«Если все удастся, резкие движения будут не нужны. А если нет, мы будем готовы их совершить» Фрагмент книги «Куда дрейфуют диктатуры?» Константина Гаазе о том, как российские власти тщательно готовились к вторжению в Крым в 2014 году
«Куда дрейфуют диктатуры?» — новая книга социолога Константина Гаазе. Она рассказывает об исторической эволюции российской автократии, закономерным итогом которой стало полномасштабное вторжение в соседнюю страну — в Украину. Одна из глав этого историко-социологического исследования посвящена действиям России на украинском направлении — от газовых войн середины 2000-х до аннексии Крыма в 2014-м. «Медуза» публикует фрагмент о том, как российские власти готовились к захвату полуострова (с незначительными сокращениями).
Купить книгу Константина Гаазе «Куда дрейфуют диктатуры? Российская автократия и вторжение в Украину» можно по ссылке.
21 ноября 2012 года в Кремле состоялось расширенное заседание Совета безопасности, посвященное защите национальных интересов России после вступления в ВТО. Кроме членов совета на заседание позвали министров и кремлевских начальников. Ближе к концу разговора, когда основные докладчики уже все рассказали об успехах России в рамках переговорного процесса, дело дошло до обсуждения отношений с Украиной в новых условиях.
Премьер Медведев посетовал, что партнеры по Таможенному союзу и Украина «постоянно просят нас о поддержке, которая зачастую противоречит нашим обязательствам по ВТО». Этого не надо делать, убеждал Медведев, «они благодарными не будут». Путин его не поддержал. Он для начала похвалил себя: «Уровень таможенной защиты [России] в три раза выше, чем уровень таможенной защиты, который выговорила для себя Украина при вступлении в ВТО, в три раза. Понимаете, это просто большой успех нашей предвыборной команды». А потом объяснил, что дело не в цинизме соседей. Он, Путин, хочет интеграции и верит в нее в конце 2012 года, как хотел и верил в 2004-м. Но совершенно непонятно, возможно ли это теперь: «Мы сейчас ведем с ними [Украиной. — Прим. автора] достаточно тяжелые переговоры по возможному присоединению к Единому экономическому пространству, к Таможенному союзу. Я, честно говоря, даже не знаю, как это делать, даже если они захотят. Даже если они захотят, вот как, на каких условиях? Беда на самом деле».
25 февраля 2013 года в Брюсселе состоялся саммит «Украина — ЕС». На нем президент Европейского совета Херман ван Ромпей и президент Европейской комиссии Жозе Мануэль Баррозу объяснили президенту Украины Виктору Януковичу, что нет никакого уникального украинского пути — и в ЕС, и в Таможенный союз. Или — или. «Нужно четко сказать, что нельзя одновременно быть членом Таможенного союза и иметь углубленную зону свободной торговли с Европейским союзом. Это невозможно», — заявил на брифинге после завершения саммита Баррозу.
Но Янукович попытался добиться невозможного. 4 марта он прилетел к Путину в «Завидово». Путин в своих комментариях для прессы перед встречей постарался ничего не говорить про Таможенный союз. Янукович начал первым: «…Остались традиционные вопросы, которые нужно нам с вами рассмотреть, определить порядок развития экономической интеграции, сотрудничества Украины с Таможенным союзом, потому что негативные процессы развиваются с двух сторон, идут изъятия — меня это не радует». В ответ Путин как будто извинился: «Виктор Федорович затронул инициативно эту тему». А потом объяснил, что интеграция внутри Таможенного союза не стоит на месте: «Чем мы плотнее работаем с Казахстаном и Белоруссией, тем сложнее Украине выходить на наши рынки со своими традиционными товарами… С 2015 года у нас движение рабочей силы будет ограничено из других стран, кроме Таможенного союза».
В закрытой части встречи Янукович предложил дать Украине еще немного времени за счет предоставления особого статуса наблюдателя в Таможенном союзе. Это позволило бы России не ужесточать защиту рынков, а Украине — снова заморозить переговоры с ЕС и вместе поискать приемлемое решение. Янукович предложил также очень постараться и совместно по формуле «три плюс один» подписать соглашение о зоне свободной торговли между ЕС, Украиной и Таможенным союзом до наступления 2015 года. И намекнул Путину, что сможет договориться об этом с Брюсселем. 21 марта в Москву прилетел Баррозу. Во время разговора с Путиным Баррозу объяснил, что такая конструкция невозможна даже гипотетически. Соглашение между Украиной и ЕС и возможное когда-либо в будущем соглашение между ЕС и Таможенным союзом о зоне свободной торговли — это совершенно разные вещи. ЕС очень хочет говорить с Таможенным союзом о зоне свободной торговли, но это другой разговор.
Баррозу предложил Путину сделку. У Януковича в 2015 году выборы. Давайте поможем ему переизбраться вместе. Россия не будет мешать подписанию Соглашения об ассоциации и вместе с ЕС сгладит для Украины трудности этого перехода. На опыте работы с Украиной как частью европейской зоны свободной торговли ЕС и Россия поймут, как им взаимодействовать. А в канун выборов в Украине в 2015 году действительно попробуют подписать соглашение о зоне свободной торговли между двумя союзами — Европейским и Евразийским. Баррозу пытался объяснить Путину, что России выгодна именно такая Украина — европейская страна с симпатизирующим РФ лидером. Это уникальная возможность.
Решение о том, что за европейский выбор Украина заплатит Крымом, Путин принял на неделе с 21 по 28 марта 2013 года. Скорее всего, 23 марта, когда собрал в «Завидово» Совет безопасности, или днем позже. 23 марта на совещании Совбеза Шойгу, которого Путин осенью 2012 года перевел с поста губернатора Московской области на должность министра обороны, доложил, что военно-политическая обстановка в Европе меняется стремительно, интересы России и США столкнулись в Сирии, ЕС уже совершает ряд враждебных действий против РФ, нужно начать моделировать возможные конфликты на континенте. Члены Совбеза одобрили план Шойгу. Они в тот момент еще не знали, что это значило на самом деле.
Путину же Шойгу прямо объяснил, что хочет провести в 2013 году ряд учений по военному захвату Крыма. 29 марта Путин прилетел на первый этап этих учений в Анапу. Войска отрабатывали морское десантирование нескольких группировок на побережье Краснодарского края. Фактически они тренировались высаживаться с моря на крымское побережье. Шойгу гордо заявил, что учения прошли без предупреждения, по боевой тревоге, и «более или менее без огрех».
Переход Суркова с должности вице-премьера и руководителя аппарата правительства в Кремль весной 2013 года был бы слишком громким сигналом. Поэтому Путин с Сурковым легендировали его уход из правительства. Сурков якобы поспорил с Путиным о выполнении «майских указов» и демонстративно ушел в отставку 8 мая 2013 года. В реальности он получил от президента три месяца отпуска на отдых и приведение в порядок дел перед самым важным назначением в жизни.
Шойгу нужен был Путину, чтобы вселить уверенность в россиян — бывший министр-спасатель будет министром-победителем. Сурков — как самый лучший политический технолог в стране. К тому же Сурков с 2005 года поддерживал неформальные дружеские отношения с Януковичем. Сурков регулярно приглашал его на съезды «Единой России», даже когда Путин об этом забывал. И старался, насколько это было возможно с Януковичем, объяснять ему, как работают медиа, пропаганда и электоральная политика.
У идеи военного захвата Крыма из-за подписания Украиной Соглашения об ассоциации с ЕС не было военного или стратегического обоснования. В 2002 году Совбезом России была утверждена секретная доктрина об оккупации Крыма в случае присоединения Украины к НАТО. Она стала «ответом» на подписанную президентом Украины Леонидом Кучмой директиву о намерении Украины присоединиться к блоку. Российская доктрина предполагала в качестве триггера такие события, как заключение соглашений об использовании территории Крыма или Украины для размещения военных объектов НАТО или стран НАТО. Про ЕС в доктрине речь не шла. Поэтому аргументы, чтобы постоянные члены Совбеза разделили ответственность за решение о военном вторжении в Крым, появились у Путина только в феврале 2014 года.
Тем не менее он готовился к такому развитию событий с марта 2013 года. Одновременно весной 2013 года Путин начал планировать кампанию беспрецедентного давления на Украину с целью заставить Януковича отказаться от подписания Соглашения об ассоциации с ЕС. Путин принял два прямо противоположных решения, «уравновесив» одно другим. Мол, если все удастся, резкие движения будут не нужны. А если нет, мы будем готовы их совершить. Начался быстрый и почти неконтролируемый дрифт в сторону войны с Украиной.
31 мая Шойгу доложил Путину об итогах весенней кампании военных маневров, которая началась в Анапе в марте. Моделировалось нанесение ракетного удара по российским аэродромам в Крыму и на юге РФ только Украиной или Украиной и кем-то из ее потенциальных европейских союзников в ответ на российскую оккупацию Крыма. Путин спросил: «Охраняемый, защищаемый район ПВО, который вы изобразили, после вывода соответствующих сил и средств из Московского региона на юг страны, на полигон, — сколько по нему условный противник нанес ударов?» — «Если ракетами — одиннадцать», — доложил Шойгу. «Сколько перехватили?» — «Девять». — «В принципе, результат удовлетворительный».
28 июля Путин прилетел в Киев на празднование 1025-й годовщины Крещения Руси. Его выступление на конференции «Православно-славянские ценности — основа цивилизационного выбора Украины» свелось к перечислению успехов Украины в рамках единого государства с Россией. В Украине после 1861 года «за два десятилетия добыча угля увеличилась в 13 раз — понимаете, это не о процентах идет речь, в 13 раз. Добыча железной руды — прошу внимания — в 158 раз!» А все почему? Потому что Украина была частью империи.
В начале августа российская таможня внесла всех украинских экспортеров в список «повышенного риска». На границе случился коллапс. Федерация работодателей Украины забила тревогу, потери до конца года могли составить до 2 миллиардов долларов. Янукович позвонил Путину 16 августа, тот сказал, что не в курсе и что это безобразие. 20 августа российская таможня перестала мучить самых крупных экспортеров, металлургов, заново взвешивая на границе каждый вагон. В российском посольстве в Киеве спокойно объяснили, что это была репетиция перед подписанием Украиной Соглашения об ассоциации с ЕС.
В середине августа в Украину с частным визитом приехал Владислав Сурков. На встречах с украинскими политиками и предпринимателями он говорил, что в Кремле будет заниматься Украиной. И теперь острые конфликтные вопросы, в том числе делового характера, можно и нужно обсуждать с ним. 30 августа Янукович впервые с марта поговорил с украинскими журналистами. Он заявил, что Европа — это приоритет, но он найдет способы взаимодействовать и с Таможенным союзом.
Идею Баррозу о том, что Украина — это уникальный мост между Европой и Россией, в сентябре 2013 года повторил бывший председатель Еврокомиссии Романо Проди во время заседания Валдайского клуба. Путин ответил ему подробно и в очень неприятной манере. «Так было угодно истории», «так судьбе было угодно», что Украина теперь — независимое государство. Украинская культура и язык «имеют замечательные особенности», которые он, Путин, очень любит, «мне нравится все это». Но мы — один народ. И хотя вопрос, куда идти — в ЕС или в ТС, дело Украины, мы, Таможенный союз, предлагаем реальные вещи, Украина получит минимум 9 миллиардов долларов «не минусом, а плюсом». «В чем преимущество присоединения к ассоциации с Евросоюзом? Открытие рынков? Ну да, это делает экономику более либеральной. Сможет ли справиться с таким либерализмом сама украинская экономика, я не знаю», — закончил Путин.
20 сентября Путин подписал указ о назначении Суркова своим помощником. Пресс-секретарь президента сказал, что Сурков будет заниматься только Абхазией и Южной Осетией, но в газетах уже написали, что Сурков будет заниматься Украиной. 26 сентября 2013 года Путин на военных учениях «Запад-2013» в Беларуси и Калининградской области РФ посвятил в свои планы, в самых общих чертах, президента Беларуси Александра Лукашенко. Путин объяснил, что легенда этих учений, войска двух стран совместно отражали высадку морского десанта, связана с Крымом: отрабатывается отражение попытки НАТО захватить полуостров после введения туда дополнительного российского контингента.
В течение осени Янукович несколько раз летал к Путину на один вечер — поужинать и поговорить. Без свидетелей, протокола, стенограмм и пресс-релизов. Один такой ужин точно состоялся 27 октября 2013 года. За два дня до этого Путин, выступая в Минске на пресс-конференции после заседания Высшего Евразийского экономического совета, поставил точку в вопросе, может ли Россия дружить с Украиной экономически, если Украина все-таки подпишет Соглашение об ассоциации с ЕС: «Нет, невозможно. Невозможно это потому, что в рамках этой ассоциации предполагается создание зоны свободной торговли между Евросоюзом и Украиной». Янукович прилетел в Сочи прояснить это самое «невозможно» и якобы начал в лоб спрашивать у Путина, как тот хочет, чтобы он, Янукович, поступил.
Следующий ужин случился 9 ноября, о нем кремлевская пресс-служба сообщила лишь постфактум и вынужденно. На сайте Кремля упоминаний о нем нет. Как пишет украинская журналистка Соня Кошкина, «на протяжении второй половины октября и первой половины ноября Янукович минимум трижды встречался с президентом России Владимиром Путиным… По неофициальным данным, одна из таких встреч состоялась в подмосковном бункере, полностью защищенном от какой-либо „прослушки“». Это и была встреча в субботу, 9 ноября. На ней Путин впервые раскрыл карты перед Януковичем, о чем тот позже несколько путано рассказал министру иностранных дел Польши Радеку Сикорскому.
Путин объяснил Януковичу, что Россия не может рисковать Крымом и своим Черноморским флотом по военно-политическим соображениям. Сегодня ассоциация с ЕС — завтра НАТО. Логика хромала, но смысл угрозы был понятен. У президента РФ было несколько условий. Украина юридически замораживает процесс подписания Соглашения с ЕС. Затем в обмен на огромный пакет экономической помощи, включающий кредит, скидки на газ и допуск украинских труб в Россию, не позднее весны 2014 года Киев подписывает соглашение об ассоциации с Таможенным союзом. Янукович жестко подавляет любые возможные протесты в Украине, причем координировать борьбу с оппозицией и сторонниками евроинтеграции внутри Украины, в том числе непосредственно взаимодействовать с украинскими силовиками, будет Сурков, чтобы не получился новый Майдан. Янукович или соглашается, или отказывается. В случае отказа Путин вынужден будет в конце ноября отдать приказ о захвате Крыма.
Янукович согласился. 21 ноября 2013 года премьер Азаров подписал Распоряжение № 905-р Кабинета министров Украины, которым останавливались все действия по евроинтеграции. Той же ночью в Киеве начался Майдан. 1 декабря Янукович начал вывозить из своей резиденции в Межигорье деньги и ценности.
Если верить нашей теории, можно смело сказать, что оба московских сценария будущего — Янукович заставляет Украину согласиться с условиями Путина, или у него ничего не получается и Путин вводит войска в Крым с целью его оккупации и аннексии — работали одновременно, ухудшая возможные исходы друг друга в процессе совместной реализации. Януковичу из Москвы помогали так, что власти в его руках становилось все меньше, а крови на киевских улицах — все больше. При этом аргументы за вторжение в Крым становились все более убедительными.
Пакет предложений, которыми Путин 17 декабря 2013 года порадовал в Москве Януковича: открытие границы, снятие ограничений на поставку стальных труб, скидка на газ — 268,5 доллара за тысячу кубов вместо 400 долларов — и межгосударственный кредит в 15 миллиардов долларов, — буквально повторял пакет предложений, который Путин обещал Ющенко в конце 2005 года в обмен на управление украинскими газопроводами. Восемь лет спустя Путин разыгрывал ту же последовательность событий, чтобы снова получить отказ, снова почувствовать себя обиженным и наконец применить не экономическую, а военную силу.
Антропологам давно известно, что большие подарки — это не только утверждение мощи своего коллектива, но и попытка сделать одариваемый коллектив должным. «Отказаться дать, пригласить, так же как и отказаться взять, тождественно объявлению войны; это значит отказаться от союза и объединения», — пишет Марсель Мосс в эссе «Опыт о даре». Таким образом, одаривающий в первую очередь создает нарратив для себя, а не для одариваемого.
В пропагандистском фильме «Путь на родину» о вторжении в Крым Путин рассказывал, что Янукович, сбежав 21 или 22 февраля 2014 года из Киева, попросил россиян о помощи — якобы его кортеж по дороге из Харькова в Донецк обстреляли или должны были обстрелять. Путин выслал за ним вертолетную группу, которая эвакуировала Януковича в РФ с крымского берега. После этого, по словам Путина, Янукович сам решил вернуться в Крым.
Среди бывших российских высокопоставленных силовиков ходит другая версия этих событий. 22 февраля 2014 года в Харьков прибыл кортеж машин из России, через охрану Януковича президенту Украины передали просьбу пройти в одну из машин, чтобы воспользоваться российской спецсвязью и переговорить с Путиным. Когда Янукович сел в микроавтобус, кортеж рванул с места. И вот за этим кортежем действительно гнались и даже несколько раз пытались обстрелять, но не «бандеровцы», а охрана самого Януковича. Звучит эта версия довольно убедительно.
В середине февраля 2014 года Сурков после командировки в Крым сообщил Путину, что само по себе отделение Крыма от Украины не начнется: «Если мы не вмешаемся, ничего не будет». Поэтому необходимо было в последний раз поменять в Крыму власть по украинским законам, чтобы потом разыграть аннексию с плебисцитом без всяких законов вообще, опираясь на эту местную «власть». А для этого Путину нужна была подпись Януковича как президента. По конституции Крыма, принятой в 1992 году, Верховная рада полуострова назначает своего премьера «по согласованию с президентом Украины». Поэтому Путин сначала спас или похитил Януковича, а потом отправил его назад. И только после того, как Янукович 27 февраля 2014 года подписал нужную Москве бумажку, утвердившую кандидатуру Сергея Аксенова, Путин вернул бывшего президента Украины в РФ.
«Медуза»