истории

«Не сомневайтесь: агент Купер очень серьезно относится к кофе» Интервью сценариста «Твин Пикса» Марка Фроста

Meduza
13:06, 17 мая 2017

Фото: Suzanne Tenner / Showtime / «Амедиатека»

21 мая на американском канале Showtime начнется третий сезон «Твин Пикса». В России сериал будет идти с 22 мая в «Амедиатеке» и на ТВ-3. В новом сезоне, снова снятом Дэвидом Линчем и написанном им в соавторстве с Марком Фростом, будет 18 серий. Подробности сюжетной линии держатся в секрете. В 2016 году Марк Фрост выпустил книгу «Тайная история Твин-Пикс», где рассказал о жизни городка, где 25 лет назад убили Лору Палмер. Незадолго до премьеры сериала кинообозреватель «Медузы» Егор Москвитин поговорил с Фростом по телефону — о возвращении к «Твин Пиксу», современных сериалах и Линче.

— Сначала несерьезный вопрос. У вас в «Тайной истории Твин-Пикс» есть забавный момент: каждый из героев называет свою любимую книгу. Для [секретарши в департаменте шерифа] Люси это «Противостояние» Стивена Кинга, для [помощника шерифа] Хоука — произведения Хантера Томпсона. А какие бы книги назвали ваши злодеи — Боб и [бывший агент ФБР] Уиндом Эрл?

— Ну, эти двое не были членами «Букхауса» (Bookhouse Boys, тайный орден защитников Твин-Пикса от нечистой силы, а заодно любителей книг — прим. «Медузы»), а Боб к тому же бесплотный дух, так что я сомневаюсь, что он много читал. Что касается Уиндома Эрла — это хороший вопрос. Я никогда не задумывался, какой могла бы быть его любимая книга. Я бы сказал, что это должно быть что-то достаточно тяжелое — он в своем роде выдающийся, хоть и безумный парень. Думаю, «Молчание ягнят» — она как раз тогда вышла (1988).

Дэвид Линч и Марк Фрост на съемках третьего сезона «Твин Пикса»
Фото: Suzanne Tenner / Showtime / «Амедиатека»

— Второй сезон заканчивается обещанием Лоры Палмер увидеться вновь спустя 25 лет. Неужели у вас уже тогда созрел этот план? Кто вообще написал эту строчку — вы или Дэвид?

— Кажется, ее придумал Дэвид. А потом, когда спустя все эти годы мы начали обсуждать идею с продолжением, мы пересмотрели последнюю серию и услышали там эту фразу, про которую совсем забыли. И мы подумали: «Боже правый!» Было такое ощущение, будто мы запрограммировали сами себя в прошлом. Мы удивились такому совпадению и подумали: «Хорошо, теперь у нас есть весьма интересный способ вернуться в эту историю».

В какой-то момент мы оба ясно осознали, что просто должны это сделать, что пора приниматься за работу.

— Но телесериалы за эти годы так изменились, теперь у них совсем другая драматургия. Вы учитывали современные тенденции или, наоборот, шли против моды?

— Мы не воспринимаем нашу ситуацию таким образом. Мы просто решили начать там, где закончили в прошлый раз. Конечно, способ рассказывания историй изменился, но для того, что мы делаем, он и не должен оставаться прежним. Мы понимали, что придется поднять планку. Но меньше всего нам хотелось возвращаться назад и делать то же самое, что и в первых сезонах. Лучше придумать что-то другое, но при этом столь же новаторское. Если мы все сделали правильно, так и получится. Так что стоит просто довериться процессу.

— Современные сериалы — скажем, «Бродчерч» или «Карточный домик» — очень циничны и психологически достоверны. «Твин Пикс» очаровывает своей наивностью, романтизмом. Вы не думаете, что сейчас уже аудитория не поймет ваш подход?

— Здесь я не склонен беспокоиться, и Дэвид, думаю, тоже. Ты просто делаешь свою работу, выставляешь ее на всеобщее обозрение — и будь что будет. Но мы не сомневались в правильности принятого решения. Знаете, на каком-то уровне мы чувствовали, что у нашей истории есть огромная сила притяжения и ее есть куда развивать.

— А еще новый «Твин Пикс» существует в совершенно новой реальности, где, к примеру, у всех есть смартфоны. И вы даже снимаете на цифровую камеру.

— Само собой, необходимо понимать тот мир, о котором ты пишешь. Что касается технологий, то тут всем занимается Дэвид — он режиссер, он в этом хорош. Он начал работать с цифровой камерой еще несколько лет назад, во «Внутренней империи». И его команда хорошо справляется с такими вещами.

Дело ведь не в носителе, а в том, чтобы рассказать отличную историю о людях, которая была бы убедительной для других людей. Так что цель не меняется. Мне кажется, тут такая же разница, как с машинами: когда ты водишь автомобиль из 1950-х или машину, которая целиком контролируется компьютером, — ты все равно куда-то приедешь.

Джейк Уордл, Джеймс Маршалл и Дэвид Линч на съемках третьего сезона «Твин Пикса»
Фото: Suzanne Tenner / Showtime / «Амедиатека»

— Понимаю, что вы скажете что-то про сов, но все-таки. Раз в новом сезоне действие разворачивается не только в Твин-Пиксе, но и в других городах, есть шанс узнать, что происходило с героями за эти годы? Сколько в 18 эпизодах будет флешбэков?

— Ну нет, мне, к сожалению, нельзя отвечать на вопросы, касающиеся сюжета третьего сезона. Мы хотим, чтобы каждый смог увидеть все это сам, — так что держим язык за зубами.

— Ну, попытаться стоило. Лев Толстой как-то писал в своих дневниках, что ему очень жаль всякого, кто пытается ему подражать. А что вы чувствуете всякий раз, когда какой-нибудь канал показывает очередного «убийцу „Твин Пикса“»?

— Ну, есть знаменитое высказывание старого комедианта из 1950-х годов. Он сказал, что имитация — это самая честная форма телевидения. Мне кажется, что это просто способ функционирования индустрии: если что-то работает на рынке и это что-то новаторское, то кто-нибудь обязательно попробует скопировать это и озолотиться, копая на том же месте.

Но ведь на самом деле, если что-то выстрелило, то это всегда особенное сочетание времени, места и таланта людей, вовлеченных в создание продукта. Поэтому копирование — не способ создать что-то новое и обычно даже не способ стать успешным, хотя в процессе можно, конечно, заработать. Так что настоящие творцы так не поступают.

Мэдхен Амик и Пегги Липтон. Кадр из «Твин Пикса»
Фото: Suzanne Tenner / Showtime / «Амедиатека»

— Какие сериалы, вышедшие после 1991 года, вы сами считаете столь же важными точками в истории телевидения, как «Твин Пикс»? Может быть, «Клан Сопрано»?

— Я бы совершенно точно отнес к этой категории «Клан Сопрано» — без вопросов. С точки зрения новаторства… дайте подумать. «Во все тяжкие» и «Лучше звоните Солу», на мой взгляд, просто восхитительные сериалы, которые задали абсолютно новое направление.

Думаю, можно сказать, что «Безумцы» были инновационны в своем подходе и в своем стиле. В жанре комедии это, разумеется, «Сайнфелд» — в свое время этот сериал был очень новаторским. Мне кажется, Гарри Шендлинг и его «Шоу Ларри Сандерса» тоже внесли свой вклад в историю ТВ. Конечно же, есть и другие, но именно эти прорывные шоу сразу пришли мне на ум.

— А какие сериалы вам понравились в последнее время?

— Тут я бы точно выделил «Фарго». И снова «Лучше звоните Солу» — это совершенно выдающийся сериал, повторюсь. Мне очень интересна адаптация книги Нила Геймана «Американские боги». Я не знаю, видели ли вы ее еще или нет, но мне она показалась невероятно захватывающей. А в жанре комедии мне кажется очень смешной «Силиконовая долина». Вот, наверное, все шоу, которые я смотрю сейчас.

— Вы не назвали ни одного сериала Netflix. У вас с Дэвидом была возможность снять сериал на этой платформе, но вы отказались, потому что не хотели, чтобы новый «Твин Пикс» можно было смотреть запоем. Что, по-вашему, не так с binge-watching?

— Здесь есть две причины. Как вы знаете, оригинальный «Твин Пикс» на самом деле несколько лет был на Netflix, и, на мой взгляд, это вполне хорошее место для него. Но мы подумали, что для просмотра после 25 лет… Тогда зрителям доставляло большое удовольствие смотреть по одной серии в неделю, а затем обсуждать ее, писать о ней, смотреть следующую всем вместе, и это делало выход каждой серии особым событием. В том числе это помогло сериалу стать феноменом.

Наш инстинкт велел нам сделать все, что в наших силах, чтобы воссоздать это ощущение для зрителей. Не просто выложить все сразу, а выкатывать постепенно и смотреть, будут ли они так же впечатлены. Наш выбор был обусловлен именно этим. А против Netflix и просмотра сериалов запоем ничего не имею — я и сам иногда так делаю. Но нам кажется, что начинать смотреть новый сезон лучше тем же способом, как мы делали это 27 лет назад.

— А вы когда-нибудь сравнивали — есть ли разница в том, как «Твин Пикс» воспринимали зрители в 1990–1991 годах и молодежь, распробовавшая сериал совсем недавно?

— Это очень интересный вопрос, на который нам только предстоит получить ответ. Пока что мы наблюдаем, что более молодая аудитория реагирует так же, как и первые зрители. Когда мы повторяли старые сезоны, нынешний зритель был полон того же энтузиазма. Я надеюсь, что и с новым сезоном будет так же.

«Твин Пикс» выполнил то, что мы задумали, — он прошел испытание временем. В конце концов, это именно то, как оценивается любая работа. И я горд, что «Твин Пикс» выдержал этот тест. Я вообще горжусь целостностью этой картины.


Кадр из сериала «Твин Пикс», актеры Дана Эшбрук и Пегги Липтон
Фото: Aaron Spelling Prods / Everett Collection / Vida Press

— После третьего сезона у вас выйдет еще одна книга. Она тоже будет в жанре «датафикшн»?

— Да, выход книги запланирован на начало ноября в Штатах. Называться она будет «Твин Пикс: Последнее досье». Я предполагаю, что российское издательство тоже ее опубликует, и надеюсь, она увидит свет примерно в это же время.

— Вышло очень много текстов о том, как на «Твин Пикс» повлияла биография Дэвида Линча — его детство, профессия отца, собственное раннее отцовство, увлечение восточными практиками. А что насчет вашего личного опыта? Есть какие-то истории из вашей жизни, которые стали частью сериала?

— Сложно обозначить какие-то отдельные моменты. Хотя я могу точно сказать, что история Лоры Палмер была взята, по крайней мере частично, из моей молодости, основана она на одном реальном случае, который произошел недалеко от того места, где я вырос, — к северу от Нью-Йорка, в городке Сомерс. Так что да, моя биография сыграла свою роль в паре случаев, но это можно сказать про любую творческую работу: ты пишешь, используя все знания, которые у тебя накопились.

— Вот мы и дошли до Лоры Палмер. Дэвид Линч часто говорил, что если бы не воля канала ABC, он бы откладывал разоблачение убийцы как можно дольше — а то и вовсе не стал бы его раскрывать. А вы бы что-то изменили в старых сезонах?

— Я бы не стал менять ничего из того, что мы написали. Мне кажется, наша история — именно в том виде, в котором она была написана и составлена, — все еще звучит очень правдоподобно для зрителей.

Но мне иногда тоже интересно: а что было бы, если бы мы не дали ответ на вопрос «кто убил Лору» так рано? Что, если бы мы придержали его? Какое бы влияние это оказало на сюжет?

— Зато в массовой культуре множество пародийных версий про то, кто убил Лору Палмер. Какие вас больше всего рассмешили?

— Ну, версия, которую показали в «Симпсонах», была очень забавной. Знаете, когда ты создаешь что-то, что имеет подобное воздействие на поп-культуру, реакция на шоу обычно очень отдалена во времени от самой работы над ним.

Simpsons Burns' Suit Wiggums Twin Peaks Dream
Chole Williams

Когда ты делаешь сериал — это очень скрупулезная работа в настоящем времени. А то, как люди реагируют на него и на что именно, — это будет уже потом, ты не можешь на это никак повлиять. Так что мы были весьма удивлены реакцией на «Твин Пикс». Когда ты видишь в «Saturday Night Live» скетчи, основанные на твоем сериале, — это просто невероятный опыт. Поэтому мне нравятся все пародии на «Твин Пикс».

— Тогда вопрос «про любимого ребенка». Над кем из персонажей «Твин Пикса» было интереснее всего работать?

— Персонаж, которому было уделено больше всего нашего времени и внимания, — это агент Купер. Он наш главный герой, мы оба вложили в него всех себя. У меня есть любимчики, но я не хочу говорить об этом, чтобы другие персонажи — или, еще хуже, актеры — не подумали, что я о них меньше забочусь.

— Если бы Фрэнк Силва (актер, сыгравший Боба — прим. «Медузы») все еще был жив, вы бы придумали для него сюжетную линию?

— За эти годы мы потеряли многих актеров. И если бы кто-то из них все еще был с нами, то мы бы, разумеется, включили их в новый сезон, нашли что-то специально для них. Но нам пришлось оплакивать и людей, и персонажей. Очень жаль, что мы были вынуждены отправиться в новое путешествие без них.

— До того как «Твин Пикс» получил зеленый свет, вы с Линчем долго обивали пороги каналов и студий с разными идеями. Была какая-то история про агента ФБР, который ищет затерянный континент Лемурию… Вы помните эти питчинги? Может, пришло время снять какой-то новый сериал?

— Да, это была забавная идея, но мы так никогда и не довели ее до конца. И это была задумка для полнометражного фильма, а не для сериала, насколько я помню. Одна идея, которая мне особенно нравится — и я знаю, что Дэвиду тоже, — это сценарий, написанный нами несколько лет назад. Он называется «Один пузырь слюны» («One Saliva Bubble»; история развивается в городке Ньютонвилле, где разрабатывается секретный проект властей, а несколько горожан вынуждены меняться личностями). Из всего, что мы сделали вместе, я бы хотел на экране увидеть именно его потому, что мы получили большое удовольствие, когда писали его.

Дэвид Линч и Марк Фрост на пресс-конференции, посвященной «Твин Пиксу», в студии Sony. США, 20 августа 1990 года
Фото: Jeff Kravitz / FilmMagic / Getty Images

— Давайте придумаем историю прямо сейчас? Можете описать три предмета, которые находятся у вас перед глазами, и связать их в историю?

— Я вижу электропианино, складной стул и маленький холодильник. Когда я смотрю на эти предметы, в голову приходит история о человеке, который сидел за этим пианино и писал неоконченную симфонию, но в какой-то момент он потянулся к холодильнику. Неоконченная она потому, что он выпил из холодильника что-то, что испортилось, — как позже выяснилось, он был отключен от сети. И это убило его, а симфония осталась неоконченной. Как вам?

— Отлично! Скажете что-нибудь напоследок для российских фанатов «Твин Пикса»?

— Конечно. Я надеюсь, что новый сезон принесет вам много удовольствия и счастливых воспоминаний о «Твин Пиксе» — его прошлом, настоящем и будущем.

— Спасибо. И последний вопрос, как раз от фанатов. Есть вероятность, что агент Купер все это время ничегошеньки не понимал в настоящем кофе?

— Нет, он отлично разбирается в кофе — его вкус выработался за долгие годы, проведенные в дороге. Так что не сомневайтесь: он очень серьезно относится к кофе.

Егор Москвитин