истории

«Дюнкерк» Кристофера Нолана: единственная возможная победа Антон Долин посмотрел самый ожидаемый фильм лета — эпос о Второй мировой войне

Meduza
05:10, 20 июля 2017

Warner Bros.

В российский прокат выходит «Дюнкерк» — первый фильм Кристофера Нолана, основанный на реальных исторических событиях, — о спасении британских солдат, оказавшихся в окружении в 1940 году. Кинокритик «Медузы» Антон Долин посмотрел картину и пришел к выводу, что более удачной драмы о Второй мировой войне давно не выходило на большом экране.

Если отрешиться от эмоций, то можно заключить: с «Дюнкерком» Кристофер Нолан приблизился к «Оскару» как никогда прежде. Американская киноакадемия вообще к нему благоволит, но больших премий фантастике или комиксам все-таки исторически старается не давать. Основанный на реальных событиях и по любым меркам впечатляющий «Дюнкерк» — другое дело. 

Если же вернуться к эмоциям, первой из них станет жгучая зависть. Мы, россияне, который год живем в беспощадной блокаде отечественных картин о войне, и ни одна из них не способна достичь тех высот, на которые — кажется, шутя, — взлетает режиссер, до сих пор специализировавшийся на жанровом развлекательном кино. Не надо только заводить разговор о бюджетах — в лучших советских военных фильмах они были сравнительно скромными. В «Дюнкерке» гигантская массовка и головокружительные съемки, но берет он все-таки не размахом или спецэффектами, а формой и содержанием. 

По форме это не военный блокбастер, а авторское кино, причем довольно радикальное. Информации, да и вообще текста, зрителю дается крайне мало: фильм рассчитан на непосредственное чувственное восприятие. В нем нет упоения кровопролитием и непрекращающимся действием, как в лучших голливудских образцах жанра, от «Спасти рядового Райана» до «По соображениям совести» (нет и их прилипчивого морализаторства). «Дюнкерк» обходится без лишней «человечинки». Это не задушевная мелодрама о страданиях, а размашистая симфония о встрече человека и судьбы. Музыкальные аллюзии оправданы: потрясающая ритмичность повествования компенсирует кажущуюся бессюжетность отдельных эпизодов, звук тикающих часов пронизывает всю картину, не давая публике расслабиться ни на миг. А фантазирующий на темы Элгара Ханс Циммер опять доказывает поразительный факт — по заказу Нолана он способен писать живую, трогательную и индивидуальную музыку, мало напоминающую его типовые голливудские саундтреки. 

Еще более восторженных эпитетов заслуживает оператор Хойте Ван Хойтема, уже снимавший для Нолана «Интерстеллар» (для Сэма Мендеса «Спектр», а для Спайка Джонса — «Она»). Его серо-синяя палитра, раздвинутая до размеров IMAX-экрана, — смотреть «Дюнкерк» желательно именно в этом формате — превращает фильм в завораживающий визуальный опыт, иногда в буквальном смысле головокружительный. Отстраненность и эффект присутствия шизофренически сочетаются в этой картине, в равной степени предметной и абстрактной, посвященной участи человека и безразличию стихии. 

Собственно, стихии здесь представлены все четыре, как и требуют каноны. Земля, где застряли триста с лишним тысяч британских солдат: маленький город Дюнкерк и его гигантский пляж, который хорошо простреливается с любой точки. Вода, по которой к Дюнкерку идут британские суда, большие и малые. Воздух, с которого эвакуацию армии прикрывают военные летчики. Наконец, приходящий с неба и земли огонь, моментальная смерть, не персонифицированная в фильме никак: ни одного немца мы не увидим ни на крупном, ни даже на среднем плане. Герои фильма сражаются не с ними, но с самой войной — пятой и самой мощной стихией. 

WBRussia

На земле с ней бьются тысячи обреченных, но мы уже выделяем из их числа не уверенного командира (Кеннет Брана), а троих насмерть перепуганных солдат, в глазах которых вся оккупированная Франция — гигантский тонущий корабль. Одного из них, кстати, играет Гарри Стайлз, участник популярного британского бойз-бенда One Direction, прошедший кастинг у Нолана на общих основаниях; режиссер узнал об основной профессии молодого дебютанта уже позже. На море — мистер Доусон (лауреат «Оскара» и просто прекрасный актер Марк Райлэнс), капитан маленького суденышка с гордым названием «Лунный камень», отправившегося в Дюнкерк из Англии. В воздухе — несколько пилотов, у одного из которых, некоего Фэрриера (Том Харди), топливо на исходе, но он не намерен возвращаться домой, пока не поразит цель. 

Собственно, «Дюнкерк» лишь в редкие моменты похож на монументальную фреску: каждая рассказанная здесь история — по сути камерная. Одни насыщены традиционным пафосом вполне голливудского характера, другие преисполнены британской сдержанности и достоинства. Тот же Харди весь фильм не снимает очков и маски, не двигается с места и практически постоянно молчит. Ему, впрочем, не привыкать — после роли Бейна у того же Нолана. Только временной контрапункт стягивает сюжетные линии в единую ткань и придает им общий масштаб: одна укладывается в условный час, другая — в день, третья — в целую неделю. Игры с временем — фирменный прием Нолана (вспомните «Начало», «Помни» и особенно «Интерстеллар»); а Ханс Циммер, кстати, использовал в качестве сэмпла тиканье карманных часов режиссера. 

Но это все — разговор о форме. Что до содержания, то далеко не каждому зрителю в России известна поразительная история эвакуации британской армии из Дюнкерка в 1940 году, задолго до вступления СССР в войну. В Англии ее знают все. Она отражена в литературе и кино — известнее других, пожалуй, трогательная «Белая гусыня» Пола Гэллико, «Искупление» Иэна Макьюэна и его экранизация Джо Райтом. Для многих в нашей стране, наверное, странноват столь детальный и драматичный разговор о солдатах, которые отступают, покидают поле боя. Здесь могла быть историческая справка о том, как относились к отступающим и сдающимся в плен солдатам в сталинском СССР. Но уместнее подумать, что вообще способно сегодня искусство сказать на эту тему, с какими чувствами и мыслями вспомнить о жутких уроках самой кровопролитной войны в истории. 

У Нолана на этот вопрос есть четкий ответ. Как самолет, в котором закончилось горючее, планирует по воздуху, а его пилот еще надеется приземлиться, каждый из героев «Дюнкерка» по мере сил пытается не победить и не героически погибнуть, а выжить. По возможности, выжить, не теряя человеческого облика, что гораздо труднее. Иногда это и есть единственная возможная победа. Эту неожиданную мысль мы, сегодняшние зрители, и прочтем в глазах тех, кому удастся вернуться из Дюнкерка. 

Антон Долин