Перейти к материалам
партнерский материал

Куба рядом Открытки с острова Свободы

Meduza
Фото: Kevin Foy / REX / Vida Press

За последние несколько лет на Кубе появились новые гостиницы, новые авиарейсы и другие блага, делающие остров Свободы привлекательным не только для любителей понаблюдать тропическое увядание. Адепты кубинского вуду в белых одеждах, пионерки в красных беретах и старые американские машины тоже никуда не делись. Пляжи, дайвинг, карнавалы, музей Хемингуэя, колониальная архитектура, пиратские гавани — «Медуза» вместе с министерством туризма республики Куба выясняет, что на острове все есть.  

Гавана

Художник-самоучка Сальвадор Гонсалес начал расписывать переулочек Хамель в центральной Гаване еще в 1990 году. По воскресеньям местные энтузиасты-барабанщики с 11 утра начинают играть на улице румбу
Художник-самоучка Сальвадор Гонсалес начал расписывать переулочек Хамель в центральной Гаване еще в 1990 году. По воскресеньям местные энтузиасты-барабанщики с 11 утра начинают играть на улице румбу
Фото: Patrick Frilet / REX / Vida Press

Знакомство с кубинской столицей неминуемо начинается со Старой Гаваны, заложенной в 1519 году. Сердце колониального города — ренессансная крепость Реаль-Фуэрса и прилегающий к ней букинистический рынок на площади Армас. Пройти Старую Гавану отсюда и насквозь до променада Прадо можно за какие-то полчаса, но на мало-мальски подробное знакомство с целыми кварталами музеев, дворцов, церквей и монастырей нетрудно потратить и неделю. Обязательная программа включает барочный собор, коллекции Музея изящных искусств и парадное здание Капитолия. А ведь надо еще успеть выбраться из Старой Гаваны, чтобы погулять по району Ведадо, где небоскребы и особняки 1930–50-х годов, и пройтись по набережной Малекон, куда по вечерам высыпают гаванцы и где через парапет летят брызги атлантического прибоя.  

Сьенфуэгос

Собор Непорочного Зачатия был выстроен на главной площади Сьенфуэгоса в 1833 году как скромная приходская церковь нового поселения
Собор Непорочного Зачатия был выстроен на главной площади Сьенфуэгоса в 1833 году как скромная приходская церковь нового поселения
Фото: robertharding / Alamy / Vida Press

Неофициальная столица карибского побережья страны — Жемчужина юга, город по местным меркам молодой. Сьенфуэгос в 1819 году основали переселенцы из французского Бордо, оставив самый своеобычный исторический центр на всем острове. Сетку широких улиц, застроенных в духе тропического неоклассицизма, продувает бриз с залива. Особенно шикарно выглядит театр, возведенный негоциантом Томасом Терри на главной площади города, один из первых на Кубе. Основное развлечение в Сьенфуэгосе — прогулки по южной части города, идиллическому полуострову Пунта-Горда, который в 40-х застроили совершенно флоридскими бунгало, а сказочный псевдомавританский дворец Валье 1910-х годов сейчас работает рестораном. На крыше дворца устроен бар с предсказуемо прекрасными видами ближе к закату.  

Тринидад

Общему ощущению застывшего прошлого в Тринидаде немало способствует полный запрет автомобильного движения в охраняемом ЮНЕСКО старом центре — мера для Кубы по-настоящему революционная
Общему ощущению застывшего прошлого в Тринидаде немало способствует полный запрет автомобильного движения в охраняемом ЮНЕСКО старом центре — мера для Кубы по-настоящему революционная
Фото: Colorise / Action Press / Vida Press

Квартал за кварталом пастельных домиков в один-два этажа, колокольни старинных монастырей, дворцы местных сахарных королей и мощенные булыжником переулки, сбегающие по склону холма от площади Майор. Тринидад — идеальная машина времени, лучше всего сохранившийся колониальный город всего Карибского бассейна. В самых пышных дворцах устроены музеи: роскошную обстановку резиденции семейства Брунет, 1808 года, показывают в Музее романтизма, а к Музею городской истории, что прописался во дворце Кантеро, прилагается образцовый вид на старый город с вершины башни. Богатства этих и других почтенных фамилий добывались на сахарных плантациях соседней долины Инхениос. К самой интересной из них, усадьбе Манака-Иснага, раз в день туристов возит пыхтящий американский паровозик 1905 года рождения. В барском доме устроен теперь ресторан, но обязательный пункт программы всего один — покорение семиэтажной колокольни, выстроенной для того, чтобы сеньору Иснаге было удобнее созерцать рабов, возделывавших его бескрайние владения. 

Сантьяго

Самый веселый карнавал на Кубе — десять жарких дней и ночей посреди лета — проходит, разумеется, в Сантьяго
Самый веселый карнавал на Кубе — десять жарких дней и ночей посреди лета — проходит, разумеется, в Сантьяго
Фото: Jan Sochor / Alamy / Vida Press

Самый большой город страны — после Гаваны, конечно, — соперник столицы и заодно главный оплот афрокубинской культуры, с тех самых пор когда через порт Сантьяго на остров завозили чернокожих рабов. Центр Сантьяго сохранил немало колониальных древностей, включая старейшую постройку всего острова, — резиденцию местных губернаторов, возведенную еще в 1515 году для покорителя Кубы, конкистадора Диего Веласкеса. Из окна губернаторской спальни наведена на городскую бухту пушка — нападения флибустьеров двести лет оставались главной угрозой Сантьяго. Узнать об этом больше можно в Музее пиратства, поселившемся в совершенно сказочном замке Морро, выстроенном по последнему слову тогдашней фортификационной науки (1630-е годы, морской берег в восьми километрах от города). Но главное, зачем ездят в Сантьяго, на родину сона, болеро и тровы, — это традиционная живая музыка. Главное в этом смысле заведение не то что в городе, но во всей стране — крошечная Casa de la Trova на улице Эредиа; отличные выступления случаются также в Casa de las Tradiciones и в Casa del Caribe. 

Баракоа

Местные жители до сих пор хранят память о «русской из Баракоа» — эксцентричной балерине Магде Ровенской, дочери белоэмигрантов, прожившей тут, на краю света, почти всю жизнь. Она стала прототипом Веры, героини романа «Весна священная» Алехо Карпентьера
Местные жители до сих пор хранят память о «русской из Баракоа» — эксцентричной балерине Магде Ровенской, дочери белоэмигрантов, прожившей тут, на краю света, почти всю жизнь. Она стала прототипом Веры, героини романа «Весна священная» Алехо Карпентьера
Фото: F1online digitale Bildagentur GmbH / Alamy / Vida Press

Первое испанское поселение, основанное на Кубе в 1511 году, теперь по иронии судьбы оказалось в самом ее труднодоступном месте, отрезанном от остального острова непроходимыми горами. До 1960 года, пока сюда наконец не проложили дорогу из Гуантанамо, попасть в Баракоа можно было только по морю. Зачарованный городок у восточной оконечности Кубы, будто сошедший со страниц романа Гарсии Маркеса, во многом обязан своим шармом именно этой вынужденной изоляции. Редкие иностранцы исследуют береговые укрепления колониальных времен и отыскивают в местном соборе крест, которым осенил открытие новых земель Колумб, — после чего с легким сердцем считают туристическую программу выполненной. А между тем горы в округе скрывают не только самые драматические пейзажи Кубы, но и нетронутые дождевые леса охраняемого ЮНЕСКО заповедника имени Александра Гумбольдта, впечатляющие водопады и деревушки, населенные, как считается, последними потомками индейцев таино — коренных обитателей Кубы. 

Санта-Клара

Через мемориал Че в Санта-Кларе в год проходит четверть миллиона посетителей, в то время как центр города туризмом не затронут вовсе
Через мемориал Че в Санта-Кларе в год проходит четверть миллиона посетителей, в то время как центр города туризмом не затронут вовсе
Фото: Michele Burgess / Alamy / Vida Press

Главное революционное паломничество на Кубе — к мавзолею Че Гевары в центральной части страны, в городе Санта-Клара. Тридцатилетний аргентинец-идеалист с медицинским дипломом, Гевара командовал колонной повстанцев, овладевшей 31 декабря 1958 года Санта-Кларой, последним на тот момент препятствием на пути революционеров к Гаване. Правительственные войска в городе сдались после того, как отряду Че удалось пустить под откос бронепоезд с подкреплением, пришедший из Гаваны. Несколько вагонов до сих пор можно видеть в парке, разбитом на этом месте. Через несколько часов диктатор Батиста бежал из страны, революция победила, а имя Че Гевары оказалось неразрывно связано с Санта-Кларой — и именно здесь был выстроен монументальный мемориальный комплекс, в который в конце 1990-х годов перенесли наконец останки Гевары и его товарищей, погибших в Боливии в 1967 году.

Вуэльта-Абахо

В сигарное паломничество надо отправляться между октябрем, когда высаживают табак, и январем
В сигарное паломничество надо отправляться между октябрем, когда высаживают табак, и январем
Фото: MARKA / Alamy / Vida Press

Провинция Пинар-дель-Рио на дальнем западе Кубы — край решительно легендарный для ценителей гаванских сигар. Пусть взглянуть на процесс изготовления сигар можно и на фабрике в самой Гаване или в столице провинции, городе Пинар-дель-Рио, — но самые преданные поклонники берут курс на плантации вокруг деревень Сан-Луис и Сан-Хуан-и-Мартинес. Это зона Вуэльта-Абахо, производящая самые ценные листья во всей провинции (и, чего уж стесняться, во всем мире). Самое интересное место для туриста тут — плантация Alejandro Robaina, семейное, что для Кубы невероятная редкость, предприятие, производящее сигары собственной марки — их тут крутят прямо в сушильном амбаре, на виду у любопытствующих путешественников.

Кайо-Коко и Кайо-Гильермо

До XX века самыми частыми гостями Кайо-Коко и Кайо-Гильермо были пираты: безлюдные острова как нельзя лучше подходили для хранения добычи
До XX века самыми частыми гостями Кайо-Коко и Кайо-Гильермо были пираты: безлюдные острова как нельзя лучше подходили для хранения добычи
Фото: Hemis / Alamy / Vida Press

Лежащие у северного побережья Кубы острова Кайо-Коко и Кайо-Гильермо больше всего похожи на идеальную открытку с карибского курорта. Уходящие за горизонт пляжи тончайшего белоснежного песка, океан такого лазоревого цвета, какого, кажется, в природе не бывает, стаи фламинго и мангровые заросли. Архипелаг оставался необитаемым до самых последних десятилетий. Только в 1990-е годы сюда проложили дорогу с материка, построили аэропорт (в который, к слову, вскоре отправятся прямые рейсы из Москвы) и начали возводить большие отели. Особой популярностью эти курорты пользуются у дайверов, благодаря близости нетронутого кораллового рифа, одного из самых протяженных в Карибском море. Лучший пляж, Пилар, скрывается за 16-метровыми дюнами на дикой западной оконечности Кайо-Гильермо; свое имя он получил в честь яхты былого завсегдатая этих вод. На Кайо-Гильермо разворачиваются финальные сцены книжки «Острова в океане» — последнего романа Эрнеста Хемингуэя.  

Остров Хувентуд

Рыбы и прочая живность в кубинских морях особенно активны весной, но ради гарантированных встреч с королевами этих вод, китовыми акулами, поездку стоит планировать в ноябре
Рыбы и прочая живность в кубинских морях особенно активны весной, но ради гарантированных встреч с королевами этих вод, китовыми акулами, поездку стоит планировать в ноябре
Фото: Poelzer Wolfgang / Alamy / Vida Press

В прошлой жизни эти края были пиратскими владениями (по одной из версий, как раз Хувентуд имел в виду Стивенсон в «Острове сокровищ»), затем — местом заключения самых опасных преступников, «кубинской Сибирью». Теперь же за места в винтовых самолетах, летающих на далекий Хувентуд из Гаваны, и за билеты на паром из порта Батабано сражаются дайверы, привлеченные молвой о лучших местах для погружения во всей стране. В водах заповедника у мыса Пунта-Франсес обнаруживаются полсотни спотов с говорящими названиями вроде «Таинственной пещеры», «Пиратского якоря», «Долины акул» или «Стены черного коралла». Кроме того, у мыса Пунта-дель-Эсте можно исследовать пещеры с наскальными рисунками индейцев, а еще на острове Хувентуд по-прежнему стоит гигантская тюрьма Пресидио-Модело, превращенная ныне в музей в память о тех двух годах, что провел здесь незадолго до революции Фидель Кастро. 

Сан-Франсиско-де-Паула

Личные вещи и охотничьи трофеи Хемингуэя предлагается рассматривать через открытые окна и двери — в сам дом туристов не пускают
Личные вещи и охотничьи трофеи Хемингуэя предлагается рассматривать через открытые окна и двери — в сам дом туристов не пускают
Фото: imageBROKER / Alamy / Vida Press

Перебравшись на Кубу в 1939 году, Хемингуэй сперва поселился в гаванском отеле Ambos Mundos, пока не подыскал себе дом с садом на вершине холма в маленьком городке, с отличным видом на море и центр Гаваны. В «Финке Вихия» он прожил следующие двадцать с лишним лет, вернувшись в США незадолго до самоубийства. Обстановка в доме, превращенном кубинским правительством в музей, не отличается от той, какую писатель оставил перед смертью. Разве что в саду не было навеса для яхты «Пилар», да и сама она при жизни хозяина качалась на волнах — Хемингуэй охотился на марлина и, во время войны, на немецкие подводные лодки.

Регла

По социологическим опросам, сантерии придерживается как минимум каждый восьмой кубинец, зачастую одновременно с католицизмом — здесь одно другому не противоречит
По социологическим опросам, сантерии придерживается как минимум каждый восьмой кубинец, зачастую одновременно с католицизмом — здесь одно другому не противоречит
Фото: Sergi Reboredo / SIPA / Vida Press

Важнейшим святым местом сантерии — диковинного сплава христианства и африканских религий, зародившегося на Кубе за несколько веков работорговли, — работает невзрачная приходская церковь Реглы, лежащей на противоположной от Старой Гаваны стороне бухты. В испанских владениях невольников из нынешних Нигерии и Бенина насильственно обращали в христианство, но те тайно продолжали поклоняться своим божествам, каждый из которых для маскировки превращался в одного из католических святых. Ритуалы сантерии проходят втайне от непосвященных, и церковь в Регле, где почитают Черную Богородицу — она же богиня морей и всего живого Йеманжа, — одно из редких мест, где человек со стороны может наблюдать адептов этой кубинской разновидности вуду. Тайным практикам сантерии посвящено и несколько залов в муниципальном музее соседнего квартала Гуанабакоа — догулять до него от Реглы можно за полчаса.

Долина Виньялес

Пещеры долины Виньялес веками служили убежищем индейцам и беглым рабам
Пещеры долины Виньялес веками служили убежищем индейцам и беглым рабам
Фото: Aldo Pavan / SIME / Vida Press

Самая выразительная часть острова — утопающая в пышной зелени долина Виньялес, где меж старинными кофейными и табачными плантациями поднимаются к небу крутые стены карстовых холмов-моготес. Главная деревня долины, Виньялес, успела обрасти туристическими благами от пансионов в частных домах до проката скутеров и маунтинбайков, да и обитатели долины — народ, как свойственно селянам, подозрительный — давно уже привыкли к виду экотуристов (то есть иностранцев, безо всякой видимой цели слоняющихся по округе). Многие из холмов долины изрезаны пещерами; особенного внимания заслуживает пещерная система Санто-Томас, восемь уровней которой на 46 километров уходят вглубь скалы у деревни Монкада.

Кайо Санта Мария  

Как и большинство кайос — песчаных островов в Карибском море, образованных на верхушке кораллового рифа, — Санта-Мария до самого последнего времени оставался необитаемым из-за отсутствия пресной воды
Как и большинство кайос — песчаных островов в Карибском море, образованных на верхушке кораллового рифа, — Санта-Мария до самого последнего времени оставался необитаемым из-за отсутствия пресной воды
Фото: incamerastock / Alamy / Vida Press

На этом низком песчаном островке у северного побережья Кубы находится пляж Перлас-Бланкас, настолько, как утверждается, потрясший своей красотой Фиделя Кастро, что тот распорядился навести сюда шоссе с материка. Сооружение новой дороги, идущей по сваям и насыпям прямо через пролив, отделяющий Кубу от архипелага Хардинес-дель-Рей, заняло десять лет, но с тех пор Санта-Мария и соседние островки с лазоревыми отмелями и колониями цапель превратились в быстро растущий курорт, который скоро станет самым большим в стране.