«Рижский бальзам». Лучшие тексты на русском языке в апреле «Медуза» снова дарит журналистам лучшее, что у нее есть
В прошлом выпуске «Рижского бальзама» мы жаловались, что выбирать практически не из чего: март выдался не слишком богатым на отличные тексты. Зато в апреле редакции пришлось много спорить о том, какой текст просто хороший, а какой — достоин того, чтобы попасть в «Рижский бальзам».
«Рижский бальзам» — ежемесячный рейтинг лучших статей на русском языке, подготовленный «Медузой». Рейтинг — чрезвычайно субъективный: сотрудники «Медузы» выдвигают кандидатов исходя из своих представлений о прекрасном, а победители определяются на редакционной летучке. Для журналистов, чьи статьи попали в рейтинг, мы в Риге устроили небольшой склад с бальзамом — приезжайте забирать!
W-O-S: Твое истинное лицо
Главный текст месяца. С точки зрения жанра это обычный материал из серии «личный опыт». Вот только тема у него не самая обычная — журналистка Анна Жавнерович описала, как стала жертвой домашнего насилия. Описала честно и не слишком эмоционально: автор явно не рассчитывает на сочувствие, но пытается показать, как трудно жертве домашнего насилия добиться хоть каких-то санкций в адрес агрессора. При этом кажется, что текст Жавнерович повернул бессмысленную дискуссию о сексизме («телочкогейт») в правильное русло — и сделал для освещения проблемы больше, чем все колонки на эту тему.
Цитата: Сижу в комнате весь день. Ем. Лицо и голова болят. Тошнит, все равно ем. Больше ничего особенного не чувствую. Эмоций никаких. Рассказываю самым близким друзьям о случившемся. Договариваемся встречать Новый год вместе, как и планировали. Несмотря на желание друзей немедленно отомстить, делать мы этого не будем. Ответная драка выведет меня из правового поля, за местью последует месть, и это вообще не закончится.
Коммерсант. Так поедим!
Главный эксклюзив месяца. «Коммерсант» раздобыл письмо Андрея Кончаловского и Никиты Михалкова президенту Владимиру Путину, в котором режиссеры просят дать им почти миллиард рублей на запуск «национального конкурента McDonaldʼs» — кафе-кулинарий «Едим дома» (бренд принадлежит жене Кончаловского Юлии Высоцкой). Наглость придворных режиссеров на несколько дней стала главной темой почти всех федеральных изданий. Публикация «Коммерсанта» помешала Михалкову и Кончаловскому «решить все по-тихому»; впрочем, правительство уже пообещало сети поддержку, хоть и не в том объеме, на который рассчитывали режиссеры.
Цитата: Кулинарии «Едим дома!» предлагается создать в формате небольших магазинов, совмещенных с кафе. При этом приготовление блюд будет происходить на региональных фабриках-кухнях, а меню на 30-40% будет состоять из региональных продуктов. Предполагается, что фабрики-кухни будут снабжать питанием социальные учреждения, в том числе детские дома и интернаты.
Ведомости. Сталин, Путин, Goldman Sachs
Колонка Максима Миронова — замечательная игра ума; к реальности она имеет слабое отношение, но это не делает ее менее интересной. Миронов сравнивает сталинскую систему управления с тем, как устроено продвижение по карьерной лестнице в современных инвестиционных компаниях: несколько лет работаешь по две смены и без выходных, чтобы потом начать работать чуть поменьше, а получать — побольше; через несколько таких этапов ты оказываешься на вершине карьерной лестницы. То же самое, пишет Миронов, происходило и в сталинское время: люди, как правило, жили в нищенских условиях и зарабатывали тяжелым физическим трудом; зато потом для особо усердных — доска почета, звание стахановца. И все — можно не работать руками, но ездить по стране с лекциями.
А дальше — самое интересное. Именно поэтому, размышляет профессор бизнес-школы в Мадриде, невозможно сравнивать сталинское время с нынешним, потому что сейчас ничего подобного на самом деле не происходит. Современная российская действительность скорее уж напоминает семейный бизнес, в котором лояльность ценится гораздо выше профессионализма.
Цитата: На счастье нашей страны, Путин не Сталин. Путинская система управления — это классическая система семейного бизнеса. Все управляющие посты достаются родственникам и друзьям по принципу лояльности. Вылететь из системы можно не из-за непрофессионализма, а из-за отсутствия лояльности семье (открыто стал изменять дочке друга). Репрессии нужны в минимальном размере, чтобы оградить семейный бизнес от недружественного поглощения.
Секрет фирмы. Якутский квест: Братья Ушницкие зарабатывают миллионы на играх
В апреле в «Секрете фирмы» вышли несколько интересных «историй успеха» из жизни предпринимателей. Среди них самым интересным нам показался текст о братьях Ушницких из Якутии, которые, преодолев многочисленные трудности, начали зарабатывать миллионы долларов на компьютерных играх. Очень мотивирующая история — о том, как добиться цели, когда все обстоятельства (отсутствие денег, образования, компьютера, конкурентной среды; температура за окном) — против тебя.
Цитата: Ушницкие придумали первую игру, основанную на якутском эпосе олонхо, и думали, что благодаря локальным мотивам её будут «жестко раскупать». Через год игра «Уолан Боотур», где якутский богатырь спасает свою невесту, появилась на прилавках магазинов города. Но диски не продавались.
The Village. «Поза домиком»: Что школьники знают про безопасный секс
Ответ на вынесенный в заголовок статьи вопрос простой: ничего. Чтобы это обнаружить, корреспондентам The Village пришлось изучить статистику, поговорить с парой десятков старшеклассников и несколькими экспертами. Выяснилось, что родители с подростками о сексе не разговаривают, в школе из уроков ОБЖ по половому воспитанию (даже если они есть) ничего не понять, в аптеке презервативы пацанам 14-16 лет покупать страшно. Затрудняет общение со школьниками «Закон о защите детей от информации, причиняющей вред», принятый в 2012 году — из-за него, например, трудно даже собрать статистику о сексуальной грамотности в школе. Говорить об однополой любви с учениками и вовсе страшно — непонятно, где кончается образование и начинается «пропаганда».
Цитата: Из 11 старшеклассников, которые уже начали половую жизнь, только семеро предохраняются презервативами. Трое «никак» не предохраняются, одна девочка предохраняется прерванным половым актом: «У меня постоянный партнер» (между тем этой девочке о контрацепции рассказывали на уроке ОБЖ). Большинство опрошенных начали половую жизнь в 14–16 лет. Некоторые ответы повергли редакцию The Village в шок: «Друзья начинают в 16, никак не предохраняются, стремаются в аптеке покупать», — сказал нам один из молодых людей. — В школе не рассказывали. Ну, биологичка только говорила, что надо надевать два, чтобы не порвалось». (Использование двух презервативов одновременно увеличивает трение и повышает риск разрыва презерватива во время полового акта).
Sports.Ru «Я считаю, что дно достигнуто. Владельцы — что еще нет». Почему разваливается «Спорт-Экспресс»
Интервью заместителя главного редактора «Спорт-Экспресса» Владимира Гескина Юрию Дудю попало в «Рижский бальзам» не только потому, что это блестящий пример саморазоблачительной речи — Гескин удивительным образом пытается оправдать собственное издание, но тем самым забивает в крышку его гроба очередной гвоздь. Важнее для нас была одна особенность этого интервью, в какой-то степени даже обидная для «Медузы». Раньше мы думали, что только наш спецкор Илья Азар может за одно интервью четыре раза сказать человеку, что он занимается чепухой. Но нет; Юрий Дудь, оказывается, тоже обладает этим умением. Мы и раньше знали, что он прекрасный интервьюер, но тут, кажется, у Дудя накипело и он дал себе установку не останавливаться.
Цитата:
— Каким образом в газете, которая считает себя хорошей, о матчах сборной России по хоккею может писать пресс-атташе сборной России по хоккею Игорь Ларин?
— Как Дэн Сяопин говорил: «Пусть расцветают тысячи цветов»… Игорь — кадровый сотрудник «Спорт-Экспресса», он пришел в редакцию больше двадцати лет назад. Пресс-атташе по-хорошему не должен писать никуда. Но какой выход, если у нас нет денег на командировки?
— То есть написать с телевизора, но объективно, — это хуже, чем написать с места, но гарантированно необъективно, гарантированно утаив любые некомфортные для сборной детали?
— Я всегда против телевизора. Это вторичное, третичное, пятеричное. Журналист должен быть там. Он должен видеть своими глазами, а не через телекамеры. Он должен общаться с людьми, которые слева и справа, он должен подходить к игрокам. Все остальное — профанация. Которой и занимается сейчас весь отечественный медиа-рынок.