Перейти к материалам
истории

Автозаки заезжали во дворы, по крикам было ясно, что там избивают людей Что рассказывают участники протестов в Беларуси, которые вышли на улицы в день выборов

Источник: Meduza
Максим С. для «Медузы»

После окончания голосования на выборах президента Беларуси 9 августа в крупнейших городах республики начались массовые протесты. Точное число их участников неизвестно, но судя по фотографиям и видео, это десятки тысяч человек. Больше всего людей вышло на улицы Минска, где протестующих жестоко разогнал ОМОН, используя водометы, светошумовые гранаты и резиновые пули. Интернет был фактически отключен — не работали мессенджеры, сайты крупнейших СМИ были недоступны. «Медуза» попросила участников протестов рассказать, что происходило в Беларуси.

Андрей

житель Минска

Протестовать я вышел только часам к 22, до этого я пытался доехать до подруги через перекрытый город. Часть пути удалось проехать на метро, но трансферную станцию закрыли. Позже они закрыли еще несколько станций. Даже пешком передвигаться можно было не везде: милиция перекрывала выходы улиц, пропуская людей только в одну сторону. При этом сами сотрудники общались вежливо, один мне объяснил обходной путь.

С собой я взял бутылку перекиси, бинты, полпачки ваты и воду. Добрался до подруги с таким набором. К нам должны были присоединиться еще люди, но кто-то либо не выходил на связь, либо собирался чего-то ждать, уже не помню. Мы вышли вдвоем и услышали крики неподалеку, это была школа с избирательным участком, там Тихановская набрала больше Лукашенко, и все очень радовались этому. Вокруг всех участков дежурили люди и требовали честного подсчета голосов, у этих, видимо, получилось.

С тех пор не работал ни один VPN — он еще функционировал от вайфая, но через мобильную сеть был недоступен. Мы попытались пойти по проспекту Независимости, он был ближе, и там были протесты, когда задержали [потенциального конкурента Лукашенко на выборах Виктора] Бабарико. Но площади были пустыми, даже машины сигналили очень лениво. Вообще план протеста был пойти на стелу и обсудить итоги выборов, но мы пошли на площадь, так как я слышал, что стелу перекрыли, и нам до нее было далеко. Но после того, как мы увидели, что площади пустые, мы двинулись туда, так как это единственное место сбора, про которое я слышал.

На Сторожовской улице было уже больше людей, а главное — она вся гудела от машин. Проезжали машины с флагом Беларуси, люди показывали ✌🏻и ✊🏻. Дальше мы добрались до сквера Старостинская Слобода. Там был мостик, контролируемый ОМОНом, и рядом другой, контролируемый людьми, с выходом на стелу. Вот там было по-настоящему много людей. ОМОН со щитами и броневодометом занял перекресток проспекта Машерова и проспекта Победителей. ОМОН был повернут к нам, но когда протестующие включали фонарики на телефонах, было видно, что нас больше, чем кажется, и мы со всех сторон от них. Люди кричали «жыве Беларусь», «милиция с народом», «позор», стандартные кричалки вперемешку с хлопками.

К самой кричалке «милиция с народом» очень плохо отношусь, у многих там руки чешутся нашу печень по асфальту размазать. Я рад был слышать, что в других городах милиция сложила щиты. Это поступок людей, которые чувствуют связь с народом, но в Минск отправляют самых отмороженных. Периодически в нас бросали светошумовыми гранатами, мне они казались устрашающими, но не опасными, только на следующий день я увидел фотографии парня, который остался без пятки из-за такой гранаты.

В толпе встретили двух пожилых людей, которые искали своего сына, он ушел без телефона, чтобы в случае захвата не нашли ничего на него и его друзей. Надеюсь, там все хорошо разрешилось. Мы пожелали друг другу удачи и разошлись. Потом протест начали оттеснять, похоже, водомет использовался: я видел брызги воды, когда все убегали. Мы начали искать толпу, шли на звуки. По дороге увидели, как на проезжей части водители спорили с гаишниками, перекрывающими дороги. Через некоторое время ГАИ уехала под аплодисменты.

Потом мы снова нашли протест уже на перекрестке Даумана и Машерова. Люди снова пытались уговорить ОМОН сложить щиты. У нас было огромное преимущество по количеству, мы периодически подходили и отбивали своих, если их пытались забрать. Думаю, так делать не стоит. Я не видел, но кажется, они просто забирали протестующих из группы и отступали. Это очень плохо, ОМОН обязательно отыграется на них, а государство устроит показательные наказания. Пару раз видел, как машина пыталась напугать ОМОН тараном, но останавливалась. Хотя при желании машинам было бы очень легко разбить цепь.

Максим С. для «Медузы»
Максим С. для «Медузы»
Максим С. для «Медузы»
Максим С. для «Медузы»

ОМОН применял гранаты, думаю, был и перцовый газ, я стоял близко к эпицентру и начал кашлять, рядом со мной закашлялось несколько человек. Но вроде без тяжелых последствий. После одного из взрывов ранило парня, мы промыли ему рану перекисью, от перевязки он отказался, так как рана была неглубокая. На протесте люди помогают друг другу, тебе без проблем дадут попить, расскажут, что знают про другие места.

Через некоторое время и эту точку начали разгонять, скорее всего, потому что к ней начали стягиваться еще люди. Милиция пошла сразу в трех направлениях. Все бросились бежать. Мы встретили группу в парке, они дали нам воды с собой, так как у них было несколько бутылок. Мы обменивались информацией со всеми, кого встречали. Все были готовы вернуться на улицы завтра.

Нам больше не удалось найти протест, отдельные люди говорили, что все уже закончилось, это было уже часа в 2–3 ночи. Передвигаясь по городу, мы увидели одиночные автозаки, которые заезжали во дворы, по крикам было ясно, что там избивают людей. Я получил СМС, что сейчас ОМОН преследует небольшие группы. Мы поняли, что на улице ловить больше нечего, и попытались попасть домой.

Я подозревал тогда, но уже дома убедился, что ОМОН просто куражился, избивая всех, кого видел. Их сняли с цепи и разрешили делать все что угодно. Очень страшно было за девчонку, с которой я был. Такси без интернета вызвать нельзя (а я давно пользуюсь только приложением), транспорт уже не ходит. До дома добирались пешком, через дворы, прячась от звуков машин. Всех, кого встречали на своем пути, предупреждали об опасности. Дошел где-то за два часа, но, думаю, безопасно ходить по улицам можно было уже через час. 

Протестом максимально впечатлен. Тот, кто был на улицах, кто видел толпы людей, кто слышал этот гул машин — как будто на улице конец света, — тот никогда не поверит в цифры, которые рисует избирком. Никогда не поверит, что белорусы будут терпеть. Сейчас произошел важнейший этап самосознания белорусов: у нас есть инициативы помощи уволенным за гражданскую позицию, мы буквально спасаем людей из лап государства, граждане знают, что есть кому их поддержать. Мы не громим магазины и не мародерим, так как это наши друзья и соседи. А наш главный враг пьет соки из нашей страны. К ОМОНу, который защищает Лукашенко, у меня больше нет никакой эмпатии, это предатели собственного народа, я надеюсь, мы это никогда не простим.

На протесты выйду обязательно, очень важно там быть, тогда толпа смелеет и чувствует силу и поддержку. У них сейчас схвачены заложники, на которых они будут отыгрываться, поэтому мы не имеем права сдаваться. Лукашенко точно ненавидит эту страну и свой народ, уверен, что он пойдет на гражданскую войну, чтобы усидеть на троне.

Максим С. для «Медузы»
Максим С. для «Медузы»
Максим С. для «Медузы»
Максим С. для «Медузы»

Елизавета

жительница Минска

Я ходила голосовать на участок в гимназию, где училась больше 20 лет назад. Ходила вместе с сестрой. Это около 16 часов уже было, вместе с нами еще один человек зашел, и потом еще одного избирателя видела… Негусто.

После голосования поехала встречаться с университетскими подругами в квартире, которая находится в самом центре, на Заславской улице. Обменялись [впечатлениями], кто как где голосовал. Победила история про бюллетень с уже проставленной галочкой — догадайтесь, у какого кандидата. К 20 часам пошли на участок подруги ждать обнародования протокола. Вместе с нами подходили люди с собаками и детьми. Были и моложе: шутили, что колодец внутри школы — удобное место для ОМОНа, подогнал автозак к выходу и пакуй спокойненько. Я возмущалась, что не хочу бояться в тот момент, когда пришла получить информацию строго в рамках избирательных правил. Но на самом деле уже боялась. Ближе к 22 часам из дверей школы нервно вышли три человека и буркнули, что «протокола не будет!». Кто-то из ожидавших сказал, что бюллетени вынесли через запасной вход. Потом на tut.by прочитала про этот участок, что так и было.

К 22 часам пошли спускаться дальше в центр, к стеле, посмотреть, что происходит в городе. Народа явно стало больше, большинство шло в том же направлении по проспекту Машерова. Очень скоро появилась первая кучка людей, бегущая в обратную сторону, от стелы. Инстинктивно хотелось присоединиться. Спросили парня: «Почему бежите?» Ответил: «Сказали бежать». Такое паническое движение против потока повторилось еще раз. На светофоре спросили людей, которые просто стояли на месте: «Что там дальше, не знаете?» Ответили, что такой бег с семи часов уже, они набегались.

Мы перешли на противоположную сторону Машерова, забрались на холм, чтобы посмотреть в сторону стелы. Встретили знакомых на велосипеде, они повторили рассказ про бег… Картина сложилась: люди шли в сторону центра, их распугивали. Мы видели автозаки и световые вспышки — как будто салют или петарды, которые неизбежно вызывали обратный ход людей, с большим или меньшим количеством бегущих. Шаг вперед, два назад… Это все стало напоминать загон скота, стало гадко. Мы решили расходиться, чтобы, возможно, встретиться завтра [10 августа].

Самый ужас, что это ситуация беззакония. Что ты не можешь теперь ни на что опереться, что единственно верная тактика поведения теперь — бег [отъезд из страны]. Мои родственники, друзья всерьез планируют или сами уехать, всей семьей, или уж точно отправить детей на учебу подальше отсюда. Это умные, мирные, трудолюбивые люди.

Максим С. для «Медузы»
Максим С. для «Медузы»
Максим С. для «Медузы»
Максим С. для «Медузы»

Юрий

житель Могилева

Такого, как в Минске, у нас не было. Была площадь возле ТЦ «Атриум», там около тысячи мирных человек, но не одновременно и не то чтобы вся тысяча кричит «Жыве Беларусь». Активных человек, наверно, 500. Со стороны правоохранительных органов [людей] все больше и больше становилось, но по итогу я бы сказал, их было 200–300 [человек], и этого хватило, потому что люди не были настроены [на столкновения], просто вышли мирно отстоять свой голос. 

Начались догонялки. Тех, кто стоял с флагами, в первую очередь забирали в автозаки — человек 10 забрали. Если у тебя белая повязка, белый браслетик — на тебя просто идут с дубинкой, типа, иди домой. Ты от них убегаешь. Потом люди прятались в кафе, в торговых центрах. С 9 до 10 [вечера] они всех разогнали. Дальше я не знаю [что было], мы поехали по домам. Просто СМИ пишут, что 120 человек задержано в Могилеве. Честно сказать, визуально я не видел такого количества [задержанных] людей. Возможно, что-то еще было после 10 [вечера].

Чтобы забивали палками и дубинками, как в Минске, такого я не видел. Кого-то схватили — самых активных, кричащих, с флагами — и просто засунули в автозак. Со временем, думаю, появятся видео, люди настроили VPN. 

У нас с пяти вечера до 10 утра полностью отключился интернет. В 2020 году! Ничего не работало, о том, что происходит в Минске, мы могли только гадать. Чтобы работал интернет, нужно было заранее покупать всякие приложения. Причем обычные VPN не работали, там нужно было что-то серьезнее. Приложение люди скидывают друг другу по Bluetooth, потому что скачать сейчас ничего не могут — ни с AppStore, ни с PlayMarket. Потом [когда скачаешь] появляется интернет, люди открывают Telegram, YouTube, смотрят. Я когда посмотрел — это просто шок, ужас. 

В Минск возможности въехать сейчас нет. На въезде в город c четырех часов вчерашнего дня стояли сотрудники с автоматами и решали, пустить тебя или нет. Если ты не прописан в Минске, ты не проезжаешь. Насчет железнодорожного сообщения и маршруток я не знаю. Еще не все люди на связи, на связи процентов 10 — те, кто подключился к VPN, подумал об этом заранее. 

Наша вся компания в шоке, что делать, непонятно. Мы вчера созвонились, пошли на школьный стадион, там просто лавки. Чтобы не соврать, человек 200 было на стадионе — подъезжали на машинах, играла музыка, Цой, и просто все сидели в шоке.

Вы читали «Медузу». Вы слушали «Медузу». Вы смотрели «Медузу» Помогите нам спасти «Медузу»

Поговорили Фарида Рустамова и Анастасия Якорева

Реклама