истории

«Это не юмор! Я был знаком с Гайдаем!» Член общественного совета при Минкульте Павел Пожигайло объяснил «Медузе», чем его оскорбляет «Смерть Сталина»

16:40, 23 января 2018

Член общественного совета при министерстве культуры России Павел Пожигайло

Валерий Шарифулин / ТАСС

Министерство культуры России 23 января отозвало прокатное удостоверение у сатирического англо-французского фильма «Смерть Сталина» режиссера Армандо Ианнуччи. Перед этим «Смерть Сталина» раскритиковали депутаты Госдумы, а российские деятели кино назвали содержание фильма оскорбительным. Член общественного совета при Минкульте Павел Пожигайло заявил, что премьеру фильма следует отложить на полгода, чтобы «не помешать» намеченному на 2 февраля празднованию 75-летия окончания Сталинградской битвы. Журналист «Медузы» Евгений Берг выяснил у Пожигайло, чем его оскорбила «Смерть Сталина».

— Вы смотрели «Смерть Сталина» во время специального показа для общественного совета при министерстве культуры. О чем фильм?

— Речь идет о последних днях жизни Сталина, главные действующие лица — компашка в довольно-таки американском стиле сделанных персонажей, в стиле семьи Адамсов. Такая эстетика голливудских фильмов ужасов. Там [члены политбюро ЦК КПСС Никита] Хрущев, [Георгий] Маленков, [Лаврентий] Берия, сам Сталин. Ряд сцен снят в стиле комикса. Фильм начинается со смерти Сталина, а заканчивается, когда убивают Берию, и Хрущев приходит к власти.

Проблема, с моей точки зрения, в том, как это снято. Первое — все эти персонажи имеют отношение к серьезному моменту в истории России, связанному с Великой Отечественной войной. Вторая группа комичных людей — наши маршалы [Георгий] Жуков, [Константин] Рокоссовский — с полной грудью орденов. Сняты они как дебиловатые клоуны. Жуков — пошляк, драчун, такой держиморда, не большого ума [человек], но при этом на груди — ордена Славы, Победы, Красная звезда. Сатирическая подача выглядит кощунственно, а ведь переносит нас к реальным событиям Великой Отечественной войны, реальным персонажам. Это главная причина, по которой фильм вызвал негативную реакцию.

— Что именно выглядит кощунственно?

— Как эти персонажи выглядят, что они делают, что говорят. Да даже с точки зрения закона прокатное удостоверение не должно было быть выдано, потому что в фильме были нарушены пункты условия его выдачи. Речь идет о немотивированных сценах насилия, там красочно описывают расстрелы и пытки людей, Берия сам там людей пытает. Я вам честно скажу, смотреть на это достаточно жутковато. По-голливудски сделано, смачно. Но у нас немотивированная жестокость не должна показываться по закону.

«Вольга»

— Разве это как раз не является задачей искусства — показывать, в том числе, исторических личностей, которым нравилось немотивированное насилие?

— Не имеет отношения никакого к искусству! Вообще, это какой-то китч, за пределами нормальной человеческой этики. Сцены снимаются ради того, чтобы повеселить публику лишней кровью. В этом фильме и второй момент важный — дискредитация государственных символов. Все эти маршалы опрокинули фашизм, они далеки были от тех образов, которые там [в фильме] даются. Это не юмор-юмор, я был в своей жизни знаком с Леонидом Иовичом Гайдаем, и с семьей его дружим…

— Простите, я замечу, что фильм не юмористический, а сатирический.

— Какая разница?

— Между юмором и сатирой?

— Нет. Юмор и сатира могут быть с определенным художественным замыслом или быть откровенной пошлятиной. Юмор Жванецкого отличается от юмора «Камеди клаба». Юмор Гайдая отличается от многих последующих комедий со всякими непристойностями, которые веселят публику. В данном случае речь не о каких-то комических персонажах, а о руководителях большого государства, которые имели отношение к победе в Великой Отечественной войне.

Мне очень странно, что [люди] из Канады (режиссер Армандо Ианнуччи на самом деле шотландец — прим. «Медузы») занялись этой сатирой. Мне интересно, а если мы снимем фильм про Теодора Рузвельта или придумаем какую-нибудь историю, что Черчилль внешне похож на бегемота и может иметь сатирические отношения с бегемотами, и потом прокатаем это в Великобритании… Вы вообще верите, что это возможно?

— Армандо Ианнуччи снял, например, «В петле» — очень жесткую сатиру на британское правительство.

— Ну, я, к сожалению, его не видел.

— Тогда просто знайте, что ответ на ваш вопрос — да, это возможно.

— Я не видел. Могу сказать только про то, что я вчера видел. Это пошлость и оскорбление нашего народа и нашей истории.

— Вы ассоциируете образ маршала Жукова со всем российским народом?

— Я ассоциирую его с тем человеком, который опрокинул фашизм и спас нашу страну от полного уничтожения.

— И поэтому над ним нельзя смеяться?

— Оскорблять нельзя, смеяться можно. Речь идет об унижении, когда юмор переходит грань и оскорбляет.

— Приведите пример из фильма, где его автор унижает Жукова.

— Он от начала и до конца [это делает]. Как в «Красной жаре» — такой дуболом, который в перерывах между выпивками кому-то дает кулаком по физиономии, и ничего больше. Или Берия, когда он в камеру заводит маленькую девочку, дарит ей цветы, совершает насильственные действия — послушайте, это все за гранью искусства. Речь идет либо о коммерческой провокации низкого качества, либо о политтехнологической операции для того, чтобы в канун 75-летия Сталинградской битвы показать этот фильм и оскорбить ветеранов, для которых Жуков и Сталин были людьми, обеспечившими эту победу.

«Вольга»

— Интересно, что вы говорите за всех ветеранов. Если мы изучим этот вопрос, то узнаем, что они относились к Сталину и Жукову по-разному.

— Вы говорите «если». Мы можем здесь только догадки строить. Уж точно, великие наши маршалы имели отношение [к Победе]. Я уверен, 99% наших ветеранов к ним так относятся. Поэтому этот фильм их оскорбляет.

— Вы сами оперируете домыслами.

— У меня есть преимущество — я видел фильм. То, что я видел, с моей точки зрения, оскорбит ветеранов. Я тоже неслучайный человек в этой области, с 1991 года имею отношение к культуре, к кинематографу.

Кто такой Павел Пожигайло? Выпускник Серпуховского высшего военного командного училища РВСН, член партии «Единая Россия». В 2003-2006 годах — депутат Госдумы. В 2006-2008 годах — заместитель министра культуры Российской Федерации. В 2017-м, в должности главы общественного совета при Минкульте, предлагал перенести премьеру фильма «Матильда» на два года — чтобы не выпускать его одновременно со столетием расстрела царской семьи. Осенью 2017-го подал в отставку с поста главы совета, поскольку был обвинен в «неопределенной позиции» в отношении «Матильды».

— Вы постоянно говорите о праздновании 75-летия окончания Сталинградской битвы. Однако фильм вообще не про войну, причем здесь вообще эта годовщина?

— Ровно при том, что фильм полностью наполнен персонажами, которые имели прямое отношение к победе в Великой Отечественной войне. Никто никого не притягивает за уши. Здесь просто прямое осквернение истории и тех людей, которые имели отношение к победе в Великой Отечественной войне.

— То есть это какие-то особенные люди, про которых нужно очень аккуратно шутить?

— Я думаю, да. Уж, по крайней мере, Жуков и Рокоссовский точно особенные люди.

— А как про них можно шутить?

— Про них можно шутить ровно так, как про нас — чтобы мы не обиделись на эту шутку.

— Сатира всегда будет задевать человека, на которого направлена.

— Неправда. Ильф и Петров, комедии Гайдая, Михаил Жванецкий — это высокого уровня юмор, который никого никогда не оскорблял. А можно так пошутить, что человека обидеть на всю жизнь.

Фильм снял человек, который не понимает нашу историю, не имеет погибших в своей семье (отец Ианнуччи еще подростком писал для антифашистской газеты и в 17 лет стал участником партизанского движения в Италии — прим. «Медузы»). Мы же остро это переживаем, победа была недалеко [от событий в фильме]. Вот мы со всей семьей были на «Бессмертном полку», там ты ощущаешь — вот это настроение, вот это чувство.

— Но в фильме прошла война уже!

— Ну как прошла, восемь лет [всего]. Это снято так, что вызывает просто мерзкое ощущение, маршалы при орденах… Это может вызывать смех только у людей, которые не имеют отношения к России, у которых нет сопричастности с ее историей, с ее жертвами 75 лет назад. И объяснить это очень сложно, если человек живет в Англии или Америке, это параллельные миры, нет смысла это делать.

— В Англии и в Америке тоже много людей погибли во время Второй мировой.

— Давайте не будем сравнивать. Это не 26 миллионов. Вы хотите сравнить потери Англии и России? Слушайте, мы же не бабушки на улице, чтобы вести диалог на уровне такого ёрничества. Потери несравнимы. Можно сравнить 25 тысяч (в ходе Второй мировой войны погибли 450 тысяч граждан Великобритании — прим. «Медузы») и 26 миллионов? Можно сравнить полностью разоренную европейскую часть России и все остальные [страны], которые просто нажились на этой войне, потеряв какое-то количество людей. Разные вещи.

Не советую смотреть фильм все-таки, потому что нельзя так снимать… Все эти пытки, зверства, выколотые глаза — это же голливудские трюки.

Еще несколько вопросов корреспондент «Медузы» задал Пожигайло уже после новости о том, что прокатное удостоверение фильма отозвано.

— Как вы относитесь к принятому решению?

— Лично я — положительно. Считаю, это правильное решение.

— Выйдет ли фильм в России вообще?

— Сейчас его не покажут, потом будет какой-то диалог. Мне кажется, главная проблема — это неудачное время. Если там [в министерстве культуры] они найдут время, когда можно будет это показать без ущерба для некоего нашего отношения к Великой Отечественной войне, может быть, фильм и выйдет. Понимаете, это время — [годовщина] Сталинградской битвы, выборная кампания; мне кажется, за пределами 9 мая покажут.

— Президентская выборная кампания тоже влияет?

— Я думаю, да, конечно, влияет. Если какие-то публикации в фейсбуках повлияли на американские выборы, как говорят американцы, то какой фильм накануне президентских выборов бьет по коммунистическому электорату? К гадалке ходить не надо!

Евгений Берг