Перейти к материалам
 Насосная станция трубопровода «Дружба» в Белоруссии
истории

Частный пункт приема нефти Кто отравил нефть в нефтепроводе «Дружба» — и кому из-за этого пришлось отправиться в СИЗО. Расследование «Медузы»

Источник: Meduza
 Насосная станция трубопровода «Дружба» в Белоруссии
 Насосная станция трубопровода «Дружба» в Белоруссии
Андрей Ленкевич / EPA / Scanpix / LETA

Самарский суд 7 мая арестовал на два месяца четырех подозреваемых в отравлении нефти в нефтепроводе «Дружба». Транзит нефти на экспорт по «Дружбе» был практически остановлен 20 апреля — из-за большой партии, загрязненной хлорорганическими примесями. Потери России — полмиллиарда долларов; нефтяным компаниям предложено до 7 мая сократить добычу нефти на 10%. Глава «Транснефти» (госмонополия, эксплуатирует российский участок трубы) объяснил Путину случившееся «диверсией»: некая частная компания в Самарской области умышленно слила в нефтепровод загрязненную нефть. Как выяснила «Медуза», «Транснефть», по-видимому, сама допустила ситуацию, при которой неизвестные производители сливают цистернами нефть в «Дружбу». С конца 2018 года узел слива нефти и вовсе оказался бесхозным, поскольку большую часть бизнеса этой компании отобрал «Абсолют-банк» — а имущество было оформлено на номинальных владельцев. Именно они и отправились в СИЗО.

19 апреля на Мозырском нефтеперерабатывающем заводе (НПЗ) в Белоруссии произошла авария: руководство предприятия предположило, что она связана с поступлением через трубопровод «Дружба» партии нефти с высоким содержанием дихлорэтана (ДХЭ). Допустимые нормы содержания этого вещества в нефти оказались превышены в десятки раз, такая концентрация привела к коррозии и поломке оборудования. До 2001 года дихлорэтан использовался в России в некоторых процессах нефтедобычи, но потом его запретили — из-за аварии, похожей на ту, что произошла на Мозырском НПЗ. Однако в мае 2012-го министр энергетики России Сергей Шматко отменил запрет на использование хлорорганики при добыче нефти (в том же месяце его освободили от должности).

Основные объемы добываемой в России нефти попадают в систему «Транснефти» — государственного оператора нефтепроводов — через ЛПДС (иногда подобные объекты называются также пунктами или базами приема и отгрузки нефти, а также узлами слива нефти). Нефтедобывающие компании владеют собственными трубопроводами, куда нефть идет прямо из скважин; после проверки качества нефть отправляется на станции или пункты приема помельче, принадлежащие госкомпании. В Самарской области такие пункты занимаются не только приемом, но и смешиванием (компаундированием) нефти: местная нефть имеет высокое содержание серы, ее добавляют к низкосернистой, чтобы в итоге не были превышены показатели серы в смеси Urals, которая поступает по «Дружбе» на экспорт.

Узел слива и компаундирования нефти (УСиКН) в деревне Николаевке Самарской области, через который, как утверждает «Транснефть», произошло заражение дихлорэтаном, весьма необычный. Партнер консалтинговой компании RusEnergy Михаил Крутихин рассказал «Медузе», что практически никто в индустрии не подозревал о существовании частных пунктов приема нефти: «Нефтебазы приватизировались, но чтобы пункты приема или слива — этого точно не было. В этом же и есть функция „Транснефти“ — принимать нефть. Как это может быть отдано в частные руки?» Более того, это был узел, куда нефть поступала не от одного производителя по трубе, а от разных мелких: нефть сюда привозили цистернами.

Кем был построен узел учета нефти в Николаевке

Село Николаевка Волжского района Самарской области попало на карту российской нефтяной инфраструктуры совсем недавно. Это заслуга одного человека, московского предпринимателя и гражданина Мальты Романа Трушева. В 2010 году Трушев, до этого владевший несколькими мелкими фирмами-нефтетрейдерами, зарегистрировал в Москве группу компаний «Петронефть» с основным видом деятельности «нефтедобыча». Уже в 2012-м он объявил о грядущем превращении села Николаевка в важнейший инфраструктурный узел: предприниматель собирался построить тут нефтеперерабатывающий завод, железнодорожную станцию, пункт приема-сдачи нефти в систему «Транснефти», а также заняться добычей нефти и запустить собственную сеть АЗС.

Сюжет телерадиокомпании «Губерния»: председатель совета директоров «Петронефти» Роман Трушев рассказывает губернатору Самарской области Николаю Меркушкину о ходе строительства Николаевского НПЗ. 15 июля 2013 года
Телерадиокомпания «Губерния»

Откуда у мелкого нефтетрейдера взялись такие амбиции — загадка. В «Живом журнале» под ником compr можно найти предполагаемое письмо Трушеву от полковника ФСБ Михаила Барышева — бывшего начальника клуба ЦСКА, в котором Барышев якобы просит Трушева оплатить его отдых. В этом анонимном блоге всего девять записей, подлинность письма Барышева подтвердить невозможно — однако Трушев, с которым «Медуза» связалась через вотсап, не отрицает близкого знакомства с полковником: «Переписка не моя, но с Барышевым я знаком был в связи с тем, что компания „Петронефть“ была одним из спонсоров „Юнармии“. Это мощная организация, созданная по инициативе министра обороны. Барышев ее курировал, когда был в ЦСКА — и затем, когда был начальником ГУРЛС в Минобороны».

В период создания проекта «Юнармия» в 2016 году руководство ЦСКА на специальной церемонии в Сочи наградило медалью «За укрепление боевого содружества» председателя совета директоров «Петронефти» Романа Трушева — «за высокие показатели в служебной деятельности и большой вклад в развитие физической культуры и спорта».

В ноябре 2018 года Барышева задержали по подозрению в многомиллионных хищениях. Через месяц после этого потерял свои активы Трушев.

Что именно построил Трушев в Самарской области

Место для строительства НПЗ и пункта приема нефти Роман Трушев выбрал неслучайно: рядом сходятся две ветки магистрального нефтепровода «Дружба», а также проходит продуктопровод «Транснефтепродукта» (входит в «Транснефть»).

В рекордные сроки, за два года, дочерняя компания «Петронефти» — «Самаратранснефть-терминал» — построила три крупных технологических объекта. Во-первых, сам нефтеперерабатывающий завод: местные СМИ писали, что первая очередь Николаевского НПЗ позволит перерабатывать 250 тысяч тонн нефти, вторая — два миллиона, а третья — четыре миллиона тонн. Во-вторых, на обводной железнодорожной ветке Кинель — Безенчук появилась грузовая железнодорожная станция Николаевка с пропускной мощностью полтора миллиона тонн нефтяных грузов в год.

В-третьих, Трушев построил через железную дорогу от завода тот самый узел слива и компаундирования нефти Самара — Унеча, через который, по данным «Транснефти», случилось апрельское отравление в «Дружбе». На территории узла слива находятся три нефтехранилища с эстакадой для грузовиков, от них нефтепроводы идут до принадлежащих «Транснефти» ЛПДС — «Лопатино» (3 км) и «Кротовка» (около 70 км) — и других объектов. Участки земли под технологические трубопроводы были также выкуплены Трушевым.

Узел Самара — Унеча находится через железную дорогу от Николаевского НПЗ и совсем рядом с нефтепроводом «Дружба»

Странный узел

«Транснефть» отказалась объяснить «Медузе», каким образом в системе госмонополии мог оказаться частный узел слива нефти в магистральную трубу. Тем не менее главе «Транснефти» Николаю Токареву в апреле 2019 года, вскоре после остановки транзита российской нефти из-за аварии в Белоруссии, пришлось дать Владимиру Путину подробный ответ на этот счет: «Дело в том, что эти пункты приема (видимо, имеются в виду частные пункты приема нефти — прим. „Медузы“) — их порядка 150 по стране… Большинство из них принадлежит крупным нефтяным компаниям, и они сами осуществляют подготовку товарной нефти и сдачу ее в систему магистральных нефтепроводов. Но большая часть — это частные предприятия, которые таким образом как коллекторы выступают по всей территории (то есть из разных источников собирают нефть — прим. „Медузы“) и на условиях договора с „Транснефтью“ осуществляют прием этой нефти, ее паспортизацию, контроль за качеством и передачу в систему магистральных нефтепроводов». Сколько именно в России объектов, на которых нефть принимают грузовиками из разных источников, смешивают по своему усмотрению и передают в «Транснефть», Токарев не уточнил.

Частный узел слива в Николаевке строился в то же время, когда «Транснефть-Приволга» (самарская дочка «Транснефти») осуществляла обширную программу технического переоснащения действующих магистральных нефтепроводов. В рамках этой программы создавались новые станции компаундирования нефти и проходила реконструкция станций «Лопатино» и «Кротовка». В «Транснефть-Приволге» от комментариев по поводу этой программы отказались.

Построенный Трушевым узел слива занимался приемом нефти, которую компании привозили грузовиками из Самарской области, с юга Ульяновской и севера Оренбургской областей. Об этом известно из пресс-релиза на сайте компании ООО «Проспектстрой», который касается тендера на строительство узла подключения Николаевского НПЗ к трубопроводу «Транснефти». В списке поставщиков нефти на Николаевский НПЗ две крупные нефтяные компании: «Газпром-нефть» и «Татнефть». А также ННК — небольшая нефтяная компания, принадлежащая бывшему главе «Роснефти» Эдуарду Худайнатову, и «Ойл групп», принадлежавшая самому Трушеву.

Последняя сейчас проходит процедуру банкротства. Где компания добывала нефть и в каких объемах, неизвестно. Выручка компании, по данным сервиса Kartoteka.ru, в 2017 году составляла 6,3 миллиарда рублей. В переписке с «Медузой» Трушев заверил, что «Ойл групп» нефтедобычей не занималась, а была только нефтетрейдером. Могла ли «Ойл групп» покупать нефть у компаний внутри принадлежащего Трушеву холдинга или на открытом рынке, Трушев не уточнил.

Как узел стал бесхозным

Крах бизнеса Трушева начался в конце 2017 года — с отказа в подключении его завода к нефтепроводу «Транснефти». В 2015-м нефтяная монополия выдала разрешение на подключение завода на один миллион тонн; узел подключения в то время был построен, но еще не сдан в эксплуатацию (НПЗ планировал в перспективе перерабатывать четыре миллиона тонн нефти). А спустя два года «Транснефть» из верного партнера Трушева почему-то превратилась в его оппонента, под разными предлогами отказывая «Самаратранснефть-терминалу» в разрешении на получение еще трех миллионов тонн нефти в год.

В это же время интерес к трушевским активам начал проявлять «Абсолют-банк», связанный с «РЖД» и ее пенсионным фондом «Благосостояние». Этот банк был андеррайтером и в значительной степени покупателем облигаций компании Трушева (всего у предприятия «Самаратранснефть-терминал» случилось шесть выпусков облигаций — почти на 14 миллиардов рублей). С середины 2018 года компания Трушева перестала справляться с выплатами по этим обязательствам, и в ноябре «Абсолют-банк» подал на ее банкротство. Акции «Самаратранснефть-терминала» уже были заложены в банке по кредиту, а после объявления о банкротстве «Абсолют-банк» с разрешения своего совета директоров передал акции трем неизвестным предпринимателям — Андрею Рабкову, Сергею Суслову и Александру Соловьеву.

Тот самый узел слива тоже на время оказался у структур, связанных с «Абсолютом». «Самаратранснефть-терминал» в декабре 2017 года продала за полмиллиарда рублей имущество узла слива петербургской Городской инновационно-лизинговой компании (ГИЛК). Эта структура не скрывала своей связи с «Абсолютом» и «Благосостоянием»: их логотипы присутствовали в разделе «О нас» на сайте ГИЛК — но после запроса «Медузы» о комментариях исчезли. В рамках той же сделки ГИЛК передала имущество узла компании «ООО „Нефтеперевалка“», единственным владельцем которой, согласно реестру юридических лиц, числится Светлана Балабай. Больше Светлана Балабай ничем не владеет — кроме того, что является мелким пайщиком Серноводского элеватора в поселке Суходоле в полутора сотнях километров от Николаевки. Элеватор, как и многие подобные объекты, был приватизирован путем распространения паев среди местных жителей.

Лизинговый договор, по которому ГИЛК получила у Трушева имущество узла слива, действовал до ноября 2024 года — но ГИЛК утверждает, что он был прекращен раньше. Компания настаивает, что уже в 2018-м узлом завладела «Нефтеперевалка». В подтверждение своих слов ГИЛК предоставила «Медузе» справку от «Абсолют-банка» о том, что кредит под эту сделку был погашен 15 мая 2018 года. Хотя бумага этого не доказывает: из нее лишь следует, что банк выдал кредит компании ГИЛК.

Справка из банка «Абсолют», присланная «Медузе» компанией ГИЛК — в качестве доказательства того, что имущество узла слива передано компании «Нефтеперевалка». На самом деле справка этого не доказывает: в ней говорится только о кредите, который банк выдал компании ГИЛК

Источник «Медузы», близкий к сделкам со стороны «Абсолюта», утверждает, что имущество проблемного узла передавалось из рук в руки по сделке возвратного лизинга, то есть имущество было взято у компании, а в итоге вернулось к ней же. В сделке участвовала только «Нефтеперевалка», поскольку де-факто «Нефтеперевалка» принадлежит Роману Трушеву, настаивает источник (он подчеркивает, что «Абсолют» ко всем этим компаниям отношения не имеет). В действительности, по данным Федресурса, имущество было куплено у «Самаратранснефть-терминал», а возвращено «Нефтеперевалке».

Впрочем, еще одна трушевская компания — «Петронефть актив» — до сих пор имеет договорные отношения с «Нефтеперевалкой». В частности, между этими компаниями заключен договор аренды некоего имущества, о котором «Медузе» стало известно, поскольку права требования по нему заложены в «МСП Банке». Но в том же ноябре 2018 года, когда узлом слива завладела «Нефтеперевалка», «Петронефть актив» сменила владельца: им стало товарищество с ограниченной ответственностью Metapron GmbH, зарегистрированное в немецком городе Михельштадте. Владельцем Metapron GmbH, согласно справке из немецкого реестра юридических лиц, является Илзе Рощина, а гендиректором — ее муж Эдуард Рощин, он же — гендиректор завода по производству оборудования для разлива напитков AllFill в Михельштадте. Фактически узел слива нефти в системе российского государственного оператора нефтепроводов оказался под управлением не просто частных лиц, а иностранных граждан.

Куда делся Роман Трушев и кого арестовали по делу о «Дружбе»

Сам Роман Трушев опровергает утверждение источника «Медузы» о том, что он является бенефициаром компаний, владеющих и арендующих имущество узла слива нефти. «С конца 2018 года я не имею к самарским активам никакого отношения. Владельцем „Нефтеперевалки“ никогда не был — у нее другой бенефициар. Metapron GmbH тоже не моя компания. Попытки найти крайнего понятны, и разговоры всегда были и будут. Но меня в Самаре нет!»

Трушев сообщил «Медузе», что уехал из России только на майские праздники, а в принципе за границу не собирается. Он также рекомендовал «разобраться с деятельностью „Транснефти“»: «Узнайте, например, почему „Транснефть“ 10 апреля не проверяла нефть на хлорорганику перед сдачей в [магистральную] трубу? Хотя по регламенту положено каждые 10 дней проверять. Нефть от узла напрямую не попадает в [магистральную] трубу, она сначала поступает в емкостный парк на НПС „Транснефти“, там компаундируется, проверяется на качество — и потом сама „Транснефть“ ее отправляет в трубу, в данном случае — в „Дружбу“».

На вопрос, должны ли проверять качество нефти владельцы узла слива, Трушев заявил: «Конечно, все нефти на любом узле должны смешиваться, проверяться на качество. Но ответственность за попадание нефти в магистральную трубу — на „Транснефти“».

Ознакомиться с внутренними регламентами «Транснефти» по поводу того, кто и с какой периодичностью должен проверять нефть на хлорорганику, «Медузе» не удалось. Кто управлял узлом слива после исчезновения Трушева, неизвестно. «Трушева знаем, он у нас храм закладывал, даже митрополит приезжал, — рассказывает житель Николаевки Григорий, найденный „Медузой“ по телефонному справочнику. — Больше никого не знаем оттуда. Они [НПЗ и узел слива] в двух километрах от Николаевки, закрытые они там, никого не пускают».

7 мая Следственный комитет объявил, что расследует дело, касающееся загрязнения нефти в «Дружбе», по трем статьям Уголовного кодекса: приведение в негодность нефтепровода, совершенное из корыстных побуждений, группой лиц по предварительному сговору, в отношении магистрального трубопровода (215.3), организация преступного сообщества и участие в нем (210) и кража (158). По версии СК, подозреваемые образовали преступную группу, похитили нефть на сумму не менее миллиона рублей, а чтобы скрыть хищение, слили через узел возле села Николаевка партию нефти, в нарушение ГОСТа загрязненную хлорсодержащими соединениями.

В тот же день, 7 мая, самарский районный суд арестовал на два месяца четырех фигурантов дела об отравлении нефти в «Дружбе». В списке подозреваемых нет ни одного значимого героя из расследования «Медузы» — но есть те, кого сами участники сделок называют «номинальными фигурами». Среди арестованных — гендиректор ООО «Нефтеперевалка» Светлана Балабай и ее заместитель, а также руководитель ООО «Петронефть актив» Владимир Жоголев и заместитель руководителя самарской транспортной компании «ООО „Магистраль“» Сергей Баландин. Еще двое подозреваемых находятся в розыске, их имена не называются.

Обновлено. Роман Трушев объявлен в международный розыск по делу о загрязнении нефти в «Дружбе». Это РБК сообщил источник в правоохранительных органах и подтвердил депутат Госдумы от Самарской области Александр Хинштейн. По данным Хинштейна, Трушев скрывается в Германии.

Екатерина Дранкина