Перейти к материалам
Эвакуация Люблинского суда Москвы во время заседания по делу «Нового величия». 11 декабря 2019 года
истории

Из-за анонимных угроз в Москве и Петербурге четвертую неделю массово эвакуируют суды, больницы и школы. Полиция говорит, что ничего не может с этим сделать

Источник: Meduza
Эвакуация Люблинского суда Москвы во время заседания по делу «Нового величия». 11 декабря 2019 года
Эвакуация Люблинского суда Москвы во время заседания по делу «Нового величия». 11 декабря 2019 года
Артем Геодакян / ТАСС / Scanpix / LETA

Эвакуации начались в конце ноября — с писем о воровстве биткоинов главой «Царьград ТВ» Константином Малофеевым

Анонимные сообщения о минированиях различных российских учреждений начали массово рассылать 28 ноября. В первый день их получили московские и петербургские суды. В том числе письмо о бомбе пришло в Первый Западный окружной военный суд, где в тот день рассматривали дело о теракте в петербургском метро в апреле 2017 года. Из залов заседаний вывели посетителей и сотрудников, однако опасных предметов при проверках не обнаружили.

В письмах анонимные авторы потребовали 120 биткоинов (около 56 миллионов рублей по текущему курсу) от бизнесмена, главы медиагруппы «Царьград ТВ» Константина Малофеева. Аналогичное письмо поступило и в редакцию его одноименного телеканала. Деньги в 2018 году пропали с крупнейшей российской криптобиржи Wex: в текстах писем отправители ссылались на расследование корреспондента «Русской службы Би-би-си» Андрея Захарова о том, что Малофеев мог быть причастен к их похищению. Как пишет «Русская служба Би-би-си», пропавшие с Wex деньги могли перевести на кошельки, подконтрольные сотрудникам ФСБ.

Сам Малофеев отрицает свою причастность как к пропаже денег, так и к деятельности Wex. Еще в конце ноября он заявил, что обратился в ФСБ с просьбой разобраться в ситуации. Действия отправителей он назвал попыткой дискредитировать его. Ранее Малофеев также отказался отвечать на вопросы «Би-би-си» о его связях с Wex, сославшись на «предвзятый характер» этих вопросов.

Инициативная группа пользователей Wex, которые объединились после пропажи средств, тоже отрицает причастность к «минированиям». Ее представитель Александр Терентьев говорил, что пользователи стараются использовать законные методы возврата средств — например, они написали обращение в администрацию президента РФ.

С 28 ноября эвакуации в Москве, Петербурге и других крупных городах России проходят ежедневно. Причем отправители писем уже пригрозили увеличить сумму компенсации сразу до 10 тысяч биткоинов, сообщил 23 декабря журнал ForkLog, посвященный рынку криптовалюты. 

Только в Москве успели эвакуировать более 750 тысяч человек. Проверки длятся часами, полиция не успевает проводить их оперативно

За неполные четыре недели с начала эвакуаций письма с угрозами ежедневно получали торговые центры, университеты, школы, детские сады, медучреждения, метрополитены и аэропорты в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Хабаровске, Владивостоке и других крупных городах. Только в Москве, по данным «Интерфакса», угрозы получили 7–8 тысяч объектов, многие — неоднократно. В общей сложности с конца ноября из московских зданий эвакуировали 750–770 тысяч человек. Точные совокупные цифры по другим городам неизвестны.

Эвакуированных могло быть еще больше: эвакуация проводилась не на всех объектах, получавших угрозы. Так, Петербургский метрополитен получил анонимку о минировании 18 станций — после этого проверили все 67 городских станций, но закрывать их и эвакуировать пассажиров не стали. Аналогичным образом на сообщения с угрозами отреагировали московские аэропорты Домодедово и Шереметьево. В пресс-службе Шереметьева поясняли, что вопрос об эвакуации или отказе от нее «находится в сфере компетенции полиции».

Пациентов больниц тоже эвакуируют не всегда. Сотрудник одной из крупных петербургских больниц, получавшей в последние недели сообщения о минировании, рассказал «Медузе», что вместо эвакуации клинику осматривает полиция с кинологом. Такая проверка занимает несколько часов, но все это время больницы продолжают работать. Врач пояснил, что эвакуация может навредить многим пациентам в тяжелом состоянии — эвакуировать их будут, только если в медучреждении найдут что-нибудь опасное. Но так бывает не всегда. Например, 3 декабря эвакуировали пациентов петербургской детской городской больницы № 1 — детей отвели в соседнюю школу, часть из них везли на каталках.

Глава Московского профсоюза полиции Михаил Пашкин в разговоре с «Медузой», подчеркнул, что из-за постоянных эвакуаций дополнительная нагрузка легла практически на все подразделения МВД, в первую очередь на кинологическую службу. «Все работают. Нужно и место оцепить, и людей вывести. Все задействованы», — говорит Пашкин.

Источник «Медузы» в петербургском ГУ МВД подтверждает, что помимо проверки кинологами, которая на крупных объектах может растянуться на 2–3 часа, есть проблема с количеством обращений — городская полиция просто не успевает оперативно обрабатывать все звонки. В итоге многие объекты проверяются по очереди, а не одновременно. От получения письма до окончания эвакуации может пройти порядка 4–6 часов.

Эвакуации срывают занятия в школах. В ходе одной из них умерла работница детского сада

22 декабря департамент образования выпустил на ютьюбе видео, в котором замглавы департамента Антон Молев подробно рассказал, как организован процесс эвакуации в московских школах. В разговоре с «Медузой» Молев заверил, что несмотря на то, что московские школы в последние недели регулярно эвакуируют, «все под контролем» и «никакого чрезвычайного положения нет». Молев подчеркнул, что после Нового года ученикам не придется компенсировать пропущенные занятия — нагнать их можно с помощью сервисов удаленного обучения, которые используются в московских школах.

«Эвакуации идут в разных школах. Могут быть пиковые моменты, когда эвакуация происходит несколько раз в одной школе, но нет такого, чтобы речь шла о полном срыве учебного процесса в одной конкретной школе», — добавил Молев. «Коммерсант» подтверждает, что некоторые московские школы за последние недели эвакуировали по 6–9 раз.

При этом «Новая газета» со ссылкой на анонимных московских учителей писала, что как минимум в части школ «пропали все новогодние праздники», все праздничные мероприятия перенесли на следующее полугодие, а в некоторых классах из-за постоянных эвакуаций на улицу простудилась «половина учеников». Более того, по данным издания, в некоторых школах администрация разрешила родителям по заявлению не приводить детей в школу до конца учебного года (номера школ газета не назвала). Аналогичная ситуация, утверждает «Новая газета», сложилась и в московских детских садах — в некоторых из них из-за эвакуаций дети вынуждены спать в одежде.

Похожим образом ситуация обстоит в других регионах. 19 декабря в Биробиджане во время эвакуации детских садов умерла воспитательница детского сада. 73-летней воспитательнице детсада № 24 Валентине Сигаевой стало плохо, когда она выводила детей из здания. Приехавшим на место работникам скорой помощи не удалось спасти женщину.

Не всегда спокойно заканчиваются и эвакуации из школ. 9 декабря письмо с угрозами получила петербургская школа № 246. Эвакуацию объявили во время перемены, у гардероба образовалась давка. «Моего ребенка затоптали. Он остался без ботинка, без куртки и без сменной обуви. Представьте, это [был бы] пожар?» — рассказывал «Фонтанке» отец одного из школьников, добавив, что во время эвакуации все аварийные выходы оказались закрыты. Установленные на входе турникеты сняли только минут через десять после сигнала об экстренной ситуации. Родители сообщали о том, что как минимум несколько детей серьезно пострадали при давке. Позже эти данные не подтвердились.

Торговые центры, которые также массово эвакуируют в последние недели, несут убытки. В 2017 году, когда по России в предыдущий раз прошла волна массовых эвакуаций (было эвакуировано больше 2,5 миллиона человек в 75 регионах), РБК подсчитал, что за час простоя все арендаторы успешного московского торгового центра площадью около 100 тысяч квадратных метров теряют от 50 до 150 тысяч долларов.

Авторов массовых сообщений о минировании ловят редко

Массовые сообщения о минировании, которые начали поступать в конце ноября, приходят с зашифрованных почтовых сервисов, таких как ProtonMail. Источники «Медузы», близкие к петербургскому ГУ МВД, признают, что найти отправителей таких писем не удается практически никогда.

Создатель компании сетевых расследований «Интернет-Розыск» Игорь Бедеров в разговоре с «Медузой» отметил, что отправителей подобных сообщений можно разделить на две группы: профессиональные террористы и вымогатели, требующие денег за прекращение эвакуаций. По данным Бедерова, иногда таким вымогателям действительно удается добиться получения денег, хотя это происходит крайне редко.

Бедеров указал, что текущая атака по всем параметрам указывает именно на таких вымогателей. При этом в большинстве случаев вычислить конечного отправителя угроз не удается, подтверждает он, хотя порой расследователи могут вступить в переписку с авторами сообщений и собрать данные об их компьютерах, а также о предполагаемом местонахождении. Зачастую они указывают на другие страны. «Мы не видим конечного пользователя, к сожалению. Но на уровне железа мы доходили до Венгрии, Украины. Турции и Израиля», — поясняет Бедеров.

Его слова подтверждают собеседники «Медузы» из правоохранительных органов. Они говорят, что зачастую следы таких преступников ведут на Украину, но местные правоохранительные органы отказываются сотрудничать с российскими, в результате раскрыть дела не удается. Источник ТАСС в экстренных службах, комментируя 17 декабря «минирование» очередного десятка московских школ, также говорил о звонках из Украины.

По официальной статистике МВД на 2019 год, раскрывается только 39,9% ложных сообщений о терактах, при этом их количество быстро растет. Еще до начала волны массовых эвакуаций, в августе 2019 года МВД отчиталось, что с начала года до июля включительно было зарегистрировано 1726 подобных преступлений — на 52,5% больше, чем в прошлом году.

Собеседники «Медузы» в силовых органах подчеркивают, что за угрозы минирования полиции чаще всего удается задержать не профессиональных вымогателей, а россиян, которые решили пошутить. Обычно в момент звонка они были пьяны. В 2017 году в Верховном суде рассказывали, что типичный осужденный по статье 207 УК РФ («Заведомо ложное сообщение об акте терроризма») — это мужчина в возрасте от 30 до 49 лет без постоянного заработка.

Мы не сдаемся Потому что вы с нами

Павел Мерзликин

Реклама