденных случаев заболевания COVID-19 в России. По данным на 9 апреля из 10 131 заболевших 6 698 приходятся на столицу. Число случаев с каждым днем увеличивается. В связи с этим власти и чиновники от здравоохранения экстренно решают: где разместить растущий поток пациентов? «Медуза» рассказывает, кто и как лечит заболевших в Москве и насколько, по мнению врачей, столичная медицинская система готова к приему пациентов с коронавирусом.

Все материалы «Медузы» о коронавирусе открыты для распространения по лицензии Creative Commons CC BY. Вы можете их перепечатать! На фотографии лицензия не распространяется.

Число столичных больниц, работающих только с коронавирусом, с каждым днем растет — по крайней мере, официально. Распоряжением от 2 апреля премьер-министр Михаил Мишустин утвердил список из 29 медицинских организаций, которые необходимо перепрофилировать для приема коронавирусных пациентов. 6 апреля должны были перепрофилироваться 14 из них. А 10 апреля мэр Москвы Сергей Собянин выступил с обращением к жителям столицы, где сообщил, что уже 25 больниц перепрофилированы, а в ближайшие дни запланировано еще столько же. Кроме того, на борьбу с эпидемией брошены и поликлиники: по словам мэра, «40 поликлинических зданий, обладающих возможностями компьютерной томографии, переходят на работу в постоянном режиме для диагностики и лечения больных коронавирусом». О каких конкретно поликлиниках и больницах идет речь, мэр не уточнил. 

«Уже не до СанПиНа»

Строительство первой очереди больницы в Коммунарке — четырех корпусов общей площадью 87,2 тысячи кв. м. — завершилось в конце 2019 года. Мэр Москвы Сергей Собянин назвал новый медицинский центр «хорошим подарком для Москвы и москвичей». По плану медцентр должен был открыться в середине марта, однако в экстренном порядке начал работу на две недели раньше — стал принимать пациентов с подозрением на COVID-19. Кроме медцентра в Коммунарке больных с коронавирусом принимали и столичные инфекционные больницы, которых — для взрослых — после оптимизации системы здравоохранения в Москве осталось всего две.

«[За время оптимизации] была закрыта не только 3-я инфекционная больница, очень хорошая, в Печатниках, но и множество инфекционных отделений, —объясняет врач Инфекционной клинической больницы № 1 Ирина (имя изменено по просьбе собеседницы, так как „потом невозможно будет никуда устроиться“). Было закрыто инфекционное отделение в 4-й Градской больнице, было уплотнено инфекционное отделение в Боткинской больнице. Очень много чего было закрыто, сократили койки в других инфекционных стационарах, в том числе в Первой инфекционной. Оставили две инфекционные больницы на город. Нагрузка на врачей ужасная, колоссальная. Они (руководители российского здравоохранения — „Медуза“), конечно, сейчас понимают, что [облажались] и находятся в очень плачевной ситуации. Потому что на самом деле поток больных очень большой, и лучше лечиться в больнице, чем дома».

Большинство больниц и центров, оказавшихся в списке на перепрофилирование, отказались от официальных комментариев для «Медузы». В пресс-службе Национального медицинского исследовательского центра акушерства, гинекологии и перинатологии имени академика В. И. Кулакова пояснили, что пока работают в штатном режиме, но в случае необходимости будут готовы подключиться к лечению коронавируса. Ряд больниц находится в процессе перепрофилирования.

Как помогать больным с подозрением на коронавирус

В 67-страничном письме Минздрава, опубликованном на сайте Росздравнадзора 31 марта, разъясняется, как именно должна оказываться помощь больным с подозрением на коронавирус. В частности:

  • При вызове «скорой помощи» медработник должен предварительно уточнить у пациента, был ли он за рубежом или в контакте с приехавшим из-за границы. Если ответ утвердительный, то работник скорой помощи должен надеть средства индивидуальной защиты «непосредственно перед выездом». 
  • В процессе транспортировки необходимо провести дезинфекцию воздуха и обеззараживание поверхностей, на которые попадали биологические жидкости пациента. 
  • После транспортировки пациента с подозрением на коронавирус медицинские работники должны пройти дезинфекцию и продезинфицировать сам автомобиль — силами дезинфекторов или самостоятельно.
  • В больницах должны быть предусмотрены отдельные боксы для приема больных с симптомами ОРВИ и больничной пневмонии. Должно быть обеспечено наличие расходных материалов и средств индивидуальной защиты: очки, одноразовые перчатки, респиратор соответствующего класса защиты, противочумный костюм первого типа или одноразовый халат, бахилы.
  • Медработники, которые контактируют с пациентами с симптомами ОРВИ и пневмонии, должны быть отделены от других. 
  • После «медицинской эвакуации» пациента с подозрением на коронавирус, медработник по инструкции должен снять все средства защиты, поместить их в бачок с дезинфицирующим раствором, обработать дезинфицирующим раствором обувь и руки, полностью переодеться в запасной комплект одежды, открытые части тела обработать кожным антисептиком, рот и горло прополоскать 70% этиловым спиртом, в нос и в глаза закапать 2%-ый раствор борной кислоты.

«[О том, что надо перепрофилироваться, мы узнали] из постановления председателя правительства, кажется, 28 марта, — говорит „Медузе“ начальник Московской дирекции здравоохранения „РЖД“ Леонид Титаренко, чья подведомственная клиническая больница им. М.А.Семашко оказалась в списке. —Мы очень быстро освободили стационар на улице Шоссейной, 43, перевели всех больных в Люблино. Оснастили все по стандартам министерства здравоохранения. Сейчас идет монтаж оборудования Мосводоканалом для обеззараживания машин скорой медицинской помощи, это новое требование. [К 9 апреля], работа будет завершена — и на 100% больница будет готова».

Титаренко рассказывает, что необходимого количества аппаратов искусственной вентиляции легких у больницы им. Семашко не было, их «пришлось перевозить из других учреждений». «Со средствами индивидуальной защиты тоже [сложно], но это повсеместная проблема. На первое время есть, но [проблема] остается», —поясняет начальник Московской дирекции здравоохранения «РЖД». На сжатые сроки подготовки Титаренко не жалуется: «Если пойдет по не очень хорошему сценарию, все больницы вне зависимости от их технологической подготовки, я считаю, должны будут участвовать в лечении этой категории больных».

31 марта сотрудники Федерального научно-клинического центра ФМБА России на Ореховом бульваре (бывшей 83-й больницы) даже не подозревали, что уже через четыре дня им придется подключиться к лечению больных с коронавирусной инфекцией.

«Такой вопрос не возникал, ведь люди болеть-то не перестали. Понятно, что острую патологию будут куда-то [в другие больницы] класть, но вот помощь „хроникам“ (больным с хроническими заболеваниями, — „Медуза“) пострадает», —рассказывает «Медузе» один из врачей центра Дмитрий (имя изменено по просьбе собеседника).

В отличие от больницы им. Семашко Центру ФМБА на Ореховом бульваре удалось открыться в назначенный срок — 6 апреля. За четыре дня «сделали, что смогли». «Инфекционная больница строится по совершенно особому проекту, поэтому когда стационар перепрофилируется на инфекцию, это всегда компромисс, — подчеркивает Дмитрий. — В нашей больнице, я считаю, все сделали по уму — в пределах возможного. СанПин (санитарные правила и нормы — „Медуза“), естественно, это не примет, но тут уже не до СанПина, что называется. Вообще в стационаре, который не предназначен для инфекционных больных, если нижние этажи заражены, то в принципе все этажи, которые выше, заражены тоже. Есть система вентиляции, она работает, никуда не деться. Переделать ее невозможно. Все, что сделали у нас, — перекрыли всю вентиляцию, закрыли и отключили. Но это не панацея».

Дмитрий не сомневается, что в сложившихся обстоятельствах переболеть придется всему медперсоналу больницы. «Костюмы не являются гарантией, — подчеркивает врач Центра ФМБА. — Но поводов для истерики нет. Да, действительно вирус вызывает тяжелую пневмонию, но [подавляющее большинство] пациентов нормально лечится. Людей, которые в группе риска, у которых есть сопутствующие патологии — диабет и так далее — наша администрация официально отправила в отпуск».

Жизнь в комбинезоне

Новости о заразившихся коронавирусной инфекцией врачах появляются регулярно, но реальной картины, по мнению врача-волонтера из медцентра в Коммунарке Антона (имя изменено по просьбе собеседника), они не отражают.

«Все врачи, работающие в Коммунарке, считают, что они либо уже переболели, либо в процессе, либо им это предстоит, — говорит „Медузе“ Антон. — Система индивидуальной защиты реально хорошая, вообще без дураков. И работа выстроена неплохо — входим в „грязную“, карантинную, зону через один шлюз, выходим через другой, маршруты не пересекаются. Когда вы заступаете на сутки, то, по идее, каждые шесть часов должны выходить, полностью снимать с себя все — уходить в чистую зону. Есть, физиологические потребности справлять, потом опять все это надевать. Но это невозможно. Фактически люди надевают на себя все это дело, заходят в [„грязную“ зону] и сутки существуют в одном обмундировании. Это приводит к тому, что когда мы идем есть, то делаем это, конечно, не в самой грязной зоне, но делаем это в этих же комбинезонах, в них же пьем воду. Инфицирование все равно происходит, это невозможно полностью исключить».

По словам Антона, сотрудники, которые работают в Коммунарке не сутками, а выходят на восьмичасовые смены, в подавляющем большинстве случаев правила соблюдают.

«Они находятся в полном обмундировании, в двух парах перчаток и так далее, — поясняет врач. — Восемь часов без еды, питья и туалета человек в принципе выдерживает. Но таких, кто шел бы на сутки, и снимал, раздевался, выходил, заходил, я не видел. Я при этом не могу сказать, что это прямо очень сложно. Надо спуститься, раздеться — минут пять, одеться — минут пять, не так долго. Но если вы дежурный врач вечером на этаже — вы, конечно, можете уйти, но делать этого не очень хочется. Мало ли что-то случится, кто-то вызовет, пациенты беспокойные. Ну и учитывая, что все уверены в том, что все переболеем, то и какая разница? В некоторых местах чуть по-другому устроена работа, и там меньше нагрузка на врачей. Заходят сменами. Если кто-то заразился, то всю смену могут изолировать. Но это требует огромных кадровых вливаний, у нас, мне кажется, такой возможности просто нет».

По словам собеседника «Медузы», в Коммунарке слабо следят за тем, как медперсонал соблюдает правила использования средств защиты. А постфактум отправлять на карантин смысла нет — работать будет просто некому. Кроме того, когда идет осмотр пациентов, правила никто не нарушает.

«Во время осмотра мы сначала идем к тем, кто „чистый“, у кого нет коронавирусной инфекции. Потом к подозрительным, потом к пораженным, — объясняет Антон. — Если мы выполняем какие-то манипуляции, естественно, все обрабатывается — то, что соприкасается с кожей пациента, и перчатки между тремя „блоками“ тоже меняются. У нас были пациенты, которые поступили с подозрением на COVID в самом начале — и выписались из больницы с тремя-четырьмя отрицательными анализами. Все нормально, никакой инфекции не передалось, внутрибольничной передачи COVID я не видел».

«Сотрудников хотят запереть»

Над тем, как решать проблему с потенциальным заражением медперсонала, усиленно думает руководство Национального медицинского исследовательского центра хирургии имени А.В.Вишневского, сообщая о каждом новом своем решении сотрудникам. Этому центру предстоит открыться после перепрофилирования в понедельник, 13 апреля.

«Сначала нас всех хотели запереть на месяц в больнице, чтобы мы там и работали, и выходные проводили без возможности выйти, — рассказывает „Медузе“ врач Центра Анна (имя было изменено по просьбе собеседницы). — Потом они посчитали и поняли, что количество коек недостаточное — нас просто будет негде разместить. Теперь предлагают, если есть личная машина, уезжать к себе домой, но только в том случае, если человек живет один. Те, кто живут с семьей, должны будут оставаться в больнице».

С тем, что ей придется переболеть COVID-19, Анна уже смирилась — так же, как и другие врачи, с которыми удалось пообщаться «Медузе». Смирилась она и с тем, что полностью подготовить больницу к приему пациентов с инфекцией в принципе невозможно. «У нас же хирургические стационары, а не инфекционные отделения с боксированными, изолированными палатами, — объясняет Анна. — Очевидно, что сделать из обычного стационара инфекционную больницу невозможно. С другой стороны, [центрам], официально работающим с коронавирусом, выдают защиту. А вот в обычных городских больницах, где работает большинство людей, никакой защиты нет. При этом туда точно так же возят пневмонии».

Избежать приема пациентов с COVID-19 в период эпидемии любой больнице крайне трудно. В ряде случаев это делает невозможным функционирование всего центра. «Люди — как бы ты их ни проверял на начальном этапе госпитализации — могут приехать зараженными, — поясняет Анна. — И они могут заразить остальных. В такой ситуации оперировать опасно. Ведь хирургия [сама по себе] несет за собой большое количество осложнений. А если будут дополнительные инфекционные осложнения, пациент уже может и не вылезти. Хуже всего ситуация обстоит, конечно, с онкологией — людям нужна химиотерапия, людям нужны операции, но, если сейчас их оперировать, чем все это закончится? У нас уже был прецедент, когда от одного пациента заболел весь этаж, многие врачи. Сейчас действительно много наших врачей лежат либо дома, либо в больницах с коронавирусом. Понятно, в данной ситуации никто не хочет брать на себя лишнюю ответственность».

На пределе 

9 апреля главные врачи московских клиник, которые вошли в состав клинического комитета по борьбе с коронавирусом, предложили не разделять стационары для лечения COVID-19 и стационары для лечения пневмонии. В штабе заявили, что большинство случаев пневмонии сейчас вызваны коронавирусом, а тесты имеют точность всего 70-80% — поэтому ориентироваться сейчас нужно в первую очередь на клиническую картину. Комитет предложил изменить маршрутизацию пациентов и лечить больных с пневмонией как пациентов с коронавирусом. Департамент здравоохранения уже подписал соответствующий приказ, сообщил РБК глава ведомства Алексей Хрипун. Позднее эту же рекомендацию подтвердил и министр здравоохранения Михаил Мурашко, который заявил, что диагноз «коронавирусная инфекция» может быть поставлен без лабораторного подтверждения, только по клинической картине. Директор НИИ им. Склифосовского Сергей Петриков сообщил РБК, что на практике его больница уже работает по новому алгоритму.

В упомянутом выше письме Минздрава можно найти общие и не всегда выполнимые рекомендации больницам, которые принимают больных с коронавирусом. Например: «необходимо выделить отдельный корпус, но если это невозможно, то лечение можно организовать в больничном корпусе при наличии отделения с отдельным входом, изолированным от других помещений». 

Или: «В Москве, Санкт-Петербурге и других городах-миллионниках должны быть 1 койка на тысячу человек населения, для остальных — не менее 0,5 койки на тысячу человек. Перепрофилированные стационары должны быть обеспечены средствами индивидуальной защиты из расчета 2,5 х количество медицинского персонала в смену + 15% на административно-хозяйственный персонал. У всех должны быть шапочка, маска или респиратор, очки или защитный экран, комбинезон или халат или костюм, высокие бахилы и перчатки».

В Департаменте здравоохранения Москвы не смогли пояснить «Медузе», как именно планируется перепрофилировать больницы под прием пациентов с симптомами COVID-19 и существует ли на этот счет единый протокол. Руководитель ведомства Алексей Хрипун от телефонного интервью отказался.

10 апреля вице-мэр Москвы Анастасия Ракова заявила, что столичное здравоохранение — стационары и скорая помощь — «работают на пределе». По данным оперативного штаба в пятницу в московских стационарах находилось 6 500 больных коронавирусом, из них 85% — с пневмонией.

Правда, за работу с пациентами, зараженными коронавирусом, медикам обещана доплата: от 80 тысяч рублей в месяц для врачей, до 25 тысяч рублей для младшего медперсонала. Об этом в среду 8 апреля объявил Владимир Путин на совещании с регионами. Доплата положена на три месяца, начиная с апреля.

Мы не сдаемся Потому что вы с нами

Александра Владимирова

при участии Анастасии Якоревой

Реклама