«Где» — новая картина тайваньского классика Цай Минляна Буддийский монах медленно (два шага в минуту!) идет по Парижу — вот и весь фильм. Как зрителю это выдержать?
В Центре Помпиду в Париже идет выставка-ретроспектива тайваньского режиссера Цай Минляна — обладателя «Золотого льва» Венецианского кинофестиваля за картину 1994 года «Да здравствует любовь». Для экспозиции в Париже Цай Минлян собрал все свои медитативные фильмы — и представил девятую ленту в серии «Идущий». В фильме «Где» двойник режиссера, буддийский монах в исполнении актера Ли Каншэна, медленно идет по городу, привлекая внимание прохожих. Кинокритик «Медузы» Антон Долин побывал на его премьере и рассказывает, что это неспешное кино может дать зрителю.
Мужчина идет по улицам современного Парижа. Город снят документально, в объективе статичной камеры он узнается сразу же. Тем ярче контраст с этим странником — погруженным в себя, выпавшим из времени, лишенным возраста, облаченным в ярко-красные одежды, бритоголовым, босоногим. Человек из какого-то другого мира, он движется на своей скорости, замедленность которой шокирует: в среднем два шага в минуту (попробуйте сами с секундомером).
Реакция неподготовленного зрителя будет такой же, как у парижских прохожих. Кто-то не обратит внимания и быстро пройдет мимо — мало ли в любом мегаполисе чудаков, — кто-то покажет пальцем, посмеется, попробует заговорить с идущим, а когда тот не ответит, сделает с ним селфи.
Но возможен ли здесь вообще этот случайный зритель? Этот фильм показывают в рамках выставки и ретроспективы Цай Минляна — уроженца Малайзии, резидента Тайваня, гражданина мира и одного из самых радикальных режиссеров современности — в Центре Помпиду, куда вряд ли зайдет человек с улицы. А поклонников Цай Минляна как раз столько, чтобы наполнить небольшой просмотровый зал на мировой премьере «Где», задуманного и исполненного специально для демонстрации в музеях.
Тут же рядом выставочное пространство, в котором показываются все (с 2012 года их набралось пока что девять) фильмы серии «Идущий». Снаружи — гигантское бумажное полотно, испещренное древними буддистскими сутрами на китайском и лаосском, их написали сам режиссер и один из его актеров. Внутри небольшой лабиринт из движущихся — но одинаково медленно — изображений. На каждом — босоногий монах в красном, с черепашьей скоростью пересекающий кадр и пейзаж. Экраны искажены зеркальными отражениями, сломаны и изогнуты, положены навзничь. Посетителю, он же зритель, отчетливо дают понять, что ему придется выйти из зоны комфорта, чтобы понять этот проект.
Представляя «Где» в кинозале, Цай Минлян смеется: «Сколько времени вы выдержите у экрана на выставке? Две-три минуты, ну десять. А здесь [в кинозале] купил билет — сиди полтора часа». Для него «Идущий» — важнейший на сегодняшний день этап творческой биографии, он называет многосерийный проект самым масштабным своим фильмом. Добавим: также он самый неторопливый, самый загадочный и самый малобюджетный.
Начав восхождение к славе с прогремевших в 1992-м «Бунтарей неонового бога», пару лет спустя режиссер получил от председателя жюри Дэвида Линча венецианского «Золотого льва» за свою меланхолическую притчу о некоммуникабельности «Да здравствует любовь». Критики тут же провозгласили его отцом-основателем «медленного кино» и «азиатским Антониони».
Сняв за пару десятилетий еще несколько блестящих картин — среди них, например, синефильская медитация «Прощай, таверна „У дракона“» (2003) и порномюзикл «Капризное облако» (2005), — Цай заявил, что устал от сюжетного кино и отныне будет снимать только для музеев. Что, впрочем, не мешает фестивалям и кинотеатрам время от времени показывать его все более отчаянные работы — иронические оды одиночеству и безответной любви.
В центре «Идущего» — постоянный артист, партнер и муза режиссера с его первых картин, тайваньский режиссер и актер Ли Каншэн. Человек-ртуть с неуловимой внешностью в образе монаха таинственно обрел сходство с Цай Минляном, на которого вообще-то совершенно не похож. Его медленный и молчаливый монах — важнейший персонаж буддистской мифологии, герой классического романа «Путешествие на Запад» (так называется и одна из серий «Идущего») по имени Сюаньцзан. Считается, что тот жил в седьмом веке и дошел пешком до Индии, принеся оттуда в Китай 657 текстов канона Типитака на санскрите и впоследствии их переведя. Для Цай Минляна это ролевая модель и персонаж-талисман, сопровождающий его на протяжении всей жизни. А также идеальный образ странника, бездомного — таковы практически все герои фильмов режиссера.
Объединяет это качество Сюаньцзана и с еще одним безымянным протагонистом «Где». Его играет лаосский мигрант Анон Хонсынсай, с которым режиссер сдружился в торговом центре: тот торговал лапшой в кафе, куда Цай регулярно приходил обедать. В сновидческом пространстве «Где» Анон превратился в художника, сперва раскрашивающего свое лицо, а затем рисующего углем линии на безразмерном листе бумаги. По этому листу, как по карте мира, не замечая ничего, кроме внутреннего императива, идет неведомо куда буддийский монах.
Мы не догадываемся ни об отправной точке пути, ни о его цели. Недаром выставка в Центре Помпиду называется «Поиск». Очевидно лишь, что это действительно «путешествие на Запад». Пройдясь в предыдущих сериях по Тайваню, Гонконгу, Токио и родному городу режиссера Кучингу в Малайзии, монах Сюаньцзан направился во Францию: в одном из фильмов серии оказался в Марселе, теперь добрался до самого Парижа. А на пути зашел в Центр Помпиду — не случайно же премьера прошла именно там. Среди прочего мы можем наблюдать, как монах в своем специфическом темпе, не поворачивая головы, проходит мимо монументальных обнаженных трех граций художника Робера Делоне, также расположившихся на фоне современного им Парижа. Так выстраивается увлекательный, хоть и совершенно бессловесный диалог между архаикой и актуальностью, традицией и авангардом, Востоком и Западом.
Забавно, что «Где» показывался на одном сеансе с еще одной премьерой — короткометражным «Где вы сейчас, Цай Минлян?», снятым специально по заказу Центра Помпиду. Получается, что режиссер дал на этот вопрос сразу два ответа — музею и самому себе. В коротком метре он у себя дома, на Тайване, под шум дождя любуется горными пейзажами из окна живописной затопленной руины. Ее единственные обитатели — бесчисленные старые стулья. Еще одно увлечение Цай Минляна, эти стулья коллекционирующего и рисующего их «портреты», напоминает о французской культуре — конкретнее о пьесе родоначальника театра абсурда Эжена Ионеско «Стулья». В ней предметы мебели занимали места людей и вытесняли тех со сцены. Переживая одиночество, навязанное двумя годами пандемии, Цай выносит из этого опыта алмазные сутры своих минималистских, печальных, но временами и очень смешных фильмов-медитаций. Не надеясь и не пытаясь показывать их никому, кроме тех, кто добровольно готов разделить медленный поиск монаха Сюаньцзана. «Дорогу осилит идущий».
Исполнителю роли Ли Каншэну на показе задали вопрос, о чем он думает и какие сутры читает в уме, когда босиком идет по очередному городу, не обращая внимания ни на какие препятствия. Ответ был чрезвычайно прост: «Жду, когда режиссер крикнет: „Стоп, снято“». К этому артист добавил, что надеется на появление у «Идущего» спонсоров. В идеале Adidas или Nike. Нет больше сил ходить босиком.
Антон Долин