Перейти к материалам
новости

«Я лежала и тихо умирала в камере. У меня останавливалось сердце несколько раз» Адвокат Мария Бонцлер, которую арестовали по обвинению в сотрудничестве с иностранным государством, рассказала о невыносимых условиях в калининградском СИЗО

Источник: SOTAvision

Адвокат из Калининграда Мария Бонцлер известна тем, что защищала обвиняемых по политическим делам. Год назад ее арестовали по обвинению в сотрудничестве на конфиденциальной основе с иностранным государством. С тех пор Бонцлер держат в калининградском СИЗО-1 и, по словам заключенной и ее адвоката, оказывают на нее давление. 30 июня со слов защитника стало известно, что несколькими днями ранее Бонцлер чуть не погибла в изоляторе «из-за несогласованности назначенных ей лекарств». Защита просила перевести заключенную в больницу, но суд отказал. По данным «ОВД-Инфо», у Бонцлер диагностирована гипертензивная болезнь с поражением сердца, которая сопровождается скачками артериального давления и высоким риском инсульта. Сегодня Бонцлер выступила по видеосвязи во время заседания суда по ее иску к Областной клинической больнице и СИЗО-1 из-за качества медицинской помощи и условий содержания. Вот что она рассказала о своем самочувствии и жизни в калининградском изоляторе.

Я лежала и тихо умирала в камере. По пять раз в день мочила простынь, заворачивалась в мокрую простынь, и все равно она мгновенно высыхала. И заново, заново, заново.

29 числа я чуть не умерла. У меня останавливалось сердце несколько раз. В камере [жара] более 40 градусов. Пятый этаж, раскаленная крыша. Это было ужасно.

Выводили меня в медсанчасть. Потом по моей просьбе отвели в душ. Я полчаса стояла под холодным душем, немножечко легче стало. А ночью кто-то догадался, умный, не отключать на ночь первый раз вентиляцию. Если бы отключили — все. Я бы не дожила до утра.

о политзаключенных в россии

Истории сотен политзаключенных остаются нерассказанными Как силовики стирают их следы? Почему некоторые узники сами не хотят, чтобы о них узнали? И как правозащитники находят тех, кто готов говорить о себе?

о политзаключенных в россии

Истории сотен политзаключенных остаются нерассказанными Как силовики стирают их следы? Почему некоторые узники сами не хотят, чтобы о них узнали? И как правозащитники находят тех, кто готов говорить о себе?

Фото на обложке: SOTA