Перейти к материалам
Адвокаты Ксения Карпинская, Дмитрий Харитонов и режиссер Кирилл Серебренников (в центре), октябрь 2019 года
истории

Прокуратура добивается пересмотра экспертизы, которая доказывает невиновность фигурантов дела «Седьмой студии» Адвокат Ксения Карпинская объясняет, почему это незаконно

Источник: Meduza
Адвокаты Ксения Карпинская, Дмитрий Харитонов и режиссер Кирилл Серебренников (в центре), октябрь 2019 года
Адвокаты Ксения Карпинская, Дмитрий Харитонов и режиссер Кирилл Серебренников (в центре), октябрь 2019 года
Станислав Красильников / ТАСС / Vida Press

16 декабря стало известно, что гособвинение по делу «Седьмой студии» попросило суд о новой экспертизе. Ранее следствие настаивало, что руководство студии украло деньги, направленные на проекты государством — однако предыдущая экспертиза показала, что «Седьмая студия» потратила на проекты даже больше, чем получила. Из-за этого в сентябре 2019 года дело вернули в прокуратуру, но та оспорила решение в Мосгорсуде и добилась того, что 1 ноября рассмотрение дела началось заново без дополнительного расследования. Теперь прокуратура намерена добиться новой экспертизы. «Медуза» попросила объяснить, что это значит для дела, адвоката Ксению Карпинскую — защитника одного из фигурантов Алексея Малобродского.

Ксения Карпинская

адвокат Алексея Малобродского

Прокуратуру не устраивает прежняя экспертиза, потому что она подтверждает — никакого ущерба не было, и «Платформа» стоила даже больше, чем на нее выделили денег. Прокуратура говорит, что два эксперта, проводивших экспертизу — [директор МХАТа Марина] Андрейкина и [профессор театроведения Видмантас] Силюнас — были заинтересованы в ее результатах.

Прокуратура указывает, что Силюнас был знаком с Серебренниковым — когда-то 10 лет назад они вместе преподавали во МХАТе. Кроме того, Силюнас якобы подписал ходатайство об изменении меры пресечения Софьи Апфельбаум. Это не соответствует действительности, потому что он не подписывал таких ходатайств. Он подписал общее обращение фонда Станиславского в суд, где фонд просил избрать для Апфельбаум более мягкую меру пресечения. Эти документы пока не проверены — суду их, никем не заверенные, предоставило следствие. Сейчас суд истребовал дело о продлении ареста, которое было в Басманном суде в 2018 году, чтобы проверить — было ли вообще такое ходатайство.

По Андрейкиной же прокуратура указывает, что в 2017 году она написала в журнале «Театр» статью о том, что «Платформа» была знаковым событием, и описала несколько мероприятий проекта. При этом статья была в целом нейтральная.

При этом когда экспертизу назначали в прошлый раз, защита предоставила суду целый список экспертов, из которых суд сам выбрал Силюнаса и Андрейкину. И то, что Андрейкина в 2017 году написала такую статью, уже было известно. Силюнас и Андрейкина в первую очередь оценивали художественную составляющую, и [в деле] было еще два эксперта из Федерального центра судебной экспертизы. Они уже отвечали на чисто экономические вопросы — сколько денег было перечислено Министерством культуры «Седьмой студии» и так далее. Собственно, они дали ответ, что невозможно понять, сколько денег было израсходовано на «Платформу», из-за отсутствия документов — часть была утеряна, часть уничтожена за давностью. И назначение повторной экспертизы здесь ничего не меняет — никаких дополнительных документов в деле не появилось. В ходе той экспертизы из-за отсутствия таких документов эксперт Андрейкина оценивала стоимость мероприятий по схожим проектам. Грубо говоря, есть спектакль «Сон в летнюю ночь». Его ставят и на «Платформе», и в театре Фоменко, и еще где-то. Андрейкина рассчитала среднюю стоимость этих проектов и дала оценку.

Мы считаем, что доводы прокуратуры не являются основанием для повторной экспертизы. То, что вы знакомы с кем-то, не значит, что этот человек будет заинтересован в результатах экспертизы в вашу пользу. В театральных кругах вообще все знакомы друг с другом и, наверно, сложно найти эксперта, который вообще ни с кем не знаком. При этом прокуратура не только просит провести повторную экспертизу, но и собирается изменить вопросы, на которые должны ответить эксперты. Хотя это запрещено Уголовно-процессуальным кодексом. По сути прокуратура просит новую экспертизу, чтобы опорочить [обвиняемых].

Сейчас вопрос о новой экспертизе еще решается. Думаю, сегодня он решится. Вопрос в том, что будет дальше. Будет ли приговор до Нового года — зависит от сегодняшнего решения.

Слушайте музыку, помогайте «Медузе»

Записал Павел Мерзликин

Реклама