Перейти к материалам
истории

«Посмотрите на меня, на моем лице нет следов преступления» Фигуранты дела «Седьмой студии» остались под арестом. Репортаж Саши Сулим

Meduza
Кирилл Серебренников в Мосгорсуде, 4 декабря 2017 года
Кирилл Серебренников в Мосгорсуде, 4 декабря 2017 года
Артем Геодакян / ТАСС / Scanpix / LETA

4 декабря судья Мосгорсуда Олег Гайдар оставил без изменения решение Басманного суда о продлении меры пресечения фигурантам дела «Седьмой студии». Режиссер Кирилл Серебренников и бывший гендиректор «Седьмой студии» Юрий Итин останутся под домашним арестом, а бывший директор «Гоголь-центра» Алексей Малобродский — под стражей в СИЗО, как минимум до 19 января 2018 года. В Мосгорсуде за происходящим наблюдала журналистка «Медузы» Саша Сулим.

Очередная апелляция по мере пресечения участникам дела «Седьмой студии» в Мосгорсуде началась с часовым опозданием. В суд в этот раз пришла объявившая о выдвижении на пост президента России телеведущая Ксения Собчак — еще 17 октября она выступила одним из поручителей Серебренникова. С журналистами она не общалась и никаких заявлений не делала — ни до, ни после оглашения решения суда.

Перед началом заседания судья Олег Гайдар зачитал заявки на разрешение видео- и фотосъемки ряда российских и зарубежных СМИ, среди которых был американский канал HBO. От удивления Гайдар дважды произнес название телеканала, в зале засмеялись.

Адвокат Алексея Малобродского Ксения Карпинская обратила внимания суда: на заседании о продлении меры пресечения в Басманном суде сторона обвинения представила дополнительные документы, но защите не дали достаточно времени, чтобы с ними ознакомиться. «Нам дали тридцать минут на ознакомление со 120-страничным документом — суд нарушил право на справедливое судебное разбирательство», — говорила Карпинская.

Среди документов, которые, по мнению следствия, доказывали вину Малобродского, была его электронная переписка 2012 года. «Ссылаясь на письма, следствие утверждает, что Малобродский работал и получал зарплату и в „Гоголь-центре“, и в „Седьмой студии“. Но в той же переписке [в ответ на вопрос Малобродского о совмещении должностей и зарплате] есть ответ Кирилла Серебренникова о том, что он не может платить Малобродскому такие деньги», — цитировала письма адвокат.

Карпинская напомнила, что 24 мая 2017 года потерпевшей стороной по делу было названо выделявшее «Седьмой студии» деньги министерство культуры. Адвокат процитировала показания представителя ведомства (его имени она не назвала), который на допросе рассказал, что деньги, выделенные на проведение одного из мероприятий «Седьмой студии» — «Медиафестиваля» в 2014 году — были похищены. Однако, по словам неназванного потерпевшего, вся отчетность, связанная с мероприятием, была уничтожена. «Но ни как, ни кто, ни почему были уничтожены документы, потерпевший сказать не смог, — сказала Карпинская, — Три года потерпевший себя таковым не считал, а потом по чьей-то инициативе посчитал».

Карпинская обратила внимание суда, что ее клиент единственный из всех обвиняемых уже более полугода находится под арестом в СИЗО: «Должны быть отдельные мотивы, почему Малобродский должен быть под стражей, но судья не объясняет нам их».

Адвокат гендиректора «Седьмой студии» Юрия Итина Юрий Лысенко сказал, что следствие «сталкивает обвиняемых лбами». Он рассказал, что его подзащитный никогда не оговаривал Кирилла Серебренникова и Алексея Малобродского и не подтверждал факта мошенничества с их стороны. Серебренникову якобы было сказано, что Итин дал такие показания против него. «Это незаконный способ ведения следствия», — сказал Лысенко.

Адвокат Кирилла Серебренникова Дмитрий Харитонов шутил: «Следствие говорит, что Серебренников совершил мошенничество, только совершенно непонятно, кого он обманул и чье доверие подвел. Уж, не президента и правительство ли?». Харитонов намекал на то, что деньги на финансирование «Седьмой студии» были выделены по решению правительства. Адвокат заявил, что в рамках «Платформы» — основного проекта «Седьмой студии» — было поставлено более ста оригинальных мероприятий, а, значит, деньги были израсходованы по назначению.

Следователь Павел Васильев на все эти замечания ответил, что сторона защиты «активно готовилась» к заседанию. И стал опровергать некоторые высказанные ей тезисы. В частности, он заявил, что у адвокатов было время ознакомиться с документами в Басманном суде, «ведь они даже успели их сфотографировать». По поводу заявления адвоката Юрия Итина Васильев сказал, что его допрашивали около шести раз и его показания «противоречивы».

Артем Геодакян / ТАСС / Scanpix / LETA

«Я нахожусь под стражей уже полгода, фактически отбываю наказание без приговора, — сказал Алексей Малобродский. — Посмотрите на меня, на моем лице нет следов преступления, их не было и 19 июня, когда я был задержан». После этого он процитировал статью УПК, согласно которой основанием для заключения под стражу являются «явные следы преступления на лице или одежде, и в жилище обвиняемого».

Малобродский прокомментировал одно из своих писем Кириллу Серебренникову (оно датируется февралем 2012 года) — о том, что какие-то виды расходов «спрятаны» в других статьях. «Слово „спрятаны“ использовалось здесь в иносказательном смысле, со значением — заключены в другие статьи. А вот моя фраза: „Наша незыблемая установка работать на 150 процентов честно, срок действия установки — всегда“, следователей, конечно, не заинтересовала», — убеждал он.

Адвокат Дмитрий Харитонов несколько раз процитировал высказывания о деле «Седьмой студии» премьера Медведева. «Надо точно разобраться, где возможные нарушения и где необходимость принятия „срочных оперативных решений“ — так сказал премьер, но следствие не пытается разобраться, сначала оно устраивает маски-шоу в „Гоголь-центре“, потом отправляет под домашний арест ранее судимую Масляеву», — возмущался он.

Харитонов впервые рассказал, что согласно акту налоговой проверки, Масляева из денег, выделенных на «Платформу», взяла лично себе четыре миллиона рублей, еще шесть — выдала другим лицам, а на два миллиона рублей (пока из дела не понятно, считаются ли следствием эти деньги похищенными или нет) открыла медицинский центр — при этом следствие ей полностью доверяет, и она находится под домашним арестом.

Кирилл Серебренников выступил только во время заключительного слова. Он признался, что сегодня у него «счастливый день»: «Когда меня арестовывали, мне сказали, что против меня дал показания Юрий Итин. Сегодня я услышал, что это ложь». Серебренников повторил, что не намерен скрываться и бежать: «Кто-то хочет, чтобы мы помучились — мы уже мучаемся. Но мучиться уже начинают и наши родные». Режиссер рассказал, что у его мамы болезнь Альцгеймера: «В следующий раз она меня просто не узнает».

Судья Гайдар взял на размышление совсем немного времени — и оставил решение Басманного суда без изменений.

После окончания судебного заседания Серебренников в сопровождении представителя ФСИН спустился в гардероб. Получая куртку, режиссер пошутил: «Давай, может, куртками поменяемся? Тогда я к машине спокойно пойду, а за тобой все побегут».

Адвокат Харитонов сказал, что защита не остановится, и теперь обратится в Верховный суд России. Также он заявил ходатайство о походе Серебренникова на премьеру балета «Нуреев», которая состоится в Большом театре 9 и 10 декабря. «Но шансов очень мало», — сказал адвокат.

Саша Сулим