Перейти к материалам
истории

«Я хотел бы жить тихой жизнью, а позже исчезнуть — как часть природы» В октябре «Медуза» задала вопросы Ким Ки Дуку о его последнем фильме «Растворяться». Вот это интервью

Источник: Meduza
Gareth Cattermole / Getty Images

В ночь на 11 декабря в Риге умер южнокорейский режиссер Ким Ки Дук. Его последней вышедшей на экраны работой стал фильм «Растворяться», снятый в Казахстане, — в начале октября его показали на Московском международном кинофестивале. 7 октября журналист Мария Лащева письменно задала Ким Ки Дуку свои вопросы — об этой картине и мечтах режиссера. «Медуза» публикует это интервью.

— Фильм «Растворяться» выглядит как любительский: это касается качества съемки, цветокоррекции, постобработки, монтажа. Вы это сделали намеренно?

— А какие критерии у «любительского» фильма? Может ли «любитель» написать сценарий, подобный сценарию фильма «Растворяться»? Или сценарий такого фильма, как «Пьета»? Для меня в фильме главное — не масштаб и не стиль, а история. Я снимаю кино самым простым способом и с минимальным бюджетом. Если бы мне кто-то просто так дал миллиард, я мог бы снять масштабный и стильный коммерческий фильм. Но я снимаю кино уже 26 лет, и даже если инвестор вкладывает 100 миллионов, он все время вмешивается в процесс, требует изменить сценарий, чтобы он был более коммерческим и приносил прибыль. 

Поэтому, чтобы рассказать свою историю, я был вынужден отказаться от использования дорогой аппаратуры и помощи оператора и большой съемочной команды. Все это — время и деньги. Я и сам понимаю, что чего-то в фильме не хватает, мне самому жаль. Но с тем небольшим бюджетом, который у меня был, я приложил максимум усилий.

Думаю, что люди, которые, прежде всего, оценивают в моих фильмах масштаб и качество картинки, не понимают, что такое настоящий фильм, а что — подделка. Они смотрят лишь на экран, когда смотрят фильм. 80% современных молодых режиссеров стремятся к тому, чтобы в их фильмах была красивая стильная картинка, мощный звук, но там нет никакой истории.

Но я не хочу сказать, что мой способ создания картин является единственно правильным. Все-таки съемки любого фильма — это деньги. Если нет денег, я предпочитаю не ждать больших инвестиций, а снимать по-своему.

— Такая нарочито непрофессиональная картинка от звезды мировой режиссуры наверняка смутит зрителя. Как это расшифровать? Вам нравится, когда зрителю некомфортно?

— Я уже ответил выше. Думаю, что зрителю, который посчитал мой фильм непрофессиональным, стоит поучиться кино. Разве роман нужно печатать исключительно на хорошей бумаге? В горах, где нет бумаги, можно написать и на листьях деревьев. История — вот, что важно.

Те, кто считают этот фильм непрофессиональным, думаю, не смогут написать сценария и короткометражного фильма. Они только говорят, что разбираются в кино. Мне очень жаль. Но вот вопрос. Разве такой «непрофессиональный» фильм попал бы в конкурс кинофестиваля?

Кадр из фильма «Растворяться»
ММКФ

— Какой ваш фильм, на ваш взгляд, был самым комфортным для зрителя и почему?

— У меня нет ответа на этот вопрос. Для каждого зрителя он свой. 

— Ранее вы неоднократно говорили в интервью, что с возрастом вас все меньше интересует визуальная красота кадра. Почему?

— Для меня в фильме главное — это сценарий, история. На втором месте — игра актеров. Все остальное — картинка, визуальность — это уже не так важно. Поэтому и при планировании бюджета я, в первую очередь, обращаю внимание на эти самые важные позиции, остальным я готов поступиться. Многие режиссеры зацикливаются на картинке, но я считаю, что камера на 90% все может показать. Но многие думают, что техника, технологии могут сделать что-то особенное, как будто весь секрет именно в этом. Мне же кажется, что это, наоборот, может помешать развитию истории.

— В отличие от предыдущего фильма «Человек, место, время и снова человек», в «Растворяться» вы обошлись почти совершенно без крови и жертв. С чем связана такая миролюбивость? Настроение, какой-то особый жизненный период?

— Очень странный вопрос. Мне нечего сказать. Извините.

— Впрочем, одна жертва в фильме есть — это неродившийся ребенок главной героини. В фильмах вы часто поднимаете тему беременности, почему она для вас притягательна?

— На этот вопрос тоже не могу ответить. В моих фильмах эта тема совсем неважна. Думаю, если у вас будет время, вам лучше пересмотреть мои фильмы. 

— В «Растворяться» вы показываете две ипостаси одной женщины — распутной, сильной и скромной, жертвенной. Какая из этих сущностей вызывает у вас больше симпатии? Какой должна быть женщина, чтобы выжить в нашем мире?

— Здесь тоже мой ответ не будет иметь никакого смысла. Я не могу сказать, кто лучше. Решать зрителю. Но все эти сущности составляют жизнь. 

— Как вы считаете, сняли ли вы на данный момент главный фильм своей жизни?

— Не могу сказать. Я просто хотел бы до самой смерти снимать по одному фильму в год. Если не будет денег, буду снимать себя. Поэтому сейчас я тренируюсь, готовлю себя к тому, что, если вдруг в будущем не будет денег, я бы смог снимать сам себя. То, что я был когда-то известным режиссером, сценаристом, — это все неважно. В кино я как будто борюсь с собственными мыслями. Мне кажется это очень интересным. 

— О чем вы мечтаете сейчас? В чем вы черпаете силы? 

— Я мечтаю о том, чтобы снимать кино, не завися ни от кого. Свободным от денег, кинофестивалей, славы — от всего этого… А еще я хотел бы выращивать себе еду. И жить тихой жизнью на природе как часть природы, а позже исчезнуть — как часть природы. Я черпаю силы в любви. Я всегда жду свою любовь. 

Читайте также

Умер Ким Ки Дук. Антон Долин — об одном из самых радикальных режиссеров конца XX века, который стал для Запада олицетворением «азиатского экстрима»

Читайте также

Умер Ким Ки Дук. Антон Долин — об одном из самых радикальных режиссеров конца XX века, который стал для Запада олицетворением «азиатского экстрима»

«Медуза». Работаем 24/7. И только в интересах читателей Нам срочно нужна ваша поддержка

Беседовала Мария Лащева