Перейти к материалам
истории

Я, конечно, скелет Алексей Навальный выступил в суде и рассказал, как выходит из голодовки, — но в апелляции ему отказали. Репортаж «Медузы»

Источник: Meduza
Пресс-служба Бабушкинского суда / EPA / Scanpix / LETA

В четверг, 29 апреля Бабушкинский районный суд рассмотрел апелляционную жалобу адвокатов политика Алексея Навального на приговор мирового судьи Веры Акимовой, признавшей его виновным в клевете на ветерана Великой Отечественной войны Игнате Артеменко. Дело было возбуждено из-за комментария оппозиционера под роликом о голосовании за поправки в Конституцию. Навальный назвал его героев «продажным холуями», «предателями» и «людьми без совести». В ролике снялся в том числе ветеран Игнат Артеменко. Суд отказал Навальному в апелляции. А сам политик на сегодняшнем заседании рассказывал, как выходит из голодовки, и в очередной раз произнес последнее слово. 

В день суда сотрудники полиции парами стоят вокруг Бабушкинского суда уже за квартал от здания. Но сторонников Навального сегодня здесь нет, только журналисты с камерами.

Заседание начинается вовремя, в 11:00, апелляционную жалобу рассматривает судья Наталья Курышева, а обвинение представляет прокурор Екатерина Фролова, которая была гособвинителем и в суде первой инстанции. Навальный присутствует по видеосвязи: на нем тюремная роба, он очень худой, под глазами — бурые тени, на висках — впадины. 

Судья объявляет участников процесса и просит Навального встать. Он говорит: «Если я встану, вы не будете видеть мою голову», и она не настаивает. Судья оглашает его данные — год рождения, регистрацию. «Да, похоже, это про меня, а может, про моего злого двойника. Может, доброго», — говорит Навальный.

Как прошел суд первой инстанции

А меня все судят и судят, судят и судят За день прошло два суда над Алексеем Навальным. Реальный срок — сократили, по делу о «клевете на ветерана» — оштрафовали. Репортаж Кристины Сафоновой

Как прошел суд первой инстанции

А меня все судят и судят, судят и судят За день прошло два суда над Алексеем Навальным. Реальный срок — сократили, по делу о «клевете на ветерана» — оштрафовали. Репортаж Кристины Сафоновой

После этого он просит судью в этот раз не перебивать его после каждого слова, «как это делала женщина, которая называла себя судьей в первой инстанции». Судья в ответ тоже просит его не перебивать и вставлять реплики только с ее разрешения. После этого адвокат Вадим Кобзев просит приобщить к делу почерковедческую экспертизу. Судья дает слово Навальному.

«В материалах дела огромное количество подписей и любому человеку видно, что эти подписи подделаны, — говорит он. — Дело сфабриковали не только по сути, даже подписи подделаны».

Дело о клевете слушалось несколько заседаний, и потерпевший Игнат Артеменко на нем не присутствовал. Его пытались допросить по видеоконференцсвязи, но допрос быстро прервали, потому что пенсионеру стало плохо, и ему вызвали скорую помощь. В итоге письменные показания фронтовика зачитала прокурор Фролова. Кроме этого — также удаленно — суд допросил сиделку ветерана и его соседку. 

Судья зачитывает экспертизу, которую предоставил Кобзев. В ней говорится, что эксперт проверил 57 из 62 подписей, имеющихся в деле, и, по его мнению, пять из них сделаны не Артеменко, а «разными лицами». Когда судья заканчивает читать, Кобзев просит назначить почерковедческую экспертизу всех 62 подписей Артеменко на оригиналах процессуальных документов в экспертном центре Минюста. 

Прокурор Фролова возражает против экспертизы, говоря, что для этого недостаточно оснований — эксперт, которого привлекли адвокаты Навального, «не был предупрежден об уголовной ответственности и выполнил экспертизу за два дня». 

После этого судья уходит в совещательную комнату для принятия решения по экспертизе. Немного помолчав, Навальный говорит: «Юляшка, если ты слышишь встань я посмотрю на тебя». 

С первого ряда встает Юлия Навальная в черной маске и кожаной куртке. 

— Я ужасно рад тебя видеть, — говорит Навальный. — На свидании я весил 74 килограмма, а теперь 72. 

— 72 тебе идут больше чем 74, — отвечает ему Юлия. 

— Меня вчера водили в баню, чтобы я прилично выглядел, я, конечно, скелет, я последний раз столько весил в седьмом классе, — продолжает Навальный. — Я написал ходатайство, чтобы мне дали 60 грамм морковки. Вчера ел четыре ложки каши, сегодня шесть, жду когда будет десять. Собираюсь выращивать салат на окне, но потом возбудят уголовное дело из-за того, что Навальный съел все цветы. Яблоко мне пока так и не дали, хотя прошу кусочек яблока четыре дня, пока вопрос не решился, видимо у Путина спрашивают, но каши — сколько хочешь.

— А тушеные овощи тебе дадут? — спрашивает его Юлия. 

Алексей смеется: 

— Когда, может, я выиграю битву за 60 грамм морковки, я приступлю к битве за тушеные овощи. Мне предлагают бульон постоянно, но бульон мне пока рано есть. Вообще они стараются, но не могут добавлять суперэкзотические вещи типа яблока и морковки. Но каши сколько хочешь, мне приносят в коробочке, я откладываю три ложки, разбавляю кипяточком и ем. У меня сегодня по плану 570 калорий. А нет, вру, 450, вчера было 370.

—А в Москве еще масочный режим? — неожиданно спрашивает он. — В метро в масках ходят?

— Да, — говорит Юля.

Через несколько минут в зал возвращается судья и зачитывает решение — оставить ходатайство без удовлетворения, оснований для почерковедческой экспертизы нет.

После этого судья спрашивает, не возражает ли Навальный против того, чтобы рассмотреть апелляционную жалобу без потерпевшего. Он не возражает. 

Юлия Навальная (в центре)
Пресс-служба Бабушкинского суда

Судья зачитывает апелляционную жалобу Кобзева, который ссылается на решение Европейского суда по правам человека, признавшего приговор по делу «Ив Роше» необоснованным. В жалобе Кобзев также пишет, что при вынесении приговора нарушено правило территориальной подсудности по месту совершения преступления. Адвокат указывает, что свидетели обвинения находились в период ознакомления с публикацией Навального за пределами участка мирового суда района Южное Медведково, поэтому этот суд не мог рассматривать это дело.

Защита Навального также заявила, что не знает, кто был в квартире Артеменко в момент его допроса.

«Суд скрыл количество лиц находящихся в квартире и не разъяснил им права и обязанности, — пишет Кобзев в жалобе. — Связь была налажена таким образом что невозможно было понять показания, прокурор зачитал текст находящийся перед ним, который неизвестно кем был написан. Навальный выразил свое оценочное суждение и назвал «предателями» участников ролика в связи с их участием в ролике, а не в связи с персональной биографией». 

После этого судья читает жалобу адвоката Михайловой, но та предупреждает судью, что жалоба такая же, как и у Кобзева. 

Все это время Навальный сидит, свесив голову набок и как будто дремлет. Когда судья спрашивает его, поддерживает ли он ходатайство адвоката, он отвечает, что поддерживает. «Я первый раз вижу такое количество процессуальных нарушений, но видимо это новый стандарт российского правосудия, — добавляет Навальный. — Я требую признать меня невиновным и немедленно освободить». 

После этого по поводу жалобы высказывается прокурор Фролова. Она говорит, что ссылка на решение ЕСПЧ не относится к обстоятельствам уголовного дела, а высказывания Навального — клевета, потому что прямо указывают на то, что Артеменко участвовал в ролике о поправках в Конституцию, чтобы получить что-то от RT.

Судья объявляет прения. 

Выступает прокурор Фролова. 

— Защита Навального настаивает, что высказывание суждений в адрес ветерана ВОВ является не ложными суждениями, не фактами, а оценочными суждениями. Еще раз приведу цитаты: «позор страны, люди без совести, предатели». Я не вижу в этих словах суждения, я вижу безапелляционные утверждения, безосновательные обвинения в предательстве, то есть, в измене Родине. 

Впрочем, даже эксперт со стороны следствия в суде называла слова Навального «оценкой». 

Затем прокурор Фролова произносит длинную речь:

— По существу для ветерана, для человека, прошедшего войну, нет обвинения хуже, чем обвинение в предательстве. Причем обвинение в предательстве прозвучало от человека, дважды признанного виновным в совершении уголовного преступления, связанного с мошенничеством и обманом. «Предателем» ветерана победы над нацистами назвал человек, не скрывавший своих неонацистских взглядов, участвовавший в неонацистких маршах и конференций. Человек, последовательно вдохновлявший своих сторонников на дискредитацию победы нашего народа в Великой отечественной войне, на раскрашивание монумента «Родина-мать зовет», на публикацию фотографий нацистских преступников среди лиц «Бессмертного полка», на ликования от смерти сопредседателя движения «Бессмертный полк» Василия Ланового. Одним словом, на кощунство, которое подсудимый возводит в систему.

Предатель —оценочное суждение, говорит его защитник. Но в сознании большинства российских граждан предатель — это худший преступник, а предательство —преступление, которое нельзя прощать. Как нельзя простить и оскорбление человека в 15 лет ушедшего на фронт защищать свою родину, своих земляков. Не только современников, но и нас с вами, тех, кому довелось жить в мирное время. Хотя, возможно, он мечтал об ином, противоположном исходе той войны. Если победителей он считает позором той страны, то тогда кого он считает героями? Почему осужденный до сих пор так и не извинился перед Игнатом Сергеевичем? Ответ очевиден — потому что всегда знал, кого и в чем он обвиняет. Сделал это осознанно и преднамеренно. Преследуя страшную гнусную цель — опорочить Игната Сергеевича и всех ветеранов войны и саму победу, ценность которой для нашего общества является фундаментальной.

В конце своего выступления прокурор просит оставить апелляционную жалобу Навального без удовлетворения, а приговор мирового судья судебного участка 321 района Медведково от 20 февраля — без изменений». 

После этого судья дает Навальному последнее слово. Оно длится ненамного дольше речи прокурора — около пяти минут. («Медуза» уже приводила расшифровку последнего слова Алексея Навального). В нем он сравнивает президента Владимира Путина с «голым королем», называет его управление «бездарным», а власть «оккупантской», лишившей россиян образования, здравоохранения и перспектив. 

Затем судья Курышева все же прерывает его и просит говорить по материалам уголовного дела. «Не забывайте, это не политическая трибуна, это последнее слово», — говорит она.

Последние слова Навальный договаривает одновременно с ней: «Ваша власть довольно успешная, потому что в течение 20 лет вам удавалось грабить наш народ, живущий в этой стране, лишать его будущего и вывозить принадлежащие ему богатства. Но это рано или поздно закончится. У меня все, спасибо». 

Судья уходит в совещательную комнату для вынесения приговора, это занимает у нее примерно 20 минут. Она возвращается и зачитывает решение: приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Решение суда можно обжаловать в вышестоящей инстанции.

Читайте также

«Ваш голый проворовавшийся король хочет править до конца» Последнее слово Навального в суде по делу о «клевете на ветерана». Полный текст

Читайте также

«Ваш голый проворовавшийся король хочет править до конца» Последнее слово Навального в суде по делу о «клевете на ветерана». Полный текст

Слушайте музыку, помогайте «Медузе»

Анастасия Якорева

Реклама