истории

«Процесс». Берлинский дневник Антона Долина Одна из главных премьер — фильм об Олеге Сенцове; его показывают вне конкурса

Meduza
12:05, 10 февраля 2017

Кадр: Marx Film

В Германии открылся 67-й Берлинский кинофестиваль — картиной «Джанго» французского режиссера Этьена Комара. В 2017 году на Берлинале в составе международного жюри критиков престижного издания Screen International конкурсные фильмы оценивает Антон Долин. Он будет коротко комментировать свои решения в дневнике на «Медузе».

Стоит очередному престижному фестивалю объявить свою программу, русские ревниво просматривают список фильмов: «А где наши?» Если наших нет, резко теряют интерес. Вот и Берлинале—2017, 67-й по счету, в конкурс не взял ни одной российской картины. Поэтому пытаются искать хотя бы какие-то следы отечественного присутствия.

В «Панораме» премьера «Заложников», исторического триллера Резо Гигинеишвили об угоне самолета в СССР в 1983-м — картина, правда, грузинская и на грузинском, хоть режиссер и живет в России. Там же — «Реквием для миссис Джей» серба Бояна Вулетича, в котором среди продюсеров наш Александр Роднянский. А в специальной программе «кино коренных народов» NATIVe — три отечественные картины (не вполне новые) из Якутии. Почетно, приятно, заслуженно, однако совсем не в центре внимания. 

Меж тем, ответ на вопрос «Почему русские — на периферии?» очевиден. Да и вопрос поставлен неверно. В рамках секции Berlinale Special едва ли не самое громкое событие — «Процесс», документальная лента российского режиссера Аскольда Курова. Именно этим фильмом отмечает свое 30-летие Европейская киноакадемия, штаб которой находится в Берлине. А все потому, что картина посвящена процессу Олега Сенцова, украинского режиссера, приговоренного к 20 годам заключения на крайнем севере России по обвинению в террористической деятельности (подробнее о Сенцове читайте в репортаже Ильи Азара). Солидарность с Сенцовым, дело которого называют сфабрикованным, выражают его коллеги по всей Европе и всему миру; его имя на Берлинале звучит каждый год. Неудивительно, что первая картина об этом кафкианском процессе, сделанная автором нашумевших документальных картин «Зима, уходи!» и «Ленинленд» Куровым, оказалась в центре внимания. Так что о русских вовсе не забыли, никуда их не отодвинули. Фильм на русском языке и о современной России — одна из самых востребованных и ажиотажных премьер фестиваля. 

От памятника Ленина на привокзальной площади Симферополя, в намерении взорвать которую обвинили Сенцова (ни одного доказательства на процессе предъявлено не было) до другого, заснеженного Ленина в Якутии, где отбывает срок Сенцов. От первых профессиональных шагов режиссера, бывшего геймера (его первый и единственный фильм называется «Гамер»), до речи Александра Сокурова, лично умоляющего Путина помиловать Сенцова. От частной истории очередного абсурдного процесса, каких в России достаточно, до мощного последнего слова Сенцова, имеющего отношение ко всем, кто найдет в себе мужество прислушаться.

Это зрелая, здравая, серьезная, лишенная игр в «художественность» картина — увлекательная и трагическая история одиночки, принципиальность и бескомпромиссность которого так контрастируют с нормальными для постсоветского пространства цинизмом и аморализмом. 

TheTrial (Ee/Pl, 2017): The Trailer
Marx Film

Неясно, покажут ли «Процесс» в России. Было бы нелишне, ведь многие до сих пор ленятся прочитать открытые материалы дела и убедиться в том, что вина Сенцова не доказана — а тут за час с хвостиком основные аргументы сторон изложены последовательно, честно и беспристрастно, без авторского комментария. Но фильм существует, и это главное: значит, так или иначе, его увидят. 

Громкая премьера «Процесса» в Берлине отражает идеализм, присущий здешнему кинематографу и фестивальному движению. Если в России словосочетание «политический фильм» носит отчетливо негативное значение, то Берлинале из года в год доказывает: кино вне политики невозможно. Или, по меньшей мере, мало кому интересно здесь. Это и есть подлинная причина пренебрежения Берлинале к современному российскому кино, которое бежит от политики как черт от ладана, предпочитая всевозможные формы эскапизма — жанрового, исторического, авторского. 

Кино как политика: в этом тезисе есть плюсы и минусы. Риск любого рода спекуляций — и дорога к благородству, отменяющему природный нарциссизм художника. В 2017 году в составе международного жюри критиков престижного издания Screen International я вместе с коллегами буду оценивать конкурсные фильмы (от нуля до четырех звездочек, пятибалльная система), коротко комментируя свои решения в этом дневнике и рассказывая об участниках. Напомню, «Процесс» Аскольда Курова — вне конкурса, иначе он бы заведомо вышел в победители. 

«Джанго» Этьена Комара (Франция). Оценка **

Фото: Roger Arpajou / Berlinale

Фильм открытия, дебют французского режиссера, посвященный легенде «цыганского свинга», гитаристу Джанго Рейнхарду, чью роль играет Реда Катеб: артист перед съемками год упражнялся в игре на гитаре. Спекулятивная и прямолинейная мелодрама, посвященная 1940-м годам в оккупированном Париже.

Главная причина, по которой фильм попал на открытие Берлинале, — драматическая тема уничтожения нацистами цыган, которая в кинематографе затрагивается редко. Берлинале чувствителен к травмам Второй мировой, ни один фестиваль не обходится без фильма или двух, построенных на этом материале. Две звезды — за отличную музыку и прекрасную Сесиль де Франс.

«О теле и душе» Ильдико Эньеди (Венгрия). Оценка ***

Фото: Berlinale

Новый фильм самобытной венгерской постановщицы, известной в России по картине «Мой ХХ век» с участием Олега Янковского. Причудливая и остроумная, хотя очень заторможенная по темпу, история любви сухорукого директора скотобойни в Будапеште и одинокой женщины-инспектора, которая боится физического контакта. На каком-то этапе герои выясняют, что им снится один и тот же сон, в котором они превращаются в оленей: это становится первым шагом к сближению. Поэтичная и холодная лента Эньеди — ироническое лекарство от одиночества в жутком мире, где каждый из нас время от времени чувствует себя скотом на убой. 

Антон Долин, Берлин