Власти называют чудом обретение мощей князя Донского и хотят отправить их на фронт. А в чем смысл такого поклонения? Почему святых не хоронят? И мощи ли лежат в Мавзолее? Только стыдные вопросы о мощах

В России только и разговоров, что о мощах: в августе в Архангельском соборе Московского Кремля в ходе реставрации «нашли» саркофаг с хорошо сохранившимися останками князя Дмитрия Донского. Само место захоронения командующего русским войском в Куликовской битве не было секретом, но после причисления его к лику святых в 1988 году РПЦ не предпринимала попыток извлечения мощей. Однако на пятый год большой войны церковные власти решили повысить символический градус патриотизма — и «обрели» останки князя. Это тут же назвали чудесным и почти сказочным явлением, «знамением Божиего Промысла», в поклонении мощам поучаствовал Владимир Путин, а их частичку уже пообещали отправить на фронт. Кроме того, еще одна частичка поучаствует в московском крестном ходе 6 сентября. Зачем все эти обряды? Что чудодейственного в мощах? Как вообще появилась концепция поклонения останкам святых? Чем это отличается от идолопоклонничества? И наконец, можно ли назвать мощами захороненный на Красной площади труп Ленина? Все эти стыдные вопросы «Медуза» задала религиоведу, лектору и автору телеграм-канала Mykhology Константину Михайлову.

Откуда вообще взялась эта идея — «берем кусочек человека и молимся ему»?

О том, откуда взялся и как сформировался культ мощей, ученые много спорят. Вот в чем более-менее все сходятся: христиане почитали останки некоторых своих собратьев по вере уже во II веке н. э. Вероятно, это было связано с гонениями и их жертвами — мучениками, принявшими смерть за веру. Поминовение таких людей стало важной традицией раннего христианства. Вокруг мучеников начал формироваться культ святых, а их могилы — превращаться в места поклонения: на них проводили ритуалы, к ним стекались верующие.

Несколько позже, но тоже в эпоху Античности, появилась и идея, что тело святого можно перенести из одной могилы в другую, а при необходимости и разделить, чтобы его покровительство охватывало как можно больше людей. Свидетельства почитания частей тел святых хорошо известны уже в IV веке.

Первоначально идея, что мощи святого разделяют, вызвала большую полемику в христианской среде. Но к раннему Средневековью практика устоялась и стала привычной. В любой современной православной церкви в России непременно есть хотя бы одна частица мощей — в антиминсе, специальном плате в алтаре, без которого невозможно проведение литургии.

Практика поклонения могилам существует во множестве религий, а вот идея поклонения отдельным частицам человеческих тел довольно редка. Помимо христианства, она действительно широко встречается только в буддизме.

А поклонение мощам — это не идолопоклонство?

Опять же христиане спорят на этот счет. Говоря чрезвычайно упрощенно, католики и православные считают, что почитание святых — важная практика, и это не идолопоклонство, потому что поклоняются они только Богу, а святых чтут как наших покровителей и ходатаев перед Богом.

Нередко вводится разница между поклонением (только Богу) и почитанием (святых, ангелов). Характерно, что молитва святому — это обычно молитва о заступничестве перед Всевышним: «Моли Бога о нас!»

При этом практически все протестанты считают поклонение мощам язычеством и идолопоклонством, да и сам культ святых — не соответствующим учению Христа.

Правильного научного ответа тут нет, это вопрос религиозных убеждений. Наука вообще не использует понятие «идолопоклонство», это термин из религиозной полемики: «Ты идолопоклонник! — Нет, ты!» и т. д.

Что пишет о войне патриарх Кирилл

У патриарха Кирилла вышла книга о войне. Илья Венявкин, автор другой книги — о современной идеологии России, — ее (за вас) прочитал

22 дня назад

А если наука доказала, что это мощи не святого, а кого-то другого, — они перестают быть мощами? Или если они чудодейственные, то «пусть будут»?

Наука и религия тут оперируют в разных плоскостях.

Да, с точки зрения науки многие мощи и реликвии вызывают большие вопросы. Более того, существование многих святых, которых почитают католики и православные, не подтверждается серьезными историческими исследованиями.

В некоторых случаях христианские церкви даже могут учитывать мнение ученых. К примеру, католическая церковь в XX веке вывела из общецерковного календаря нескольких популярных святых.

Но делается так не всегда и не всеми, потому что для религиозной жизни научные аргументы не так важны, как традиция: многовековое почитание мощей или вера в чудеса, случившиеся после молитвы перед этими мощами, могут перевесить любые соображения историков.

Мощи непременно должны быть нетленными?

Что до нетленности мощей, под которой обычно подразумевается сохранение плоти святого, то она совершенно не обязательна: очень многие мощи представляют собой как раз частицу кости безо всякой плоти.

В русском православии от мощей святого часто ждут нетленности, но это традиция, а не правило. В греческом православии, к примеру, сохранение плоти человека после смерти вообще иногда воспринимается как дурной знак.

В какой момент «труп» превращается в «мощи»? С канонизацией? И вообще, христианство — оно же про то, чтобы хоронить людей в земле. Почему со святыми исключение? Они попадут в рай, не будучи похороненными?

Хотя для христиан действительно обычно важна традиция погребения в земле, по учению что православной, что католической, что протестантских церквей, для спасения человеческой души это не критично: раннехристианский мученик, которого съели на римской арене львы, или благочестивый верующий, утонувший в море, может попасть в рай так же, как и человек, погребенный по всей строгости правил. Попадание в рай зависит не от формы похорон, а от других причин (каких именно — зависит от направления христианства).

Разумеется, не всякий труп христианина — мощи. Чтобы такие останки стали мощами, обычно нужно, чтобы сложилась традиция почитания покойника, потом он был признан святым — для начала на местном уровне, а потом и на общецерковном.

Литература есть у нас дома в телеграм-канале. У нашего издательства есть уже три десятка книг (и нон-фикшен, и художественных) — и сотни историй про каждую из них. Подписывайтесь на телеграм-канал Meduza Books, чтобы первыми узнавать о новинках, раскрывать пасхалки, знакомиться с авторами поближе и всегда иметь под рукой списки того, что еще стоит прочесть.

В наши дни (и уже много веков как) в православии и католицизме требуется и канонизация — сложный официальный процесс, в ходе которого церковь рассматривает кандидата в святые, ведет внутреннюю дискуссию о его жизни, изучает рассказы о чудесах, произошедших после молитв этому человеку. Процедура часто достаточно строгая, в католической церкви она предполагает обязательные медицинские экспертизы исцелений и тщательное изучение документации. В православии правила мягче и не так строго прописаны, но канонизация все же обычно проводится после долгой подготовки.

Нередко бывает, что церковь канонизирует и святых, традиция массового почитания которых еще не сложилась, но которые с точки зрения церкви этого почитания достойны.

При благоприятной оценке человек объявляется святым. После этого его тело в некоторых случаях извлекают из погребения, и вот тут-то оно и становится мощами. Момент извлечения называется «обретением».

Все это, однако, необязательно: тело уже объявленного святым человека может после этого годами лежать в могиле.

Как проверяют, что мощи «те самые»? Им же не делают анализ ДНК? И кто в итоге решает, что это именно мощи конкретного человека?

Если речь идет о мощах древних святых, ключевую роль тут играет традиция почитания, часто — многовековая. Если речь идет о мощах современных святых — проблемы тоже нет, потому что, как правило, могила святого хорошо известна и никаких сложных процедур для установления истинности тела не требуется.

Сложность, собственно, возникает только в двух случаях.

• Первый: церковь объявила святым человека, точное место захоронения которого по каким-то причинам неизвестно. Скажем, он жил много веков назад. Или его останки не были захоронены надлежащим образом — такая проблема возникла, например, с Николаем II и его семьей.
• Второй: в древнем захоронении обнаружены мощи, которые могут принадлежать святому, и хочется доказать, что они действительно его. Скажем, в Риме в середине XX века обнаружили останки, которые католическая церковь рассматривает как останки апостола Петра.

Но как доказать, что это Петр, а не кто-то другой?

В прежние времена в этих ситуациях на помощь пришли бы истории о чудесах, вещие сны и тому подобное. В наши дни церковь может использовать выводы археологов (место захоронения подходящее, археологический слой тот, сохранившиеся рядом с останками предметы соответствуют социальному статусу святого при жизни и т. д.) или даже использовать ДНК-исследования, если ДНК из останков есть с чем сравнить. Это могут быть другие частицы тех же мощей, скажем, или живые потомки святого.

Финальное решение, однако, выносится церковью, и научные аргументы — только часть использующихся. Во многих случаях они все равно ограничены и не могут помочь: скажем, доказать, что останки человека, казненного в Риме в I веке нашей эры, это действительно останки апостола Петра, невозможно. А даже если и возможно, не факт, что церковь эти аргументы примет. Так, РПЦ пока не признала подлинность мощей Николая II, хотя ученые уверены в результатах ДНК-анализа.

А что с мощами Дмитрия Донского? Они лежали в одном месте много веков и теперь их «обрели»?

Да, это как раз хороший пример. Дмитрий Донской умер в 1389 году и был похоронен в Архангельском соборе. Собор в начале XVI века разобрали и построили заново в нынешнем виде, но Дмитрия, как и других похороненных там членов княжеской семьи, ненадолго вынесли, а потом аккуратно вернули на место.

С этого момента и до наших дней место погребения князя Дмитрия было хорошо известно. В 1860-х годах гробницу даже вскрывали, захоронения частично сместились — но известно, как и куда.

Все это время, однако, в могиле лежали не мощи, а просто останки, потому что канонизирован Дмитрий Донской был только в 1988 году. Решение о канонизации с тех пор не раз вызывало споры. И потому что жизнь князя Дмитрия не все находят достойной религиозного прославления (он был непростой исторической фигурой, в числе прочего имевшей запутанные и часто конфликтные отношения с церковью); и потому что решение о канонизации происходило без обстоятельной подготовки в составе целой череды канонизаций. Это, впрочем, объясняется тем, что в 1988-м и вообще в годы перестройки положение православия в позднем СССР быстро менялось и церковь вынуждена была быстро приспосабливаться к новым обстоятельствам.

После канонизации в 1988 году вскрывать гробницу никто не стал, хотя сам культ Дмитрия начал развиваться: строились храмы нового святого, рисовались его иконы. Только недавно, как все читали в новостях, гробница была открыта, и от останков Дмитрия отделили несколько частиц.

В общем, никаких научных сомнений в подлинности мощей тут быть не может. Судя по месту захоронения, возрасту, состоянию скелета — это определенно тело Дмитрия Донского. ДНК-анализ пока не проведен, но вряд ли он покажет что-то неожиданное.

Как работает чудотворность? На сколько частей можно разделить мощи, чтобы они «действовали»? И связана ли степень почитания и «чудодействия» мощей с масштабом поступков святого при жизни?

С научной точки зрения о чудотворности мы говорить, конечно, не можем. С точки зрения религиозной традиции чудотворность не измеряется в КПД или лошадиных силах. Она не зависит от того, на сколько частей разделят мощи, и часто в церквях вы можете увидеть крошечные частицы, которые глубоко почитаются.

Равным образом деяния святого при жизни не влияют на силу его мощей: если это святой, ему можно молиться, и, если будет угодно Богу, может произойти чудо.

Жизнь святого может повлиять на его «специализацию»: скажем, святому врачу будут чаще молиться об исцелениях. Но, конечно, в бытовой традиции есть любимые и популярные святые, а есть те, о которых вспоминают редко.

Еще одна важная церковная тенденция военной эпохи

РПЦ продолжает забирать иконы из музеев. Зачем это нужно патриарху Кириллу? И правда ли древние иконы «сильнее» современных? Разбираемся в вопросе с Ксенией Лученко, автором канала «Православие и зомби»

5 месяцев назад

А как церковь объясняет то, что мощей одного святого бывает больше, чем физически было одного человека?

Если речь идет о частицах мощей, проблемы нет. Но бывает, что в разных местах хранятся одни и те же части тела: скажем, в мире сейчас не меньше трех голов Иоанна Крестителя. Чтобы избежать таких дубликатов, церкви стараются прослеживать их историю и сопровождать святыни специальными документами.

Все понимают, что часть мощей, вероятно, не подлинные. И понимали всегда: уже в средневековых церковных текстах встречается критика поддельных мощей. Впрочем, средневековая подделка не единственное объяснение.

Дублирование мощей может быть результатом благочестивого заблуждения, путаницы, смешения святых с похожими именами. Бывало, что мощи терялись и снова обнаруживались — как это случалось с той же головой Иоанна Крестителя, которую теряли и обретали много раз, и в честь обретений установили особые церковные праздники. При этом с научной точки зрения тождество потерянных и обретенных мощей, естественно, остается вопросом.

Позиция что православной, что католической церкви в целом такова: если вы считаете мощи истинными, молиться перед ними можно. Даже если на самом деле это не так, Господь знает, что ваша молитва искренняя.

На практике, впрочем, нельзя сказать, что церкви прикладывают большие усилия к борьбе со спорными мощами, если речь идет о древних и общепочитаемых реликвиях. И конечно, никто не в состоянии отследить все частицы мощей, тысячами разошедшиеся по храмам и частным собраниям.

Мощи — это ведь выгодно для церкви? Есть ли в этой связи негласный запрет критиковать этот культ?

Да, мощи могут быть важным источником доходов для храма и церкви в целом. И да, запрет на критику культа мощей существует — вполне гласный, утвержденный церковными соборами.

Но связан он не столько с финансовыми, сколько с богословскими соображениями: спор о том, можно ли почитать мощи и святых вообще, идет столетиями, и для церквей — что православной, что католической — культ мощей давно стал важной частью религиозной идентичности.

При этом критика фальшивых мощей допускается, если ведется в рамках почтения к культу в целом.

Можно ли в каком-то смысле считать Ленина в Мавзолее мощами? Или мощи бывают только у святых?

Тело Ленина в Мавзолее, как вдохновленные им аналоги вроде Мао или Димитрова, — хороший пример секулярного, идеологического культа, построенного вокруг мертвеца.

И любопытно, что культ этот начал создаваться именно тогда, когда советские власти активно боролись с православным культом мощей: сходство было подмечено даже во внутрипартийных дискуссиях 1920-х.

Но все же это не мощи даже в расширительном смысле: хотя Мавзолей и использовался в политических ритуалах, телу Ильича никто не молился.

И кажется, никто не утверждал, что исцелился, совершив перед ним пионерский салют.

Краткая история Мавзолея

В 1998 году российские художники предложили зрителям торт в виде Ленина в саркофаге Это лишь один эпизод в истории мавзолея, который вот-вот закроют на реставрацию

год назад