истории

«Талли»: жестокая комедия о материнстве с Шарлиз Терон от режиссера фильма «Джуно»

Meduza
Bron Studios / Парадиз

12 июля в российский прокат выходит фильм Джейсона Райтмана «Талли» — о нелегкой жизни матери троих детей. Главную роль исполнила Шарлиз Терон. Кинокритик Антон Долин считает, что эта картина, напоминающая то черную комедию, то волшебную сказку, стала большой удачей и для режиссера, и для актрисы.

«Талли» принадлежит к той обидной для критика категории фильмов, о которых невозможно писать, поскольку сюжет основан на внезапном кульминационном повороте, так называемом твисте. Раскроешь его ненароком — признают извергом, не раскроешь — не о чем вроде и говорить.

Так что придется принять главное на веру: после пары неудачных проходных картин канадец Джейсон Райтман, один из самых симпатичных независимых режиссеров, снова в форме. Может быть, потому что вернулся к сотрудничеству со сценаристкой-талисманом Дьябло Коуди, а заодно к актрисе Шарлиз Терон. С первой они вместе делали лучший для обоих фильм «Джуно». Вторая снималась в «Бедной богатой девочке», тоже по сценарию Коуди: это был последний фильм Райтмана, благосклонно принятый публикой. 

«Талли» (название фильма — женское имя) — это идеальный фильм эпохи #MeToo и других правозащитных движений нынешней волны феминизма. Возможно, даже слишком идеальный. Кажется, будто картина снята в подтверждение расхожего тезиса о материнстве как форме насилия общества над женщиной.

Главная героиня, Марло (ее играет Шарлиз Терон), — мать двоих детей, замкнутой девочки и истеричного мальчика, постоянно находящегося на грани вылета из благопристойной школы. Марло еще и беременна третьим, и вот у нее рождается очаровательное дитя, которое беспрерывно плачет, не давая маме ни сна, ни покоя. Ее жизнь стремительно превращается в ад. Пока добродушный, но отрешенный от домашних дел муженек спокойно ходит на работу, Марло выбивается из последних сил. Она перестает следить за собой и боится взглянуть в зеркало; у нее все болит, она ничего не соображает, нервный срыв поджидает за углом. Разумеется, окружающие и не думают ее щадить, а когда предлагают помощь, это выглядит как изощренное издевательство. Например, обеспеченный и раздражающе беззаботный брат хочет оплатить приходящую по ночам няню, чтобы дать Марло поспать — и та в бешенстве: ей и так тяжело, а теперь еще предлагают сдать ребенка чужой тетке? 

Bron Studios / Парадиз

В первой трети фильма зрителю предстоит сражаться с противоречивыми эмоциями — жалостью, отвращением и смехом, хотя потешаться тут вроде бы не над чем. Райтман и Коуди не щадят героиню, безжалостно высмеивая ее трагическую ситуацию. Но это, конечно, обманный ход. Насколько начало «Талли» походит на жесткую черную комедию на грани фола (кажется, засыпающая на ходу героиня вот-вот вмажется в столб посреди автострады, заснув за рулем, и угробит всех детей сразу), настолько продолжение напоминает волшебную и неожиданно сладкую сказку.

В дверь однажды вечером постучит та самая ночная няня — это ее зовут Талли, — и обессиленная Марло моментально сдастся на милость незнакомки. Жизнь тут же преобразится. Возвращаются сон, аппетит, интерес к жизни и внимание к себе. Из несчастнейшего в мире существа она превращается в сильную, умную, самоироничную и красивую женщину. В эту секунду мы перестаем восхищаться актерским подвигом 42-летней Шарлиз Терон, которую мы не видели такой со времен «Монстра», и начинаем привычно любоваться одной из самых красивых актрис Голливуда.

Молодая и обаятельная Маккензи Дэвис (она играет Талли) по-актерски уступает Терон во всем, но не торопитесь считать это недостатком фильма: так и задумано. Если Марло — обычная взрослая женщина, нагруженная общеизвестными проблемами, то Талли — чудесное создание, русалка из снов Марло или мусорных сериалов, которые она смотрит по ночам. Кино не должно быть социальным манифестом — у него есть и другие функции, сходные с задачами ночной няни: успокаивать, убаюкивать, утешать. Начавшись как страшилка о невозможности быть матерью троих детей и вести при этом нормальную жизнь, к финалу «Талли» превращается в умиротворяющий гимн семейным ценностям. 

ChannelParadiseGroup

Западные критики, в целом позитивно оценившие новую работу Райтмана и Коуди, ругают картину за чрезмерную концептуальность: мол, перед нами голая сценарная идея, которой не хватает кинематографической плоти и убедительности. Но стоит всмотреться в фильм, чтобы убедиться в обратном: как раз драматургия здесь грешит схематизмом и неряшливостью (например, о проблемном сыне Марло мы узнаем так много, что о существовании дочери в какой-то момент напрочь забываем, да и муж остается фигурой почти абстрактной), но актерские усилия и живая интонация скрадывают недостатки и позволяют увлечься странными отношениями двух героинь. 

Ирония в том, что «Талли» оказывается своеобразным парафразом «Джуно»; даже заголовки, два странных женских имени, будто рифмуются. Та картина была о молодой паре, не готовой стать родителями, — вопреки общественному консенсусу, авторы пробуждали к ним симпатию и одобряли их выбор: отказаться от ребенка. Новый фильм, невзирая на обнадеживающий финал, значительно мрачнее. Он об обреченности (по меньшей мере женской) на исполнение определенной социальной функции. Лечиться от этого, по мнению режиссера и сценаристки, можно единственным способом — фантазировать о невозможном, сбегать из реальности. Что ж, ведь именно за этим и было когда-то изобретено кино. Даже самое независимое.   

Антон Долин