«Казнить нельзя помиловать» — триллер Тимура Бекмамбетова о процессе, где в роли судьи и палача выступает ИИ (в главной роли Крис Пратт) Фильм стал лидером проката в США, но назвать его удачным не получается
В мировой прокат вышел триллер Тимура Бекмамбетова «Казнить нельзя помиловать» (в оригинале — «Mercy»). Как и всегда у режиссера, это напряженная футуристическая история, в которой человек противостоит технологиям: на этот раз в суде. Герой Криса Пратта («Стражи галактики») должен убедить ИИ-судью (Ребекка Фергюссон), что он не убивал свою жену. Кинокритик Антон Долин рассказывает об этой картине, которая, несмотря на все свои недостатки, может увлечь самых разных зрителей.
Следователь полиции Лос-Анджелеса Крис Рейвен (Крис Пратт) просыпается с похмелья и обнаруживает себя прикованным к креслу — модифицированной версии электрического стула, убивающей приговоренного при помощи звукового импульса. У него есть полтора часа, чтобы убедить ИИ-судью с условным именем Мэддокс (а также обликом и голосом Ребекки Фергюссон) в своей невиновности, иначе он будет казнен. К смерти Рейвен приговорен за убийство своей жены — предположительно на почве ревности и в состоянии опьянения.
Злорадство испытывает даже зритель, только что познакомившийся с героем. Именно Рейвен требовал введения экспериментальной судебно-карательной системы с издевательским названием «Mercy» («Милосердие») и поставлял для нее жертвы. Предположительно ИИ не ошибается в своей беспристрастной оценке фактов, а потому и долгие судебные процессы теперь ни к чему. На любой, даже самый запутанный случай с лихвой хватит полутора часов. Рейвен — всего-то 19-й подсудимый «Mercy». И самый важный: общество обязано поверить, что полиция не выше закона.
Случай этого фильма в чем-то парадоксальнее и интереснее его сюжета, вызывающего смутное чувство дежавю. С одной стороны, это возвращение Тимура Бекмамбетова в режиссуру после не слишком удачного «Девятаева» (2021). Громкие заголовки впечатляют: «Казнить нельзя помиловать» — остроумное русифицированное название оригинального «Mercy» — сместил в прокате лидера, всесильного третьего «Аватара».
Подробнее о том, как фильм Бекмамбетова оказался на первом месте американского проката, мы писали в телеграм-канале о культуре «Плот». Подписывайтесь, там бывают не только плохие новости.
С другой, рецензии разгромные, да и бюджет, невзирая на бодрый старт, пока не окупился. Быть может, помогло отсутствие конкуренции. От 3D-аттракциона Джеймса Кэмерона публика подустала, а выпущенный одновременно сиквел «Сайлент Хилла» оказался еще неудачнее.
Американская пресса недолюбливает Бекмамбетова по понятным причинам. Времена его стремительного взлета забыты, как и когда-то востребованные «Дозоры», недлинная мода на скринлайф схлынула. Для сегодняшних критиков он прежде всего режиссер нового «Бен-Гура» и продюсер «Войны миров» с Айс Кьюбом, только что номинированной на шесть «Золотых малин».
В Штатах толком не видели и не оценили лучшую картину Бекмамбетова — «Профиль», заслуженно награжденную на Берлинале. Тем более там ничего не знают о его карьере в России — ни о франшизе «Елки» (давно существующей отдельно от Бекмамбетова), ни об «Иронии судьбы-2».
Несколько слов о судьбе и об иронии. Режиссер-визионер долгие годы защищал права жанрового и развлекательного кино, выражая недоверие к фестивальному кинематографу — по Бекмамбетову, авторское кино безразлично зрителю. Но на сегодняшнем этапе его карьеры единственный способ благосклонно судить о ее развитии — именно авторская теория, позволяющая разглядеть в Бекмамбетове не столько мастеровитого ремесленника, сколько одержимого «аутёра».
Внимательный зритель обнаружит в «Казнить нельзя помиловать» все приметы узнаваемого стиля. Это и нагнетаемый параноидальный саспенс, и сюжетный мотив альтернативной истории. Всесильность технологий и вездесущность гаджетов, манипулирование сознанием при их помощи. Сильный герой, растерявшейся перед мнимо-безвыходной ситуацией, и женщина, ставшая жертвой трагического стечения обстоятельств. Наконец, экраны-экраны-экраны, заменившие саму реальность (понятие, неизменно ставящееся под сомнение в фильмах Бекмамбетова).
Так называемые «объективные» недостатки «Казнить нельзя помиловать» тоже налицо. Большая удача для продюсера — заполучить Криса Пратта, марвеловскую звезду, на главную роль; а в композиторы зазвать самого Рамина Джавади («Игра престолов», «Тихоокеанский рубеж»). Да только Пратт плохо подходит для драматичных ролей без намека на юмор, а не смолкающая закадровая музыка кажется навязчивой и избыточной. Действие картины несколько скомкано, визуальный стиль сбивчив и не позволяет в полной мере оценить качество спецэффектов.
Тем не менее, Бекмамбетову удалось безошибочно угадать и собрать в одном месте сразу несколько основополагающих фобий современности.
«Казнить нельзя помиловать» исследует наш иррациональный страх перед искусственным интеллектом (недаром тот выведен в роли следователя, судьи и палача в одном виртуальном лице), но одновременно эксплуатирует ужас перед безнаказанностью распоясавшейся полиции. Фильм вдохновлен боязнью стихийных протестов, но и опасностью террористических атак — не в меньшей степени. Если считать, что нынешняя Америка расколота на трампистов и антитрампистов, то Бекмамбетов находит в своем фильме чувствительные места тех и других. Его картина завязывает многие красные нити нашей реальности в один тугой узел, но отказывается распутывать — пусть зритель разбирается в себе сам, смотрясь в экран как в зеркало.
Неминуемо приходят на ум две аналогии. «Шоссе в никуда» Дэвида Линча, герой которого не признавался в убийстве жены, пока не выяснялось, что виноват все-таки он, хоть и в неузнаваемом обличии двойника. И «Особое мнение» Стивена Спилберга, протагонист которого предотвращал еще не совершенные преступления, пока эта система не обращалась против него самого. Первая картина исследовала темные бездны токсичной маскулинности, вторая предостерегала против чрезмерного доверия алгоритмам. О чем же на самом деле хочет поговорить в «Казнить нельзя помиловать» Бекмамбетов?
Такое впечатление, что он и сам не понял этого до конца (возможно, претензию стоит переадресовать сценаристу Марко ван Беллю).
Внимание! В следующем абзаце есть спойлеры. Если вы хотите сохранить интригу перед просмотром, лучше его не читайте.
Детектив Рейвен окажется тем же честным, хоть и запутавшимся парнем, каким предстает в первых кадрах. ИИ-судья, поколебавшись, признает ценность человеческой интуиции для решения сложных дел. Даже настоящий преступник, идентичность которого угадать совсем не сложно, обнажит вполне убедительный и гуманный мотив для своих непростительных действий. Каждый, в конечном счете, не без греха, но с законным правом на милосердие (см. оригинальное название фильма). А из провокационного, амбициозного и сложного замысла родится довольно тривиальный детектив с предсказуемой развязкой. Впрочем, в этом есть что-то утешительное.
Антон Долин