Перейти к материалам
Тестирование на коронавирус в московской поликлинике № 68. 20 июля 2020 года
разбор

Путин говорит, что голосование по Конституции не ухудшило ситуацию с коронавирусом. Но июньскую вспышку в Москве официальная статистика просто пропустила

Источник: Meduza
Тестирование на коронавирус в московской поликлинике № 68. 20 июля 2020 года
Тестирование на коронавирус в московской поликлинике № 68. 20 июля 2020 года
Александр Миридонов / Коммерсантъ

Владимир Путин 20 июля заявил, что ни голосование по поправкам к Конституции 1 июля, ни парад победы 24 июня не привели к вспышкам коронавируса. Официальные данные Роспотребнадзора действительно показывают, что эпидемия в России продолжает затухать. Однако эти данные не всегда отражают реальность: выявление новых случаев заболеваний зависит не столько от числа заражений, сколько от количества проведенных тестов и эффективности тестирования. В реальности все может быть сложнее.

Все материалы «Медузы» о коронавирусе открыты для распространения по лицензии Creative Commons CC BY. Вы можете их перепечатать! На фотографии лицензия не распространяется.

Главное из этого текста — максимально коротко

Официальная статистика не зафиксировала всплеск заболеваемости в Москве после отмены карантина в начале июня. Но если судить по более надежным показателям, чем зарегистрированные случаи заражения (а именно, по смертности), такая вспышка была: она началась 6 июня, когда мэр Сергей Собянин объявил о «начале возвращения к обычной жизни». Примерно 22-24 июня был последний короткий пик (возможно, связанный с парадом), после чего темпы распространения вируса в городе вновь стали снижаться.

О том, как повлияло на заболеваемость в стране и в столице голосование по поправкам, пока судить нельзя — между заражением и регистрацией смерти проходит в среднем 20-25 дней, так что надежно судить о заражениях 1 июля можно будет в конце этой недели. Однако одно можно сказать точно: вспышки эпидемии в России будут возникать снова и снова. Особенно опасно, что официальная статистика их чаще всего не улавливает.

Вспышка эпидемии — это вообще что?

Вспышкой можно считать ситуацию, когда новых заразившихся становится больше, чем вновь выздоровевших (или умерших). В эпидемиологических моделях динамика распространения инфекции задается через коэффициент воспроизводства Rt; этот коэффициент можно представить как среднее число людей, который заразил каждый инфицированный, пока сам не выздоровел или не умер. Если Rt меньше 1, то эпидемия затухает, если больше — можно говорить о самоподдерживающейся вспышке.

От значения коэффициента зависит не только скорость распространения инфекции, но и доля популяции, которая может заразиться до того, как будет достигнут «коллективный иммунитет» (то есть у вируса не будет достаточно «целей» для распространения).

В Москве (и в целом по России) коэффициент Rt впервые опустился ниже единицы в середине мая (был пройден пик первой волны эпидемии). С тех пор эпидемия в Москве медленно затухала — по подсчетам «Медузы», коэффициент упал до 0,43 в конце мая, когда власти начали отменять ограничения (это намного медленнее, чем в самых пострадавших странах Европы и в Китае). 6 июня его значение вновь выросло и превысило единицу; пик «вспышки» пришелся на десятые числа июня, когда значение Rt превысило 1,2. Правда, это значение все равно было намного меньше, чем в начале эпидемии, когда оно превышало 2,5-3, что означало экспоненциальный рост числа заражений. В большинстве же регионов России, скорее всего, Rt никогда не был значительно больше единицы.

Официальная статистика видит все эти перепады?

Нет. Публикуемые Роспотребнадзором данные о заражениях собираются в регионах на основе тестирования (прежде всего людей с симптомами и контактировавших с ними). Поэтому они заведомо неточны (схожая проблема существует во всем мире). Показатели во многом зависят не от реальной динамики развития эпидемии, а от количества проведенных тестов и стратегии тестирования. Судя по всему, в июле в России выявляют меньшую долю зараженных, чем в июне и в мае. Так, с 19 июня по 19 июля было проведено почти на полмиллиона меньше тестов, чем с 19 мая по 19 июня. Если весной чиновники, кажется, сознательно пытались активно выявлять бессимптомных носителей вируса, то летом от этой идеи отказались. Таким образом, по крайней мере отчасти, снижение числа зарегистрированных новых заразившихся отражает изменение политики тестирования, а не реальное затухание эпидемии.

А какая есть альтернатива официальным данным?

Можно использовать более надежные данные о смертности от коронавируса. Идея в том, что истинная летальность вируса (отношение числа умерших ко всем — с симптомами и без — заразившимся) мало отличается во всех странах мира. Точнее, она почти одинаковая — 0,5-0,8%, медиана 0,68% — во всех популяциях с умеренно «старым» населением; в очень «старых» странах вроде Италии летальность чуть выше, в «молодых» популяциях, например, в Африке — ниже. 

Таким образом, из данных об умерших от вируса можно вычислить число заразившихся с отставанием в 20-25 дней. Именно так можно выявить вспышку эпидемии в Москве в начале — середине июня, когда были отменены карантинные меры.

Проблема существует: в разных странах по-разному регистрируют смерть пациентов от вируса и смерть людей с вирусом как сопутствующим заболеванием к другим тяжелым состояниям; в Бельгии, например, изначально в умершие от коронавируса записывали всех, кто сдал положительный тест; в России, напротив, сначала предпочитали записывать умерших инфицированных в другие причины, а вирус считали «сопутствующим состоянием». В некоторых регионах, как выяснила «Медуза», чиновники злоупотребляли этой методикой, чтобы занизить данные о смертности от коронавируса.

Однако данные об умерших от коронавируса тоже можно уточнить: для этого нужно сравнить статистику общей смертности, которую независимо собирают ЗАГСы по всей стране, с данными за тот же период в предыдущие годы (так называемая «избыточная смертность»). Так, в Москве в апреле, мае и в июне «избыточная смертность», которую можно связать с эпидемией, была в 2,5-2,8 раза выше, чем официальное число умерших «от коронавируса». В других регионах этот коэффициент в разные месяцы колебался от 2 до 10.

Таким образом, чтобы узнать число заразившихся в Москве (с «лагом» в 20-25 дней), нужно умножить число официально умерших от вируса на 2,5-2,8, а затем разделить на 0,0068. 

Новый карантин в Москве не вводили. Почему же вспышка закончилась? 

Сергей Собянин на прошлой неделе заявил, что все дело в «коллективном иммунитете»: в городе, по его мнению, заразилось 60% населения. Откуда взялась эта цифра, непонятно — ранее столичные чиновники говорили о 20% зараженных. По подсчетам «Медузы» (все по той же методике пересчета из данных о смертности), в конце июня иммунитет к вирусу должны были получить около 1,88 миллиона жителей столицы, или чуть менее 15%.

Что такое коллективный иммунитет?

Эпидемия прекращается после того, как иммунитет к инфекции получает значительная часть популяции. Это возможно в двух случаях: если инфекцию перенесло достаточно много людей или же они получают эффективную вакцину.

Порог коллективного иммунитета зависит от базового коэффициента R. Для R нового коронавируса, который оценивается как 2,6, порог должен составить чуть более 60% (после этого эпидемия пойдет на спад, но заражения еще будут продолжаться, так что реально будет инфицировано до 80% популяции). Однако коэффициент в 2,6 был рассчитан, исходя из упрощения, согласно которому население равномерно перемешано (гомогенно), и каждый имеет равные шансы проконтактировать с каждым. В реальности это не так: каждая популяция разбита на группы (гетерогенна) с разным числом контактов внутри и между собой. В наиболее активных группах коэффициент R может быть 2,6 (то есть каждый инфицированный в среднем заражает 2,6 человек); именно заражения в этих группах и фиксирует официальная статистика как общий темп распространения эпидемии. Но в целом по популяции R может быть значительно ниже благодаря группам, в которых люди контактируют мало и инфекция в них распространяется медленно. Следовательно, ниже и порог коллективного иммунитета в среднем в популяции (например, в большом городе). Так, коллективный иммунитет может быть достигнут и при 15% переболевших, если средний коэффициент R в популяции составляет 1,18.

Однако, как считают эпидемиологи, и 15% людей, которые приобрели иммунитет, может быть достаточно для того, чтобы эпидемия остановилась сама собой — или, по крайней мере, число заболевших перестало быстро расти. Все дело в том, что разные группы населения проявляют разную социальную активность (в эпидемиологическом смысле). Наиболее активные (это не обязательно те, кто проводит вечера в клубах, регулярно ходит в гости или посещает массовые мероприятия, но и, например, работники сферы услуг) заразились в начале эпидемии; вспышка в этих группах выглядела как «пожар в степи» — каждый инфицированный заражал более двух или даже трех «уязвимых». Всего через несколько недель в этих немногочисленных активных группах было заражено более половины членов, а значит, был достигнут коллективный иммунитет. 

Менее активные группы населения (например люди, которые оказались в изоляции) были слабо затронуты эпидемией. Вероятно, после того, как были сняты ограничения — в частности, возобновлена работа предприятий, открыты рестораны, непродовольственные магазины и организации сферы услуг, вирус начал распространяться и в других группах, но не так быстро, как в наиболее активных; поэтому коэффициент Rt во время июньской вспышки едва превышал 1.

Но то, что первая после карантина вспышка быстро сошла на нет, не гарантирует, что не будет мощной второй волны эпидемии: вполне возможно, что вирус позже быстро распространится и в менее активных во время карантина группах населения: среди работников временно закрытых предприятий, студентов, пожилых и т. д. Если в этих до сих пор защищенных группах коэффициент Rt будет стабильно выше единицы, эпидемия снова начнет ускоряться.

Какая ситуация в других регионах? Там тоже есть «коллективный иммунитет»?

В отличие от эпицентра российской эпидемии — Москвы — в большинстве регионов не переболели даже самые активные группы граждан. Так что там возможны мощные вспышки заболевания вроде той, что наблюдалась в столице весной. Пока, как свидетельствуют модели, обсчитывающие распространение вируса в российских регионах, эпидемия «растет» лишь в нескольких субъектах федерации: в Санкт-Петербурге, Свердловской, Оренбургской, Вологодской и Орловской областях, Алтайском крае, на Сахалине.

Но, возможно, официальная статистика, которой приходится пользоваться при любом моделировании, просто скрывает вспышки во многих регионах.

Обновление. После выхода материала в редакцию пришло письмо Департамента здравоохранения Москвы. «Информация о том, что судя по данным о смертности от новой коронавирусной инфекции, 6 июня в Москве зафиксирован рост заболеваемости, абсолютно не соответствует действительности. По данным оперативного штаба Москвы по контролю и мониторингу ситуации с коронавирусом, с 6 по 24 июня наблюдалась постоянное снижение числа умерших от COVID-19», — пишет Мосгорздрава. Однако при подсчете темпов распространения инфекции с помощью данных о смертности нужно учитывать лаг, который возникает из-за того, что люди умирают и попадают в базу умерших от коронавируса через 20-25 дней после заражения. Таким образом, рост числа заражений в начале июня можно увидеть по данным роста смертности в конце июня-начале июля. В том, что такой рост был, можно убедиться, посмотрев на график с официальными данными о смертности от коронавируса в Москве.

Мы не сдаемся Потому что вы с нами

Дмитрий Кузнец

Реклама