Перейти к материалам
истории

Фильмы на неделю. Ностальгия по «Трейнспоттингу», чудовищный «Конг: Остров черепа» и легкомысленная «Ночь в Париже» 

Источник: Meduza

По четвергам на «Медузе» выходят обзоры Антона Долина, посвященные главным кинопремьерам недели. 9 марта в российский прокат выходят «Т2: Трайнспоттинг» Дэнни Бойла — продолжение культового фильма «На игле», «Конг: Остров черепа» — перезапуск франшизы «Кинг-Конг» и «Ночь в Париже» с Одри Тоту.

«Т2: Трейнспоттинг»: выбери жизнь

Прошло двадцать лет, и Рентон возвращается домой. Его попытка начать жизнь заново, сбежав в Амстердам с набитой деньгами — чужими деньгами! — сумкой, не увенчалась успехом. Он знает, что оказался в тупике и рассчитывать не на кого; ни друзей, ни близких не осталось, он сам когда-то вычеркнул их из жизни. Что хуже, у бывших друзей дела тоже никуда не годятся, но они твердо знают: в их неудачах виноват именно он, Рентон. 

Не снимешь этот фильм, и поклонники тебя возненавидят. Снимешь, и наверняка их разочаруешь. Входить столько лет спустя в ту же реку не рекомендуется. Но как не попробовать? Будь ты сто раз обладатель «Оскара» и постановщик лондонской Олимпиады, дамокловым мечом над тобой будет висеть вечный вопрос: где сиквел «Трейнспоттинга»? Положение Дэнни Бойла — почти такое же безвыходное, как у его героя, сыгранного двадцать лет спустя все тем же Юэном Макгрегором. Кстати, большую часть этого времени режиссер и прославленный им артист друг с другом не разговаривали, но теперь, вздохнув и помянув старое, помирились. Так же помирятся герои фильма, не сумевшие друг друга простить. 

Естественно, «Т2» по всем статьям уступает «Т1» (известному россиянам под придуманным видеопиратами заголовком «На игле»), стилеобразующему шедевру 1990-х, в котором четверка эдинбургских героиновых наркоманов «выбирала жизнь». Тот фильм был в центре своей эпохи, он был ей рожден и сам ее создал. А этот — источник чистейшей, действующей сильнее самой забористой дури, ностальгии. Никого уже этим не возмутить, не удивить, не переполошить. Как бы ни пыжились главные герои, сыгранные все теми же артистами, суждено им плыть по волнам нашей памяти — и только по течению, на другое силенок не хватит. Они снова выбирают жизнь, куда им деваться, но жизнь их больше не выберет, а пронесется мимо на всех парах. С другой стороны, есть какая-то печальная, почти безнадежная истина в мысли о взрослении как катастрофе для мужчины — даже худшей, чем бегство из дома, расставание с друзьями или смерть близкого человека.

Как ни странно, при всей рискованности задачи «Т2» справляется с балансом между продюсерским проектом — по фильму разбросаны умные подсказки-маяки, адресующие нас к первой картине и напрямую заводящие диалог с нашим подсознанием, — и сугубо авторским фильмом. Очевидно, что Бойл касается своих интимных фрустраций, разбирается с собственным прошлым, препарирует сформировавший его культурный код. Это до такой степени его картина, что он отказывается от очевидного хода — заимствования сюжета из «Порно», романа Ирвина Уэлша, напрямую продолжающего его «Трейнспоттинг». Хотя Уэлш принял участие в фильме и даже снялся в небольшой роли. 

Здесь есть блистательно смешные эпизоды (пересказ которых убьет весь кайф, потому на сей раз — без спойлеров), есть подлинно трогательные. Есть классный саундтрек с Игги Попом во главе. Есть, кроме Макгрегора, Джонни Ли Миллер (Псих), Роберт Карлайл (Бегби) и Юэн Бремнер (Кочерыжка). Даже Келли Макдональд ненадолго и эффектно выходит на сцену — вот уж кто за эти годы не изменился. Но самое лучшее, как ни странно, — абсолютно новая героиня, болгарская проститутка Вероника, отлично сыгранная 26-летней Анжелой Недялковой. Она единственная в фильме действительно выбирает жизнь, доказывая делом и телом: «быть собой» — недостижимая иллюзия, чувства — избыточная роскошь, дружба или любовь — понятия в высшей степени условные, а любые попытки усомниться в этих старых, как мир, тезисах — прерогатива неисправимо инфантильных, даже когда им изрядно за сорок, мужчин. 

Бесконечно грустное кино, другими словами. Именно поэтому хорошее. 

Для кого: для всех зрителей первого «Трейнспоттинга» и тех, кто с возрастом не устал искать смысл жизни.

«Конг: Остров черепа»: горилла в тумане

Много с какими героями кинематограф готов расстаться, но точно не с этим: колоссальный самец гориллы, способный на самопожертвование и любовь, образ завораживающий и неполиткорректный, буквально обязан возрождаться из пепла каждые двадцать-тридцать лет. Так что нового «Конга» следует принять как неизбежное, хотя он не идет ни в какое сравнение с «Кинг Конгом» Питера Джексона, до сих пор не устаревшим ни технически, ни эстетически. 

«Конг: Остров черепа» — фильм чудовищный в прямом смысле слова: по-настоящему здесь удались только чудовища. Ну и, пожалуй, живописный пейзаж, на фоне которого они пожирают друг друга. Монстры в самом деле великолепны, причем не только сам Конг — на этот раз брутальный донельзя, лишенный сентиментальности, но зато обретший горделивую стать охотника-туземца. Рядом с ним — кошмарные черепозавры, почему-то двуногие и довольно эффектные, птеродактили-мутанты, спруты-переростки и даже гигантские древесные личинки, тоже далеко не безобидные. Все они обитают на острове, заново вылепленном из архетипического конандойловского Затерянного мира, как и оригинальный остров Конга в великом первом фильме 1933 года. В те края на поиски чудес и чудищ отправляются герои «Конга», перемещенные силой воображения сценаристов и режиссера Джордана Вот-Робертса в 1970-е (то есть, если перед нами и приквел, то к версии 1976-го года, с Джеффом Бриджесом и Джессикой Лэнг). 

Формально здесь есть подобие сюжета и персонажей, но именно что формально. Вдохновленный «Взводом» и «Апокалипсисом наших дней» постановщик преследовал единственную задачу — скрестить жанр «вьетнамского» боевика с олдскульным приключенческим фильмом, заставив гигантскую обезьяну вдыхать запах напалма по утрам. За актеров даже неловко: они бродят по джунглям с потерянным видом, иногда роняя сугубо служебные реплики, и выражение лица каждого буквально кричит «Что я здесь забыл?» А ведь кастинг неслабый: Том Хиддлстон, Сэмуэл Л. Джексон, Джон Гудман, прошлогодняя лауреатка актерского «Оскара» Бри Ларсон, китайская красотка Цзин Тянь (только успевшая соскочить с «Великой стены», на которой она тоже сражалась с монстрами). Явное удовольствие от абсурдного процесса получает только Джон С. Райли, которому поручено амплуа здешнего Бена Гана: во-первых, в его сюжетной линии есть логика и смысл, во-вторых, ему разрешено хотя бы изредка кривляться и шутить. Все остальные смертоносно серьезны, будто не замечают, что участвуют в подобии очередной заторможенной компьютерной игры, где единственный смысл — необходимость пересечь остров с юга на север, оставшись в живых. 

Трудно сказать, хорошо ли это, но продюсеры фильма запускают новую франшизу. В следующей картине к Конгу, по восходящей к 1960-м традиции, должна присоединиться многострадальная Годзилла. 

Для кого: для мечтающих о Затерянном мире и безразличных к роду человеческому.

«Ночь в Париже»: не Вуди Аллен

Разумеется, никакого отношения к «Полночи в Париже», элегантной ретро-сказке Вуди Аллена, эта пустяшная французская комедия не имеет. Кстати, ее настоящее название — «Открыто круглосуточно». Если и искать аналог в американском кино, то это «Бердмэн». Здесь главный герой — директор парижского театра, у которого через сутки должна состояться премьера. По ряду причин она под угрозой срыва. Во-первых, не ясно, распроданы ли билеты. Во-вторых, технический персонал давно не получал денег и потому объявляет забастовку (жизненная деталь: французы часто так поступают). В-третьих, безумный режиссер-японец требует живую обезьяну, хотя на репетициях обходился человеком в костюме гориллы. Основная интрига — попытки героя раздобыть ночью в родной столице необходимого примата. В этой части «Ночь в Париже» пугающе напоминает последнюю серию бекмамбетовских «Елок», в которых Иван Ургант похищал королевского пингвина из контактного зоопарка Сергея Светлакова. 

В общем, как часто бывает во французском развлекательном кино, это зрелище очень суматошное, бессодержательное, разговорное, но временами необъяснимо милое. Возможно, за это стоит сказать спасибо обаятельному Эдуарду Баэру, весьма популярному комику, сыгравшему главную роль и выступившему в качестве режиссера. По левую руку от него — излучающая доброжелательный скепсис Одри Тоту, по правую — любимица Абделлатифа Кешиша, красавица Сабрина Уазани («Увертка», «Кус-кус и барабулька»). А вокруг — ночной Париж. 

Для кого: для скучающих по Парижу и любителей театрального закулисья. 

Мы не сдаемся Потому что вы с нами

Антон Долин

Реклама