Похмелье после вечеринки. Примерно так можно коротко описать новый альбом Charli XCX «Music, Fashion, Film» Певица откровенно дистанцируется от пластинки «brat», что многих наверняка разочарует. Но не нас!
Похмелье после вечеринки. Примерно так можно коротко описать новый альбом Charli XCX «Music, Fashion, Film» Певица откровенно дистанцируется от пластинки «brat», что многих наверняка разочарует. Но не нас!
24 июля вышел восьмой альбом британской поп-звезды Чарли XCX «Music, Fashion, Film». Это ее второй альбом за год (если считать саундтрек к прокатному хиту «Грозовой перевал») и первый, который не привязан ни к какому другому проекту. На этой пластинке Чарли перешла от электроники к гитарам; и хотя большинство критиков отнеслось к этому благосклонно, многим запись не понравилась: Daily Telegraph, например, назвал музыку в альбоме «бессодержательным шумом». По просьбе «Медузы» музыкальный критик Артем Макарский разбирается, чего в этой записи больше — искренности или провокации.
«Я думаю, что танцпол умер, поэтому теперь мы играем рок-музыку» — эти слова Шарлотты Эйтчисон, более известной как Чарли XCX, сказанные в интервью британскому Vogue в апреле 2026 года, взбудоражили любителей как электроники, так и рока. Первые принялись доказывать, что с танцевальной музыкой все в полном порядке, вторые — что рок нельзя воспринимать как игрушку, это слишком серьезный жанр.
Как потом оказалось, это была цитата из «Rock Music» — первого сингла из альбома «Music, Fashion, Film». Судя по всему, Чарли имела в виду собственное творчество — копировать предыдущий хитовый (и очень электронный) альбом «brat» ей вряд ли интересно, поэтому танцпол и «умер». Нелишним будет сказать и то, что с роком у певицы довольно длительные и теплые отношения.
Во втором альбоме Чарли «Sucker» (2014) есть, к примеру, песня «London Queen», в которой панка столько же, сколько попа. На микстейпе 2017 года «Number 1 Angel» среди прочих выделялась композиция «ILY2», где привычные для авторки ударные сочетались со звуком гитар — и под конец продюсер Дэнни Харл играл настоящее соло. Не стоит забывать и о ее кавере на «No Fun» легендарных панков The Stooges, вошедшем в сериал «Винил». А еще — о ее известной любви к нью-йоркским рок-экспериментаторам The Velvet Underground. Эта любовь в итоге привела ее к дуэту с участником группы Джоном Кейлом (эта композиция вошла в саундтрек к «Грозовому перевалу»).
Именно Кейл изображен на обложке «Music, Fashion, Film» — он олицетворяет музыку; за моду отвечает Марк Джейкобс — они давно дружат, певица даже снималась в промо его модного дома; за кино отвечает Мартин Скорсезе — соавтор все того же сериала «Винил». Люди, одним словом, не случайные.
Не все критики учитывают эти нюансы — речь ведь идет о заведомо громком релизе. Поп-звезда уровня Чарли, наконец получившая множество заслуженных наград, включая «Грэмми», после успеха «brat» (2024) теперь должна отвечать за слова.
Та пластинка, сделавшая ее звездой первой величины, вышла после не самой удачной попытки Чарли вписаться в конвенциональный поп в альбоме «Crash» (2022). Вернувшись к звуку родных лондонских танцполов, она смогла достучаться до слушателей — и даже увлечь их своими откровениями: не только о вечеринках, но и о неуверенности в себе.
Неожиданный успех «brat» Чарли уже осмыслила в мокьюментари «Момент» — в этой картине режиссер Эйдан Замири показывает, что слава ведет не только к успеху, но и в каком-то смысле расчеловечиванию.
Именно популярность и ее последствия — ключевые темы для «Music, Fashion, Film». Причем выражается это не только на словах, но и визуально: этот же мотив связывает клипы и маркетинговую кампанию. Практически в каждом свежем интервью Эйтчисон говорит, что ей не хочется повторяться — поэтому переход к сырому гитарному звуку она считает довольно органичным. Хотя сама не спешит называть свою новую музыку «роком». Главное, что сделано всерьез и с любовью, каждый раз оговаривается она в интервью.
«Music, Fashion, Film» контрастирует с предыдущей пластинкой во всем. Слово «brat» на ярко-зеленой обложке набрано шрифтом Arial, в то время как у «MFF» заголовка нет вовсе (названия синглов напечатаны самым базовым Times New Roman). В интервью подкасту Tape Notes Чарли и ее продюсеры Эй Джи Кук и Финн Кин говорят, что при создании «Music, Fashion, Film» они старались вообще не использовать инструменты, которые звучали в «brat».
Есть еще одно отличие. В прошлый раз в выходных данных альбома можно было встретить множество продюсеров, большая команда работала над ним целый год. Над новым же работали всего три человека, финальную версию записали в парижской студии за два месяца — с декабря 2025-го по январь 2026-го. Кроме Чарли, это уже упомянутые Кук и Кин — давние друзья Эйтчисон, с которыми она записывает музыку уже больше десяти лет. Помимо этого, оба они составляют группу Thy Slaughter, которая тоже уважает гитары.
На первый взгляд кажется, что спешка не пошла «Music, Fashion, Film» на пользу: все треки короткие, а скупую лирику даже захочется назвать поверхностной. Но обстоятельства, в которых писался этот альбом, позволяют взглянуть на него иначе.
Работа началась в конце весны 2025 года: тогда в аудиозаметках певицы появилась запись «Wink Wink» — один из будущих синглов «MFF». Одновременно с этим она работала над саундтреком к «Грозовому перевалу» Эмиральд Феннелл — ясно было, что игривая «Wink Wink» для фильма не подойдет.
Таких заметок становилось все больше. Вдохновение не позволило певице отдохнуть после «brat» — именно так звучит основная легенда о записи нового альбома.
В какой-то степени это многое говорит о том, какими категориями сейчас мыслит поп-музыка. Создание музыки на ходу, попытка высказаться прямо здесь и сейчас — расхожая ситуация, и в альбоме эта скоротечность наглядно видна. Лучшим воплощением этого принципа можно считать немногословную двухминутную композицию «Yeah».
Смена звуковых ориентиров все же идет Чарли на пользу: если в «brat» она чувствовала себя как дома (клубную музыку она писала в последние десять лет), то «Music, Fashion, Film» для нее явный эксперимент. Здесь Эйтчисон погружается в музыку нулевых: тут можно найти и отголоски дешевых меланхоличных синтезаторов, как в дебютнике The Knife, и ревущие струны Sleigh Bells, и восьмибитный примитивизм Bondage Fairies, и едкую самоиронию инди-группы The Teenagers и Los Campesinos! (именно так, с восклицательным знаком).
Напрашивается сравнение и с недооцененным альбомом «American Life» (2003) Мадонны, где исповедальность сочеталась с самобичеванием и где тоже встречались неожиданные звуковые эффекты — например, заедающий вокал. Композиции в «MFF» часто замедляются — и этот прием, который необходим для создания гнетущей, неуютной атмосферы, тоже удачно оттеняет размышления об обратной стороне славы.
Намекает звуковая палитра «Music, Fashion, Film» и на британский подростковый сериал «Молокососы» (Skins), которому певица когда-то признавалась в любви (недавно она даже использовала музыку из заставки в своем тиктоке). «Эйфория» нулевых с музыкальной точки зрения шире всего развернулась в его втором сезоне: супервайзерам шоу точно удалось написать музыкальный портрет поколения. Модные тогда LCD Soundsystem, Gossip и Crystal Castles соседствовали с более экспериментальными Broadcast, Animal Collective и Battles.
Новый альбом Чарли находится как раз на пересечении между всеми ними, сохраняя поп-основу. Чем-то похожим в начале десятых занималась Скай Феррейра,и пару лет назад — молодая певица underscores. У Чарли, впрочем, свой, безошибочный авторский почерк. Для «Молокососов» песни из «Music, Fashion, Film» точно бы подошли, хотя, например, «Wink Wink» куда уместнее бы звучал в «Сплетнице».
Продюсеры Чарли умело работают с ностальгией, не застревая при этом в прошлом. Еще на знаменитом лейбле PC Music, который в 2013 году основал Кук, он и его друзья обращались к запылившейся музыке девяностых и нулевых — и предлагали публике свое видение: ирония и романтика сочетались в их проектах в равной степени, что довольно типично и для самой Чарли.
Хотя сейчас она отвергает попытки журналистов навесить на нее ярлык «ироничной исполнительницы», нельзя не отметить одну из главных черт «Music, Fashion, Film» — этот альбом наполнен юмором. Возможно, певица не хочет развивать эту тему, потому что в последние годы ирония признана одним из способов психологической защиты; это маска, спасающая человека от его собственной искренности. Чарли это явно не подходит, хотя фактически она продолжает традицию, начатую другими британскими музыкантами — например, лидером Pulp Джарвисом Кокером, чьи саркастичные комментарии довольно часто были обращены к нему самому.
Ярче всего самоирония Эйтчисон проявляется в треке «Persona» — она подтверждала, что он посвящен ей самой. В полном соответствии с названием, отсылающим к фильму Бергмана, эта песня — разговор с внутренним голосом, с которым не так-то просто найти общий язык: «Ты зовешь меня лучшей подругой, просто чтобы сохранить дистанцию. Я бы написала тебе письмо, но ты наверняка его сожжешь».
В сингле «Wink Wink» Чарли поет, что рвет с образом «плохой девчонки», — и тут же заговорщически подмигивает зрителям в клипе; слишком часто, делает вывод она, от поп-звезд ждут чистоты и непорочности. Продолжается эта тема и в другом сингле, «SS26», который вроде бы посвящен тому, что мир катится к чертям, но в его основе еще один подкол, на этот раз в адрес селебрити, которые любят извиняться по любому поводу.
Лучшие моменты альбома, тем не менее, не спорят с «brat», а продолжают его генеральную линию — рассуждения об искренности и уязвимости. В «Iʼm Afraid» певица признается, что от многого бежит и ей было страшно даже перед собственной свадьбой. В сингле «Camera» она рассуждает о своих небольших ролях в независимом кино — и о том, как актерство позволяет насладиться моментом (ведь только перед объективом ты можешь изобразить не надоевшего себя, а кого-то другого).
Трогательный финал альбома — композиция «Magic Metal Montana» пересекается с «So I» из «brat». Та песня рассказывала о продюсерке Софи, погибшей в 2021 году; в ней Чарли говорила своей вдохновительнице то, что не успела. «Magic Metal Montana» — признание в любви другу, который все еще рядом, речь о продюсере Эй Джи Куке. Трудно представить себе другого поп-исполнителя, который бы спел своему постоянному соавтору «без тебя я был бы никем».
А завершающая «No One Lasts Forever», записанная при участии классика жанрового кино Дэвида Кроненберга, и вовсе выводит «Music, Fashion, Film» на более экзистенциальный уровень. В ней певица размышляет о внезапном осознании смертности, а кинематографист рассказывает, как несчастный случай заставил его задуматься о ценности жизни как таковой, а вовсе не о творчестве.
Впрочем, вечные темы встречаются на пластинке и раньше: даже дурашливая «2007» о просмотре тиктоков заканчивается размышлениями о месте художника в вечности: «Ты — то, что я хочу чувствовать (Я могу вознести тебя на небеса, будто сейчас 2007-й). Дико хочу чувствовать это (Поп-звезда в моей спальне, будто сейчас 2007-й)».
Разница между образом и реальностью, эго и его неизбежная смерть, творчество как один из методов избегания реальности — все эти темы и составляют, пожалуй, самый взрослый альбом певицы. Даже после самой прекрасной вечеринки наступает похмелье — и суровую действительность Чарли принимает с достоинством.
Артем Макарский