Перейти к материалам
разбор

Создатели «ЭпиВакКороны» опубликовали первую научную статью. Не в The Lancet, а в малоизвестном российском журнале В статье много странностей — мы обсудили их с экспертами

Источник: Meduza
Влад Некрасов / Коммерсантъ

25 марта в журнале «Инфекция и иммунитет» вышла первая рецензируемая научная статья о вакцине «ЭпиВакКорона» новосибирского научного центра «Вектор». Несмотря на то, что вакцина была зарегистрирована Минздравом еще в октябре и уже активно производится, до сих пор все публичные данные о ней ограничивались лишь заявлениями на сайте Роспотребнадзора, которому подчиняется «Вектор», двумя патентами и несколькими интервью разработчиков, в том числе недавно вышедшими на «Медузе». В разговоре с нами разработчик и первый автор нынешней статьи Александр Рыжиков и заместитель гендиректора центра «Вектор» Татьяна Непомнящих обещали появление первой полноценной статьи про вакцину со дня на день — так оно и произошло. Однако статья, вопреки ожиданиям и февральским заявлениям самого Роспотребнадзора, появилась далеко не в The Lancet или The New England Journal of Medicine, а в малоизвестном российском издании «Инфекция и иммунитет». Мы ее прочитали и попросили экспертов прокомментировать публикацию.

Что стало известно из статьи?

В статье новосибирских ученых приводятся результаты первой и второй фаз исследования вакцины. В них оценивается краткосрочная безопасность, наличие и частота нежелательных явлений, а также иммуногенность — то есть способность вакцины провоцировать реакцию иммунитета. Эффективность — собственно, способность защищать от заболевания или инфекции вирусом — в ней не описана. Этому посвящено другое исследование — оно пока продолжается, в нем участвуют три тысяч человек.

Исследование, о котором идет речь в статье, состояло из двух фаз. На первом этапе прививку сделали 14 добровольцам, после чего авторы наблюдали за аллергическими и другими нежелательными реакциями. На втором этапе 86 добровольцев поделили на две равные группы, участники которых получали либо вакцину, либо плацебо — в этом случае исследователи отслеживали не только частоту нежелательных явлений, но и наличие иммунного ответа в форме выработки антител.

Побочек почти ни у кого из участников исследования не обнаружилось: только боль в месте укола, причем с довольно низкой частотой — при первой вакцинации она проявилась у четырех (9,3%), при второй — у двух (4,7%) человек. Системных реакций, вроде повышения температуры, исследователи не зафиксировали.

Существенно более интересна часть, посвященная не безопасности, а тому, как взаимодействует вакцина с иммунитетом. Статья вышла на фоне публикации открытого письма участников гражданской вакцинации, в котором группа энтузиастов, получивших вакцину в рамках клинического исследования, просит Минздрав провести независимое от Роспотребнадзора исследование «ЭпиВакКороны». Дело в том, что они обратились в независимые лаборатории, чтобы проверить заявления разработчиков о выработке общих и нейтрализующих антител к коронавирусу, — и, согласно полученным результатам, общие антитела обнаруживаются лишь у доли добровольцев, которая гораздо меньше ожидаемой, а нейтрализующих антител не образовалось вовсе.

В статье впервые приведены данные как по общим, так и по нейтрализующим антителам, однако в них есть множество странностей. Например, использован не особый тест на антитела, который был рекомендован самим Роспотребнадзором (тесты из независимых лабораторий, судя по исследованиям энтузиастов, просто не показывают их выработку), а два других — про один из которых вообще ничего не известно.

Что важнее, данные по нейтрализующим антителам начинаются лишь с 35-го дня вакцинации. Что с ними происходило до этого — не ясно. Это тем более удивительно, что даже в группе, получившей плацебо, нейтрализующие антитела все равно обнаруживаются — их среднегеометрический титр, конечно, меньше, чем в группе вакцинированных, но всего в пять раз — у получивших вакцину он составляет 1:48, а у невакцинированных — 1:10. Группа плацебо интересна еще и тем, что по непонятной причине титр общих антител в ней на протяжении эксперимента падает — авторы не предлагают никакого объяснения этому факту. Некоторый небольшой «фоновый» уровень в этом случае может объясняться несовершенством теста, но совершенно не понятно, почему фон со временем меняется.

Есть еще несколько моментов:

  • В статье описан случай заболевания коронавирусом у добровольца, который получил вакцину, а не плацебо, причем заболевание было зафиксировано на 47-й день после вакцинации. Это, конечно, ничего не говорит об эффективности вакцины, но в столь малой выборке обращает на себя внимание.
  • Другие компоненты иммунитета помимо антител — то есть Т-клеточный ответ, цитокины и так далее — разработчики активно обсуждают, но никаких данных по ним в статье нет. Это сильно отличает публикацию от аналогичной публикации по «Спутнику V» и всем остальным противокоронавирусным вакцинам.
  • В статье есть явные опечатки: например, вместо группы плацебо на схеме присутствуют две группы вакцинированных, а при описании методов анализа антител неожиданно появляется «сыворотка иммунизированных животных», а не людей.
Читайте также

Вы ею сами прививались? И почему после этой вакцины так мало антител? Жителей России начали прививать «ЭпиВакКороной». «Медуза» задала главные вопросы об этой вакцине ее разработчику и производителю

Читайте также

Вы ею сами прививались? И почему после этой вакцины так мало антител? Жителей России начали прививать «ЭпиВакКороной». «Медуза» задала главные вопросы об этой вакцине ее разработчику и производителю

Что это за журнал?

Первая статья об «ЭпиВакКороне» вышла в малоцитируемом российском журнале «Инфекция и иммунитет». С чем связано такое решение, не ясно: 10 февраля пресс-служба Роспотребнадзора сообщала о том, что результаты первой и второй фаз клинических испытаний были направлены на рецензию в западные научные журналы. Более того, тогда в Роспотребнадзоре подчеркнули, что до выхода международных публикаций обнародование результатов в русскоязычных научных изданиях не представляется «целесообразным» из-за «эксклюзивности и значимости для широкого круга потенциально заинтересованных лиц».

«Инфекция и иммунитет» — это журнал, редакция которого находится в Санкт-Петербурге, его учредителями являются Российская академия медицинских наук и Институт Пастера. Институт Пастера сам, как и «Вектор», входит в сеть институтов Роспотребнадзора. Импакт-фактор журнала — метрика, которая показывает степень цитируемости опубликованных в нем статей, то есть его вес в научном сообществе, — составляет 0,676. Для сравнения: соответствующий показатель самого цитируемого российского журнала, «Успехи химии», составляет 7,17, а журнала The Lancet, в котором опубликованы оба исследования «Спутника V», — 60,39.

Обычно исследователи стараются опубликоваться в наиболее влиятельном журнале среди тех, что подходят по тематике, так как это позволяет привлечь максимальное внимание коллег по всему миру. При этом чем выше импакт-фактор журнала, тем в среднем строже процедура экспертизы работы независимыми рецензентами. Согласно выходным данным статьи об «ЭпиВаке», рукопись поступила в редакцию 4 марта и прошла рецензирование очень быстро, менее чем за две недели, 17 марта.

Что говорят эксперты и участники исследования?

Константин Северинов, профессор Сколтеха и Ратгерского университета, молекулярный биолог

Статья вышла в российском журнале, что сильно отличает этот результат от того, что было со «Спутником V», по которому было две статьи в старейшем и, наверное, лучшем профильном журнале [The Lancet]. Этот журнал, как я понимаю, подведомствен Роспотребнадзору. Ему же подведомствен и «Вектор», который делает вакцину, что создает некоторые проблемы [с возможным конфликтом интересов]. Пока это лишь результаты первой и второй совмещенных клинических стадий, где продемонстрирована безопасность препарата и показано, что у него есть иммуногенность — то есть вроде как [при вакцинации] возникают антитела. Но антитела эти очень специфические, которые нужно тестировать с помощью особого теста, который производит «Вектор». Учитывая, что информация о пептидах, которые используются при производстве «ЭпиВакКороны», [в статье не приведена и] неизвестна точно, получается, что никто не сможет воспроизвести эти результаты. Никаких данных об эффективности нет. В этом смысле ситуация, когда «ЭпиВакКорона» находится в гражданском обороте и люди уже получают эту вакцину и начинают вести себя так, как будто они уже вакцинированы, на мой взгляд, недопустима.

Что касается самостоятельного исследования участников вакцинации, то это называется вполне респектабельным термином «гражданская наука» — наука, которой в России недостаточно и которая должна развиваться. Люди имеют право знать, чем их вакцинируют, имеют право выбирать между разными вакцинами — а для этого нужно иметь возможность их сравнить. Если Роспотребнадзор, который является регулятором в нашей стране, не удосужился для трех российских вакцин — «Спутника V», «ЭпиВакКороны» и «КовиВака» — сделать какое-то исследование, где можно было бы их напрямую сравнить, то люди имеют право сделать это самостоятельно. Коль скоро эту вакцину предлагают как некое «мягкое» (что бы это ни значило) средство для пожилых людей, хотелось бы знать, что привитые этой вакциной пожилые люди действительно будут защищены. Поэтому такого рода волонтерство, я считаю, прекрасно.

Дмитрий Кулиш, профессор Сколтеха, эксперт по развитию фармацевтического бизнеса

Главное новое, что мы можем из этой статьи извлечь, следующее. Мы не могли понять, почему же руководители страны говорят, что у «ЭпиВакКороны» 100%-ная сероконверсия, а гражданская группа испытателей этих 100% не видит. Теперь из этой статьи становится понятно, что результаты иммуногенности были заявлены по данным некоего «секретного теста» «Вектора». Который прямо-таки демонстративно в статье не описан, что у меня, например, вызывает дикое негодование! Когда в главе «Материалы и методы» не описывается тест, с помощью которого получен первый и главный результат статьи, для науки это нонсенс.

Еще одна проблема статьи в том, что, показывая по этому «секретному тесту» результаты по вакцинированным, авторы не показывают аналогичных результатов по переболевшим. А это важнейшая информация: потому что если их секретный тест не видит переболевших, это автоматически означает, что во время вакцинации авторы выращивают в людях иммунный ответ на какую-то ерунду, которая вовсе не имеет отношения к заболеванию. Мы не можем утверждать, что именно так и происходит, — но без такой информации статью выпускать просто нельзя.

Денис Лагуткин, участник клинического исследования «ЭпиВакКороны», молекулярный биолог

Из этой статьи мы почти ничего нового не узнали — все так, как ожидалось. Есть ощущение, что статья вообще не рецензировалась, что неудивительно, учитывая, что это журнал роспотребнадзоровского НИИ Пастера. Например, в ней говорится про людей, а в материалах и методах тем временем попадается «sera of animals» («сыворотка иммунизированных животных»). Но это все мелочи, основная проблема — это нейтрализация вируса на клетках Vero. У меня нет разумного объяснения, как минимум в четырех лабораториях [в которые обратились участники клинических исследований] был получен четко отрицательный результат на всех образцах (в сумме порядка 60 образцов), а у авторов в статье якобы все [с нейтрализацией] отлично прошло.

Читайте также

Путин чем-то привился. А чем? И все ли российские вакцины так хороши, как говорит Песков?

4 карточки

Мы не сдаемся Потому что вы с нами

Александр Ершов

Реклама