истории

Путин будет президентом еще шесть лет. И что с этим делать?

Meduza
15:27, 7 декабря 2017

Алексей Дружинин / пресс-служба президента РФ / ТАСС / Scanpix / LETA

6 декабря 2017-го Владимир Путин объявил, что будет баллотироваться на четвертый президентский срок. Таким образом, он намерен быть главой России по меньшей мере до 2024 года, а в общей сложности — 18 лет; и это если не считать то время, которое он работал премьер-министром при президенте Дмитрии Медведеве. «Медуза» спросила у разных людей, как прожить еще шесть лет с Путиным.

Сергей Капков

бывший глава департамента культуры правительства Москвы, заведующий лабораторией «Центр исследований экономики культуры, городского развития и креативных индустрий» на экономическом факультете МГУ

В будущее я смотрю с оптимизмом, ведь эти шесть лет не только Путина, но и мои, и ваши, и каждого гражданина России. Кто как себя проявит, зависит не от Путина, а от нас с вами. Уверен, что концентрация на себе принесет человеку гораздо больше пользы, чем политические переживания и дискуссии.

Хочу, чтобы выборы уже состоялись, чтобы Владимир Владимирович уже победил — и агрессивная риторика из телевизора и парламента сменилась на созидательную, чтобы мы сконцентрировались на изменениях в различных социально-культурных аспектах нашей любимой и необъятной родины. Не знаю, будет ли так, но очень на это надеюсь. Выборы должны прекратить эту риторику, которая льется уже на протяжении трех лет из всех каналов доставки информации, — о том, что кругом враги, что мы должны ощетиниться, что сейчас не время, а вот потом, а все откладывается и откладывается.

Надеюсь, что после выборов наконец появится созидательная риторика о том, что надо делать в ближайшие шесть, десять, двадцать лет. Начнутся разговоры и действия, связанные с будущим страны.

С избранием Путина у нас в очередной раз появляется карт-бланш — он свежеизбранный президент, а все остальные президенты опять должны готовиться к выборам, включая Дональда Трампа, — там же избирательная кампания начинается сильно заранее. Поэтому у нас в очередной раз появится короткое конкурентное преимущество.

Павел Чиков

руководитель международной правозащитной группы «Агора»

Я вчера сказал коллегам из «Агоры»: «Путин остается еще на шесть лет, поэтому и мы никуда не расходимся». Для нас это означает, что работы будет достаточно, наши адвокаты будут востребованы и без дел мы не останемся.

А вообще я думаю, что большинство жителей нашей страны младше сорока лет не смогли бы ответить на вопрос, как жить без Владимира Путина в качестве президента. Даже я — мне будет 40 лет через полгода — уже смутно помню, как это было по-другому. Будет все примерно так же, как было до этого, есть вероятность, что будет немного поспокойнее, чем было раньше. Но какие там вынашиваются планы, никто не знает.

Григорий Чернозатонский

десятиклассник из Москвы

Вся моя жизнь проходит при Владимире Владимировиче. Какое-то время я жил при Дмитрии Анатольевиче, но вообще этого не заметил. Правление Владимира Путина, конечно, несет определенные сложности, но решать их нужно не так, как [основатель Фонда борьбы с коррупцией] Алексей Навальный. Нужно, я думаю, интегрироваться в саму власть. Каждый раз, когда в нашей стране происходят изменения силовым или манипулятивным путем — тот же 1917 год или распад СССР, — через какое-то время все возвращается на круги своя. Мне кажется, что наша оппозиция, — например, это мои родители, с которыми я про это все время спорю — хочет именно таких изменений, после которых, боюсь, станет еще хуже.

Невозможно изменить что-то за один-два года, это долгая работа. Нужно работать и с новым поколением, и с тем поколением, которое помнит еще Советский Союз.

Не хочу сказать, что у нас в стране нет проблем, разумеется. Вот то, что в Госдуме абсолютное большинство принадлежит одной партии, меня жестко напрягает. Если мы называем нашу страну демократией, такого в ней быть не должно.

Я считаю, что от моего поколения очень многое зависит: в нем есть правильные люди, они изменят нашу страну в лучшую сторону, интегрируясь в систему и становясь ее частью. Сам я в политику лезть не хочу. Я хочу заниматься бизнесом.

Евгений Анисимов

доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Санкт-Петербургского института истории РАН

Я — историк и не люблю говорить о будущем. Оно в нашей жизни у бездны на краю — совершенно непредсказуемо. Только нахальные политологи могут что-то о нем говорить.

Думаю, нужно ждать, что будет хуже. Бороться с режимом нет смысла, лучше заниматься самосовершенствованием, пока для этого еще есть возможность, — и надеяться на лучшее. Для одних важно совершенствование тела, для меня главная задача — бороться с подступающей старческой деменцией.

Главное, что я хочу сказать: всякая борьба сейчас совершенно бессмысленна. Нужно по Салтыкову-Щедрину — «годить», или ждать. Не потому, что нужно быть приспособленцем, просто в современном мире важные процессы развиваются где-то в глубине, но проявляются мгновенно. Ни заговоры, ни революции не принесут ничего хорошего, [и так] произойдут какие-то изменения, вне зависимости от нас.

Самая большая наша трагедия состоит в том, что Россия перестала быть европейской страной. Это проявляется в современном разгуле средневековья, в отсутствии толерантности, в жесткости. А моя мечта — чтобы в ближайшие десять-пятнадцать лет наша страна стала европейской державой — иначе нас ждет судьба Византии.

Сергей Аксенов

глава Крыма с 2014 года

Алексей Дружинин / пресс-служба президента РФ / ТАСС / Vida Press

В Крыму ждали и надеялись, что Путин выдвинет свою кандидатуру на пост президента. Этот вопрос постоянно звучал на встречах руководителей совета министров с гражданами в разных регионах нашей республики. И когда Владимир Владимирович объявил о своем намерении идти на выборы, все мы, можно сказать, вздохнули с облегчением.

Путин пользуется абсолютной поддержкой крымчан. Он спас наш полуостров от войны. Мы благодарны ему за огромную помощь в становлении и развитии российского Крыма, за внимание к нуждам людей. Президент держит под личным контролем реализацию важнейших для полуострова инфраструктурных проектов.

Уверен, что в следующий президентский срок Владимира Владимировича будет продолжен курс на модернизацию экономики, развитие социальной сферы, на укрепление позиций России на международной арене.   

Путин — лидер, с которым люди могут быть уверены в своем будущем и в будущем нашей страны.

Алексей Полихович

редактор проекта «ОВД-Инфо»; с 2012 по 2015 год находился в заключении в результате «болотного дела»

Перво-наперво нужно подписаться на ежемесячные пожертвования «ОВД-Инфо» и «Медиазоне»

Следом, если вы оптимист, — собрать на экстренный случай рюкзак. Стабильность — штука непостоянная, иллюзорная и может разлететься вдребезги за какие-то часы. Сегодня товарищ майор еще в силе, а завтра он уже поскользнулся и разбил об лед лицо. Поэтому надо быть готовым. В принципе, готовым надо быть ко всему, но особенно — к тюрьме (как вы могли догадаться по моему первому совету).

Ну и вообще не стоит зацикливаться на Путине. Разве с его уходом исчезнут все наглые чинуши и тупые менты? Нет. Долгое время все будет только хуже, на четвертом сроке Путина, на пятом — или совсем без него. «Будет хуже» это вообще, наверно, основополагающий принцип Вселенной.

Так что я просто буду делать что-нибудь. Что-то полезное. И как-нибудь перезимую.

Владимир Мартынов

композитор

А есть варианты? Это данность. Когда наступает период великого оледенения, от него не сбежишь. Просто надо жить в этих условиях. Может, не надо закошмаривать ситуацию, не надо паниковать. Я видел в этом государстве гораздо более жесткие вещи, советские — и тогда можно было жить. Свободного человека никто не сделает несвободным. Важно спокойно принимать то, что есть, и главное — делать свое дело. Все эти разговоры, как жить, — для тех, у кого нет своего дела. Я никогда не зависел от государства, не получал практически ни копейки, не знаю, что это такое, и не хочу знать. Я понимаю, что когда уж дойдет до того, что канализацию отключат или тепло, тогда будет совсем как-то [плохо]. А пока это есть — и слава богу, остальное меня не касается.

Митя Алешковский

руководитель благотворительного фонда «Нужна помощь»

На мой взгляд, жить шесть лет при Путине нужно точно так же, как шесть лет без Путина. Я искренне уверен, что если бы Владимир Путин не выдвинулся на новый президентский срок, то выдвинулся бы кто-то другой, кого народ сделал бы новым Путиным, видел бы в нем нового Путина. Мне кажется, важно сделать так, чтобы наше общество пришло к пониманию необходимости глобальных изменений внутри себя, в отношении друг к другу; к важности и ценности каждой человеческой жизни и нашего общего будущего.

Олег Нестеров

музыкант

Ответ такой: счастливо. Другого варианта нет. Счастье внутри нас. Давайте побольше заглядывать в себя и побольше делать то, что нужно нашему сердцу, что для нас самое важное. Я вас уверяю, при любых обстоятельствах в любые времена это возможно для каждого из нас.

Глеб Павловский

политолог, политтехнолог, советник руководителя администрации президента в 1996–2011 годах

Я имею право говорить, что вопрос дурацкий? Его можно сравнить с вопросом, который вы бы задали в 1984 году: «Можно ли еще пять лет прожить при политбюро?» Как выяснилось, можно. Тогда дело было не в политбюро, сейчас — тем более не в Путине. Фиксация на Путине абсолютно ложная, сегодня он играет роль фигуры, которую на каравеллах ставили на носу судна (их, кстати, называли гальюнными фигурами, потому что в них встраивали гальюн).

Страна уже не путинская, она, если угодно, послепутинская. После выборов Путин, который по слабости своей пошел на эту авантюру, будет хромой уткой. Нашей проблемой будет не тот Путин, который сидел, может быть, в печенках у многих, а слабый президент, не контролирующий ситуацию, не понимающий страну, которой он руководит, но пытающийся казаться сильным. Поскольку представление о силе у него совершенно неверное, то возникнут дополнительные помехи в управлении. Но повторяю — нет ни одной проблемы в стране, которая может быть решена при помощи Путина или которую присутствие Путина категорически запрещает решать.

Людмила Алексеева

руководитель Московской Хельсинкской группы

Понятия не имею. Я думаю, что будет очень трудно, потому что против нас санкции, это губит наш бизнес. Тяжело. Но одно могу сказать: в нашей многовековой истории очень редки светлые и легкие периоды, сплошь идут тяжелые и трудные. Все их пережили — и этот переживем.

Елена Гремина

драматург, режиссер, директор московского «Театр.doc» 

Надо понимать, что трудно, но к трудностям нам не привыкать. Моя стратегия выживания и в чем-то, может быть, ответ на то, что происходит, — это «Театр.doc», в котором я являюсь директором и который, невзирая ни на что, без государственного финансирования ставит спектакли про войну в Украине, про матерей Беслана, про расслоение на богатых и бедных — мы все это делаем. И в этой ситуации я вижу, что мы еще больше становимся нужны, чем раньше.

Всеволод Чаплин

протоиерей РПЦ, бывший председатель синодального отдела по взаимодействию церкви и общества РПЦ

Я надеюсь, это будет новый Путин и у него хватит смелости и воли разблокировать обсуждение проблем, которые сегодня заметены под ковер. Это слабоконтролируемая миграция, отсутствие внятной государственной идеи, аборты, нравственность в культуре, закрытость так называемой личной жизни политиков — я считаю, что у них не должно быть секретной личной жизни, многое другое. Нужны новые российские прорывы, в первую очередь в сфере демографии. Для этого нужно построить новую Россию, где люди не занимались бы сельскохозяйственным трудом, а участвовали бы в интеллектуальном процессе, коммуницируя через современные средства связи.

И конечно, России нужно быть активнее на международной арене, сегодня мы часто уступаем — на украинском фланге, на олимпийском, на площадке глобальных экономических альтернатив. Будет нескучно, если Путин сможет отказаться от системы сдержек и противовесов, оставшейся от 1990-х годов, и проявит волю рискнуть много раз и на международной арене, и на внутренней площадке.

Андрей Лошак

тележурналист

Вопрос, конечно, сформулирован не в бровь, а в глаз. Я понимаю, что будет очень сложно. Придется как-то менять свои навыки, привычки, подстраиваться — не в смысле прогибаться, это я не умею — подстраиваться под эти условия, в которых приходится выживать. Например, тележурналистикой заниматься практически не получается, так что я давно на пути к документалистике.

Ничего хорошего, пока Путин будет у власти, я не жду, и в целом есть депрессивный фон. Мне уже довольно много лет, когда у него закончится следующий срок, мне будет за пятьдесят, и это, конечно, ужасает. Я когда-то жалел своих родителей, что их лучшие годы пришлись на брежневский застой, — и вдруг оказался в похожей ситуации. Но мне очень большой оптимизм внушают нынешние двадцатилетние, та самая школота, которая выходит на митинги, — я сейчас много с ними общаюсь в силу своих проектов. Они другие, и они останутся другими, никогда не станут такими же управляемыми; только, к сожалению, они пока слишком молоды. Это хорошее поколение, мне они нравятся, они живут без телевизора, и это огромное счастье для нас всех, а для власти — ***** [фиаско].

Ольга Романова

руководитель правозащитной организации «Русь сидящая»

Это очень трудный вопрос. Могу дать совет беречь себя, потому что явно будет закручивание гаек; нет ни малейшего повода думать, что станет веселее и легче. Мы все живем в голове у стареющего человека, который не очень хорошо знает реальный мир, он его не видел 20 лет, не знает, как в магазин сходить, как прожить на зарплату, не знает, каково в судах, он просто там никогда не был в качестве обычного человека. У него отсутствует связь с реальным миром.

Во время грядущего срока будет принято решение, в каком качестве Путин останется после истечения полномочий. Путин — это навсегда. Поэтому надо жить с этим, стараться повышать свою правовую и юридическую грамотность, больше читать о том, что происходит в мире, чтобы вовремя принять важные для себя решения. Наверное, легче всего записаться в мракобесы и прожить так шесть, шестнадцать, двадцать шесть лет. Это выбор каждого. Кто-то, конечно, будет жертвой мракобесов, к этому тоже надо подготовиться — быть поаккуратнее, если не хочешь связываться, не идти на амбразуру, ну или обкладывать амбразуру соломкой, если не можешь без нее.

Борис Титов

уполномоченный при президенте России по правам предпринимателей; заявил о выдвижении в президенты на выборах 2018 года

Алексей Дружинин / пресс-служба президента РФ / ТАСС / Vida Press

Прежде всего я думаю, что Владимир Путин — очень сильный кандидат. Думаю, ни у кого сомнений нет, что подавляющее большинство людей будет голосовать за него, если ничего сверхнеожиданного не произойдет. Вместе с тем мне, как кандидату, главное — отработать тему экономической политики и ее кардинального изменения. Тему перехода от вялой политики таргетирования инфляции к живой экономике роста. Переориентации всех на задачу именно экономического роста. Ведь роль оппозиции не только в том, чтобы выигрывать (в этот раз нам это вряд ли удастся), но и в том, чтобы влиять на курс страны.

Я думаю, если в следующие шесть лет будет реализовываться не старая, а новая политика в экономике, то нас ждет очень приличное будущее. По нашим расчетам, при росте ВВП на 5–6 процентов в год будет расти и уровень жизни, и объем инвестиций, и все прочее. А если мы будем развивать экономику, будет усиливаться средний класс и демократические институты. Будет другое общество. Я уверен, что реальные шансы на такие экономические преобразования есть. Они необходимы, потому что в дальнейшем цена на нефть будет падать — и мы должны искать другие способы заработка. Ну или есть еще вариант вернуться в СССР, в государственную экономику. Но я думаю, что все понимают: это нас не спасет сейчас.

Владимир Войнович

писатель

Я даже не знаю, что сказать. Несменяемость власти всегда ведет к дальнейшей узурпации, усилению власти одного человека, к культу личности — и так далее, а в дальнейшем это ведет к застою. Сейчас же просто не могу себе представить, что будет дальше. Обычно видны какие-то тенденции, а сейчас их не видно. Потому что представить, что политика России будет развиваться в том же направлении, в котором она пошла с 2014 года, сложно — это очевидный тупик. Но и не видно осмысления этих событий и попыток вернуться к ситуации до 2014 года. К чему-то вернуться уже, вообще-то, нельзя, и проблемы будут усугубляться.

Спокойными эти шесть лет вряд ли будут. Уже много раз говорилось, что политика российского государства приведет к какому-то краху. Но более очевидно, что будет какой-то застой, медленное гниение — если не произойдет какого-то взрыва, который все-таки возможен. Потому что ситуация и материальное положение людей ухудшаются, а надежды на то, что Путин и его окружение опомнятся, как-то мало.

Евгений Кафельников

теннисист

Если все будет идти так, мне кажется, что ничего хорошего в наших отношениях с внешним цивилизованным миром не будет. Думаю, что будет стагнация во всем. В экономическом развитии, политическом. В истории было много таких примеров, когда у государства длительное время был один правитель — и куда это все приводило.

Борис

десятиклассник из Краснодара

Я живу всего 15 лет, и мне нормально, что все это время прошло при Путине. Наверно, могло бы быть лучше — мне кажется, что Путин мог бы делать больше для страны, а он инвестирует деньги в другие страны и прощает им долги.

В целом я думаю, что лучше бы вместо Путина сейчас выбрать кого-то другого, нового. В следующие шесть лет жду только, чтобы сделали поменьше нагрузки в учебе — что у школьников, что у студентов. Ну и побольше дорог можно построить и открыть. Больше ничего сказать не могу.

Валентина

пенсионерка из Новосибирска (просила не указывать свою фамилию)

Сейчас совсем не то, что было при [генсеке КПСС с 1966 по 1982 год] Брежневе. Брежнев действительно заботился о народе, а при Путине только становится хуже. При Брежневе было ровное отношение к людям, стабильность по всем направлениям на протяжении всех лет. А сейчас только говорят о стабильности, но ее нет, это только разговоры. 

Ну и нужно учитывать, что Брежнев со всем миром целовался и мы жили спокойно. Никто не думал, что может начаться война или что-то подобное. Я помню, что когда Брежнев умер, мои знакомые девчонки, которым тогда было по 18 лет и которые всю жизнь прожили при Брежневе, прибежали ко мне и говорят: «Что же теперь, война начнется?» При Брежневе было самое спокойное время, несмотря на дефицит [различных товаров] и прочее.

К тем, кто пришел на смену Брежневу, отношение было уже другое. Они были очень старые и долго не правили, быстро умирали. Вся страна хохотала над ними. По сравнению с ними, с тем же Черненко, Путин выглядит очень даже ничего.

Больше всего в правлении Путина меня удивляет количество проблем в стране, которые просто не решаются на протяжении всех этих лет. Проблемы в медицине, экономике, образовании. Мне кажется, Путин может изменить это все одним взмахом ресниц. Но почему-то этого не делает.

Евгений Берг, Павел Мерзликин, Саша Сулим, Александра Зеркалева