«Январь» Виестурса Кайриша — фильм о борьбе Латвии за независимость от СССР, взявший приз на фестивале «Трайбека» Это картина про молодость и стремление к свободе на фоне исторических потрясений
На прошлой неделе в Нью-Йорке завершился ежегодный фестиваль независимого кино «Трайбека». Среди фильмов, взявших главные призы, — «Январь» латышского режиссера Виестурса Кайриша. Это история о молодом человеке, который мечтает стать большим кинематографистом, но оказывается в эпицентре событий января 1991 года в Риге, когда начался распад Советского Союза. Кинокритик «Медузы» Антон Долин посмотрел «Январь» и рассказывает, почему фильм о прошлом Прибалтики вышел и взял престижную премию максимально своевременно.
Январь — холодный, неуютный месяц, особенно на балтийском побережье. Снег, ветер — зябко. Зато это первый месяц года, дающий каждому шанс начать новую жизнь — и человеку, и государству, и народу. Особенно январь 1991-го, о котором речь пойдет здесь. Драматичные события, известные как «баррикады в Риге», унесли несколько жизней и стали отправной точкой для независимости Латвии от СССР.
Невзирая на внушительный послужной список Виестурса Кайриша (множество документальных и игровых картин, успешные театральные и особенно оперные постановки), «Январь» для него — особенный фильм. Хотя бы потому, что очень личный: в 1991-м он был ровесником Язиса, главного героя, который наверняка в немалой степени списан с автора.
Но даже если не учитывать этого фактора, «Январь» вышел на экраны в нужное время. В дни, когда борьба бывших республик СССР против российского «старшего брата» вновь волнует весь мир, более актуального фильма не придумать. Поэтому неудивительно, что картине присудили высокую награду — главный приз международного конкурса престижного американского фестиваля «Трайбека». Впрочем, заслуги фильма не исчерпываются его обжигающей своевременностью.
«Январь» — классический кинороман воспитания, снятый деликатно и даже трепетно. По-подростковому нескладный Язис (отличная роль Карлиса Арнольдса Авотса) лезет вон из кожи, чтобы сохранить свою независимость от окружающих и заодно скрыть от них же свою растерянность по поводу собственного будущего. Хотя растеряны буквально все. Отец героя больше из упрямства держится за членство в компартии, тогда как мать идет участвовать в протестах с плакатом «Мой сын не будет служить в советской армии».
Парадокс в том, что сам Язис добровольно отправляется в военкомат: у него не ладятся отношения с Анной (Алисе Дановска), более независимой и смелой, чем он сам, шансы поступить во ВГИК и стать великим кинематографистом кажутся совсем призрачными. В любом случае, в какую бы сторону Язис ни пошел, ему не хочется быть с большинством. Главная цель — держаться подальше от толпы, пусть даже протестующей против тирании и требующей свободы.
«Медуза» заблокирована в России. Мы были к этому готовы — и продолжаем работать. Несмотря ни на что
Нам нужна ваша помощь как никогда. Прямо сейчас. Дальше всем нам будет еще труднее. Мы независимое издание и работаем только в интересах читателей.
Виестурс Кайриш — образованный и насмотренный режиссер, поэтому его фильм пронизан аллюзиями и прошит знаковыми именами: от Бергмана с его сомневающимися интеллигентами до Джармуша, чей дебют «Страннее, чем рай» с бесприютными персонажами-маргиналами задает Язису модель поведения. Однако в эпицентре интриги — ключевой для той эпохи, да и всего кинематографа Латвии — документалист Юрис Подниекс. В ассистентки к нему устраивается, вызывая ревность Язиса, его возлюбленная.
Подниекс, автор множества культовых фильмов, добровольно стал хроникером распада СССР. Во время рижских событий были убиты два работавших с ним оператора — Андрис Слапиньш и Гвидо Звайгзне, а его собственная гибель год спустя до сих пор окутана мрачными легендами.
В «Январе» его роль исполняет харизматичный эстонец Юхан Ульфсак (сын советской кинозвезды Лембита Ульфсака). Его экранная миссия — обозначить для сомневающегося героя должную траекторию: не пугаться реальности, избегать безопасной дистанции по отношению к ней, быть со своей камерой там, где происходят события.
Так что «Январь» затрагивает и еще одну тему, которая сегодня волнует многих: какой может и должна быть роль художника в эпоху исторических перемен и имеет ли он право пренебречь возможностями, которые ему предлагает само время.
Конечно, это поколенческое кино, обращенное к настоящему и будущему в большей степени, нежели к прошлому. В принципе, можно сказать, что Кайриш в «Январе» дает ответ на вопрос, заданный Подниексом в его главном фильме, «Легко ли быть молодым?». И даже среди льдов и снега отправляет Язиса и Анну туда же, где завершалась та культовая перестроечная картина, — к «синему морю надежды».
У «Января» хитроумная двойная оптика. Кадры, в которых мы видим молодого кинематографиста, перемежаются с эпизодами, которые снимает он сам. Субъективное бесшовно соединяется с объективным, фиктивное — с документальным (или тем, что умело притворяется документальным). Автор одновременно остается со своим героем и рисует отстраненный «портрет художника в юности» точно подобранными ретрокрасками.
Но в кульминационный момент этот двойной взгляд становится цельным. Тогда Язис, совершив свой выбор, оказывается — как фактически все персонажи «Января» — на баррикадах. Этот не нуждающийся в пояснениях и как бы самоочевидный образ здесь превращается в рубеж не только исторический и политический, но и личный, биографический: именно за ним начинается взрослая жизнь и новый отсчет времени. Как водится, с января.
Антон Долин