партнерский материал

Куба рядом Открытки с острова Свободы

Meduza
11:36, 13 октября 2016

Фото: Kevin Foy / REX / Vida Press

За последние несколько лет на Кубе появились новые гостиницы, новые авиарейсы и другие блага, делающие остров Свободы привлекательным не только для любителей понаблюдать тропическое увядание. Адепты кубинского вуду в белых одеждах, пионерки в красных беретах и старые американские машины тоже никуда не делись. Пляжи, дайвинг, карнавалы, музей Хемингуэя, колониальная архитектура, пиратские гавани — «Медуза» вместе с министерством туризма республики Куба выясняет, что на острове все есть.  

Гавана

Художник-самоучка Сальвадор Гонсалес начал расписывать переулочек Хамель в центральной Гаване еще в 1990 году. По воскресеньям местные энтузиасты-барабанщики с 11 утра начинают играть на улице румбу
Фото: Patrick Frilet / REX / Vida Press

Знакомство с кубинской столицей неминуемо начинается со Старой Гаваны, заложенной в 1519 году. Сердце колониального города — ренессансная крепость Реаль-Фуэрса и прилегающий к ней букинистический рынок на площади Армас. Пройти Старую Гавану отсюда и насквозь до променада Прадо можно за какие-то полчаса, но на мало-мальски подробное знакомство с целыми кварталами музеев, дворцов, церквей и монастырей нетрудно потратить и неделю. Обязательная программа включает барочный собор, коллекции Музея изящных искусств и парадное здание Капитолия. А ведь надо еще успеть выбраться из Старой Гаваны, чтобы погулять по району Ведадо, где небоскребы и особняки 1930–50-х годов, и пройтись по набережной Малекон, куда по вечерам высыпают гаванцы и где через парапет летят брызги атлантического прибоя.  

Сьенфуэгос

Собор Непорочного Зачатия был выстроен на главной площади Сьенфуэгоса в 1833 году как скромная приходская церковь нового поселения
Фото: robertharding / Alamy / Vida Press

Неофициальная столица карибского побережья страны — Жемчужина юга, город по местным меркам молодой. Сьенфуэгос в 1819 году основали переселенцы из французского Бордо, оставив самый своеобычный исторический центр на всем острове. Сетку широких улиц, застроенных в духе тропического неоклассицизма, продувает бриз с залива. Особенно шикарно выглядит театр, возведенный негоциантом Томасом Терри на главной площади города, один из первых на Кубе. Основное развлечение в Сьенфуэгосе — прогулки по южной части города, идиллическому полуострову Пунта-Горда, который в 40-х застроили совершенно флоридскими бунгало, а сказочный псевдомавританский дворец Валье 1910-х годов сейчас работает рестораном. На крыше дворца устроен бар с предсказуемо прекрасными видами ближе к закату.  

Тринидад

Общему ощущению застывшего прошлого в Тринидаде немало способствует полный запрет автомобильного движения в охраняемом ЮНЕСКО старом центре — мера для Кубы по-настоящему революционная
Фото: Colorise / Action Press / Vida Press

Квартал за кварталом пастельных домиков в один-два этажа, колокольни старинных монастырей, дворцы местных сахарных королей и мощенные булыжником переулки, сбегающие по склону холма от площади Майор. Тринидад — идеальная машина времени, лучше всего сохранившийся колониальный город всего Карибского бассейна. В самых пышных дворцах устроены музеи: роскошную обстановку резиденции семейства Брунет, 1808 года, показывают в Музее романтизма, а к Музею городской истории, что прописался во дворце Кантеро, прилагается образцовый вид на старый город с вершины башни. Богатства этих и других почтенных фамилий добывались на сахарных плантациях соседней долины Инхениос. К самой интересной из них, усадьбе Манака-Иснага, раз в день туристов возит пыхтящий американский паровозик 1905 года рождения. В барском доме устроен теперь ресторан, но обязательный пункт программы всего один — покорение семиэтажной колокольни, выстроенной для того, чтобы сеньору Иснаге было удобнее созерцать рабов, возделывавших его бескрайние владения. 

Сантьяго

Самый веселый карнавал на Кубе — десять жарких дней и ночей посреди лета — проходит, разумеется, в Сантьяго
Фото: Jan Sochor / Alamy / Vida Press

Самый большой город страны — после Гаваны, конечно, — соперник столицы и заодно главный оплот афрокубинской культуры, с тех самых пор когда через порт Сантьяго на остров завозили чернокожих рабов. Центр Сантьяго сохранил немало колониальных древностей, включая старейшую постройку всего острова, — резиденцию местных губернаторов, возведенную еще в 1515 году для покорителя Кубы, конкистадора Диего Веласкеса. Из окна губернаторской спальни наведена на городскую бухту пушка — нападения флибустьеров двести лет оставались главной угрозой Сантьяго. Узнать об этом больше можно в Музее пиратства, поселившемся в совершенно сказочном замке Морро, выстроенном по последнему слову тогдашней фортификационной науки (1630-е годы, морской берег в восьми километрах от города). Но главное, зачем ездят в Сантьяго, на родину сона, болеро и тровы, — это традиционная живая музыка. Главное в этом смысле заведение не то что в городе, но во всей стране — крошечная Casa de la Trova на улице Эредиа; отличные выступления случаются также в Casa de las Tradiciones и в Casa del Caribe. 

Баракоа

Местные жители до сих пор хранят память о «русской из Баракоа» — эксцентричной балерине Магде Ровенской, дочери белоэмигрантов, прожившей тут, на краю света, почти всю жизнь. Она стала прототипом Веры, героини романа «Весна священная» Алехо Карпентьера
Фото: F1online digitale Bildagentur GmbH / Alamy / Vida Press

Первое испанское поселение, основанное на Кубе в 1511 году, теперь по иронии судьбы оказалось в самом ее труднодоступном месте, отрезанном от остального острова непроходимыми горами. До 1960 года, пока сюда наконец не проложили дорогу из Гуантанамо, попасть в Баракоа можно было только по морю. Зачарованный городок у восточной оконечности Кубы, будто сошедший со страниц романа Гарсии Маркеса, во многом обязан своим шармом именно этой вынужденной изоляции. Редкие иностранцы исследуют береговые укрепления колониальных времен и отыскивают в местном соборе крест, которым осенил открытие новых земель Колумб, — после чего с легким сердцем считают туристическую программу выполненной. А между тем горы в округе скрывают не только самые драматические пейзажи Кубы, но и нетронутые дождевые леса охраняемого ЮНЕСКО заповедника имени Александра Гумбольдта, впечатляющие водопады и деревушки, населенные, как считается, последними потомками индейцев таино — коренных обитателей Кубы. 

Санта-Клара

Через мемориал Че в Санта-Кларе в год проходит четверть миллиона посетителей, в то время как центр города туризмом не затронут вовсе
Фото: Michele Burgess / Alamy / Vida Press

Главное революционное паломничество на Кубе — к мавзолею Че Гевары в центральной части страны, в городе Санта-Клара. Тридцатилетний аргентинец-идеалист с медицинским дипломом, Гевара командовал колонной повстанцев, овладевшей 31 декабря 1958 года Санта-Кларой, последним на тот момент препятствием на пути революционеров к Гаване. Правительственные войска в городе сдались после того, как отряду Че удалось пустить под откос бронепоезд с подкреплением, пришедший из Гаваны. Несколько вагонов до сих пор можно видеть в парке, разбитом на этом месте. Через несколько часов диктатор Батиста бежал из страны, революция победила, а имя Че Гевары оказалось неразрывно связано с Санта-Кларой — и именно здесь был выстроен монументальный мемориальный комплекс, в который в конце 1990-х годов перенесли наконец останки Гевары и его товарищей, погибших в Боливии в 1967 году.

Вуэльта-Абахо

В сигарное паломничество надо отправляться между октябрем, когда высаживают табак, и январем
Фото: MARKA / Alamy / Vida Press

Провинция Пинар-дель-Рио на дальнем западе Кубы — край решительно легендарный для ценителей гаванских сигар. Пусть взглянуть на процесс изготовления сигар можно и на фабрике в самой Гаване или в столице провинции, городе Пинар-дель-Рио, — но самые преданные поклонники берут курс на плантации вокруг деревень Сан-Луис и Сан-Хуан-и-Мартинес. Это зона Вуэльта-Абахо, производящая самые ценные листья во всей провинции (и, чего уж стесняться, во всем мире). Самое интересное место для туриста тут — плантация Alejandro Robaina, семейное, что для Кубы невероятная редкость, предприятие, производящее сигары собственной марки — их тут крутят прямо в сушильном амбаре, на виду у любопытствующих путешественников.

Кайо-Коко и Кайо-Гильермо

До XX века самыми частыми гостями Кайо-Коко и Кайо-Гильермо были пираты: безлюдные острова как нельзя лучше подходили для хранения добычи
Фото: Hemis / Alamy / Vida Press

Лежащие у северного побережья Кубы острова Кайо-Коко и Кайо-Гильермо больше всего похожи на идеальную открытку с карибского курорта. Уходящие за горизонт пляжи тончайшего белоснежного песка, океан такого лазоревого цвета, какого, кажется, в природе не бывает, стаи фламинго и мангровые заросли. Архипелаг оставался необитаемым до самых последних десятилетий. Только в 1990-е годы сюда проложили дорогу с материка, построили аэропорт (в который, к слову, вскоре отправятся прямые рейсы из Москвы) и начали возводить большие отели. Особой популярностью эти курорты пользуются у дайверов, благодаря близости нетронутого кораллового рифа, одного из самых протяженных в Карибском море. Лучший пляж, Пилар, скрывается за 16-метровыми дюнами на дикой западной оконечности Кайо-Гильермо; свое имя он получил в честь яхты былого завсегдатая этих вод. На Кайо-Гильермо разворачиваются финальные сцены книжки «Острова в океане» — последнего романа Эрнеста Хемингуэя.  

Остров Хувентуд

Рыбы и прочая живность в кубинских морях особенно активны весной, но ради гарантированных встреч с королевами этих вод, китовыми акулами, поездку стоит планировать в ноябре
Фото: Poelzer Wolfgang / Alamy / Vida Press

В прошлой жизни эти края были пиратскими владениями (по одной из версий, как раз Хувентуд имел в виду Стивенсон в «Острове сокровищ»), затем — местом заключения самых опасных преступников, «кубинской Сибирью». Теперь же за места в винтовых самолетах, летающих на далекий Хувентуд из Гаваны, и за билеты на паром из порта Батабано сражаются дайверы, привлеченные молвой о лучших местах для погружения во всей стране. В водах заповедника у мыса Пунта-Франсес обнаруживаются полсотни спотов с говорящими названиями вроде «Таинственной пещеры», «Пиратского якоря», «Долины акул» или «Стены черного коралла». Кроме того, у мыса Пунта-дель-Эсте можно исследовать пещеры с наскальными рисунками индейцев, а еще на острове Хувентуд по-прежнему стоит гигантская тюрьма Пресидио-Модело, превращенная ныне в музей в память о тех двух годах, что провел здесь незадолго до революции Фидель Кастро. 

Сан-Франсиско-де-Паула

Личные вещи и охотничьи трофеи Хемингуэя предлагается рассматривать через открытые окна и двери — в сам дом туристов не пускают
Фото: imageBROKER / Alamy / Vida Press

Перебравшись на Кубу в 1939 году, Хемингуэй сперва поселился в гаванском отеле Ambos Mundos, пока не подыскал себе дом с садом на вершине холма в маленьком городке, с отличным видом на море и центр Гаваны. В «Финке Вихия» он прожил следующие двадцать с лишним лет, вернувшись в США незадолго до самоубийства. Обстановка в доме, превращенном кубинским правительством в музей, не отличается от той, какую писатель оставил перед смертью. Разве что в саду не было навеса для яхты «Пилар», да и сама она при жизни хозяина качалась на волнах — Хемингуэй охотился на марлина и, во время войны, на немецкие подводные лодки.

Регла

По социологическим опросам, сантерии придерживается как минимум каждый восьмой кубинец, зачастую одновременно с католицизмом — здесь одно другому не противоречит
Фото: Sergi Reboredo / SIPA / Vida Press

Важнейшим святым местом сантерии — диковинного сплава христианства и африканских религий, зародившегося на Кубе за несколько веков работорговли, — работает невзрачная приходская церковь Реглы, лежащей на противоположной от Старой Гаваны стороне бухты. В испанских владениях невольников из нынешних Нигерии и Бенина насильственно обращали в христианство, но те тайно продолжали поклоняться своим божествам, каждый из которых для маскировки превращался в одного из католических святых. Ритуалы сантерии проходят втайне от непосвященных, и церковь в Регле, где почитают Черную Богородицу — она же богиня морей и всего живого Йеманжа, — одно из редких мест, где человек со стороны может наблюдать адептов этой кубинской разновидности вуду. Тайным практикам сантерии посвящено и несколько залов в муниципальном музее соседнего квартала Гуанабакоа — догулять до него от Реглы можно за полчаса.

Долина Виньялес

Пещеры долины Виньялес веками служили убежищем индейцам и беглым рабам
Фото: Aldo Pavan / SIME / Vida Press

Самая выразительная часть острова — утопающая в пышной зелени долина Виньялес, где меж старинными кофейными и табачными плантациями поднимаются к небу крутые стены карстовых холмов-моготес. Главная деревня долины, Виньялес, успела обрасти туристическими благами от пансионов в частных домах до проката скутеров и маунтинбайков, да и обитатели долины — народ, как свойственно селянам, подозрительный — давно уже привыкли к виду экотуристов (то есть иностранцев, безо всякой видимой цели слоняющихся по округе). Многие из холмов долины изрезаны пещерами; особенного внимания заслуживает пещерная система Санто-Томас, восемь уровней которой на 46 километров уходят вглубь скалы у деревни Монкада.

Кайо Санта Мария  

Как и большинство кайос — песчаных островов в Карибском море, образованных на верхушке кораллового рифа, — Санта-Мария до самого последнего времени оставался необитаемым из-за отсутствия пресной воды
Фото: incamerastock / Alamy / Vida Press

На этом низком песчаном островке у северного побережья Кубы находится пляж Перлас-Бланкас, настолько, как утверждается, потрясший своей красотой Фиделя Кастро, что тот распорядился навести сюда шоссе с материка. Сооружение новой дороги, идущей по сваям и насыпям прямо через пролив, отделяющий Кубу от архипелага Хардинес-дель-Рей, заняло десять лет, но с тех пор Санта-Мария и соседние островки с лазоревыми отмелями и колониями цапель превратились в быстро растущий курорт, который скоро станет самым большим в стране.