Перейти к материалам
истории

«У всех лидирует порносайт, а у нас — сайт с анекдотами» Интервью создателя Анекдот.ru Дмитрия Вернера — о том, как 24 года назад он запустил сайт, ради которого потом оставил астрофизику и вернулся в Россию

Источник: Meduza
Алексей Лощилов для «Медузы»

Сайт Анекдот.ru — старейший в рунете, 8 ноября ему исполнилось 24 года. Сервис с анекдотами и веселыми житейскими историями создал и до сих пор ведет Дмитрий Вернер — бывший астрофизик, который ради этого проекта вернулся в Россию из США и полностью изменил свою жизнь. Анекдот.ru стал первым ежедневно обновляемым сайтом в рунете, а также первым ресурсом только на русском языке. До запуска российских онлайн-СМИ сайт Вернера был еще и самым посещаемым в российском интернете. С Вернером как с одним из пионеров рунета поговорил журналист Андрей Лошак — специально для своего сериала «Холивар», вышедшем на ютьюб-канале «Настоящего времени». С разрешения автора «Медуза» публикует его полное интервью — о научной работе, выкупе сервиса и особой любви россиян к анекдотам.

— Как вы вообще познакомились с интернетом?

— Поскольку я по специальности астрофизик-теоретик, я с 1990 года работал по контрактам в разных странах. Сначала два года в Германии, потом два года в Голландии в Гронингене и в 1994 году я переехал в Америку. И фактически с вебом, то есть с интернетом, я был знаком с самого его зарождения — с 1993 года, с самых первых версий браузера Mosaic. Я видел все это, как это рождалось, и это было очень удивительное такое, вдохновляющее зрелище. Но все эти годы для меня компьютер был чисто рабочим англоязычным инструментом.

— Для научной переписки?

— Для научной переписки, написания статей. Это очень сильно изменило научный мир, потому что стала возможна работа удаленная. Можно было писать статьи с коллегами, которые находились за океаном, например, и моментально переписываться по электронной почте, пересылать какие-то рисунки и так далее. Но это все было на английском языке.

В 1994 году в Штатах я нашел такой сайт, он назывался «Внуки Даждьбога» («Dazhdbog grandsons»). Его делал Сергей Наумов, аспирант одного из американских университетов. И там были инструкции, как русифицировать компьютер, юниксовскую рабочую станцию. Я русифицировал, это был полный восторг: через четыре года жизни за границей я вдруг в компьютере увидел русские слова. И русский интернет был очень маленький тогда, очень.

«Холивар. История рунета», первая серия.
Настоящее Время. Док

Была такая новостная группа — relcom.humor. Новостные группы — это когда ты посылаешь имейл и его видят все подписчики этой группы. И там люди обменивались анекдотами, очень часто они повторялись. Я любил анекдоты и думал: а почему никто не сделает сайт, где бы анекдоты эти были без повторов, только новые? А потом, в сентябре 1995 года, я понял, что HTML — это очень просто. Я сделал сначала профессиональный свой сайт на английском «Атомные данные для астрофизики», а через два месяца, 8 ноября 1995 года, 24 года назад, выложил первый выпуск анекдотов. Так сразу же и назвал — «Анекдоты из России». Выложил этот первый выпуск и с тех пор стал это делать ежедневно. И делаю до сих пор каждый день. Тогда это было только хобби, увлечение, никаких не было планов, я делал это для удовольствия. Но оказалось, что это первый русский сайт, который обновляется ежедневно.

— До этого обновляемых сайтов вообще не было?

— Не было русских сайтов. Вторым был «Вечерний Интернет» Антона Носика. Он появился в декабре 1996 года, то есть более года «Анекдоты из России» были единственным ежедневно обновляющимся русским сайтом. И еще одна важная вещь. Русский интернет тогда был маленький, и все сайты имели англоязычную составляющую, не было сайтов только на русском языке. А я с самого начала решил, что у меня на сайте не будет ни слова по-английски, только на русском. И потом я выяснил, что да, это был еще и первый сайт, у которого не было английской части. Первый чисто русский сайт.

— Насколько я понимаю, этот ресурс мгновенно стал очень популярным. Как вы почувствовали вдруг, что на вас сваливается эта популярность?

— Не мгновенно. То есть сначала я особо никому и не рассказывал, послал ссылку на этот сайт только нескольким своим друзьям. И сразу выяснилось, что даже в таком, казалось бы, близком кругу, у всех абсолютно разные вкусы — одним нравятся одни анекдоты, другим — другие. И тогда я и принял решение, что я собираю все, не делаю никакого отбора.

В марте 1996 года была такая страничка Алекса Фарбера из Германии, она называлась «Русская литература в Интернете», и там были ссылки на какие-то русские тексты. И он вывесил у себя призыв: «Если у вас на сайте есть хоть слово по-русски, пришлите мне ссылку». Я ему прислал ссылку, ему очень понравилось. Он поставил ссылку [у себя на сайте], абсолютно на добровольной основе, никаких коммерческих отношений не было — поставил на первой странице, ко мне стало ходить не пять человек в день, а сто. И уже к осени 1996 года было не сто, а тысяча человек в день — по тем временам это было очень много.

В 1997 году появился «Ramblerʼs TOP-100», эта пузомерка интернетовская, и Леонид Делицын, тоже один из классиков русского интернета, который делал конкурс «Тенета», мне написал письмо: «Дима, а поставь счетчик. У тебя же крутой сайт». Я поставил счетчик, и оказалось, что я очень быстро вышел на первое место среди вообще всех сайтов. Тогда же еще не было новостных ресурсов. И в этой категории «Все сайты» я был первым почти полтора года. В августе 1998 года на первое место на волне кризиса вышел РБК, который публиковал финансовую информацию, оперативные люди туда часто заходили. Потом появилась Газета.ru, появились нормальные интернет-СМИ, но в 1997-1998-м годах был огромный перекос.

У меня даже спрашивали, а что это за феномен такой, русские анекдоты? Ведь ни в испанском интернете, ни французском — нигде сайт шуток не выходит на первое место. Почему? Какое значение для русских это все имеет? Что это вообще такое?

Дмитрий Вернер в Лондоне, 1996 год
Архив Дмитрия Вернера

— Действительно, почему анекдоты [в России стали такими популярными], как вы думаете?

— Есть что-то, что наших людей затрагивает. Анекдот — это способ выразить отношение к миру, на самом деле. Мы хотим через юмор как-то отреагировать на то, что происходит, это важно для русских людей.

— Как меняются анекдоты? Мне кажется, что их рассказывают меньше.

— Нет, анекдотов стало больше, но они стали… Представляете, сколько раньше было анекдотов, скажем, в советское время? Вы за месяц, может быть, узнавали 2-3-5 новых анекдотов. За месяц. 50 в год — это уже невероятное количество было. А сейчас у меня каждый день выходит по 20 новых анекдотов в течение многих лет. Конечно, большинство из них — это не настоящие анекдоты, это попытки анекдотов, но лучшие из них все равно уходят в фольклор, остаются.

Например, то, что люди реагируют на любое злободневное событие, это уже тоже не совсем классический анекдот, это какое-то, может быть, даже саркастическое высказывание. Иногда мне присылают прямые открытые какие-то политические высказывания, потому что это сайт без цензуры — «публикуется все, что присылается». Есть только сортировка: есть основной выпуск, есть остальные, где тексты похуже, и есть всякая всячина, где уже полный трэш и угар. Есть повторные еще. Я ежедневно все это сортирую на четыре разных типа, все эти анекдоты, а в день присылают штук по сто.

— Если проследить с 1990-х по 2010-е, за эти 20 лет, как меняются анекдоты?

— Интернет — это как новая форма коммуникации, она изменила [все]. Раньше анекдот нужно было рассказать, и в первую очередь его нужно было запомнить. Значит, что-то в нем должно быть, чтобы легко запоминалось, легко пересказывалось. Теперь, когда появилась возможность все это пересылать одним кликом, уже не обязательно запоминать анекдот. Скажем, в начале 2000-х были очень популярны списочные анекдоты: «Десять причин, чем пиво лучше женщины» и так далее. Их пересказывать невозможно, а читать их можно.

— Вернемся в 1990-е. Вы астрофизик, сидите себе в Америке и занимаетесь, как я понимаю, вполне академической, научной деятельностью?

— Да, вполне академической и достаточно успешно. Я сначала был три года постдоком, потом стал ресерч-профессором, то есть у меня была хорошая профессорская зарплата. И я вышел на первое место в этом самом [топе Рамблера], а денег это не приносило никаких, но голову занимало все больше. Я стал замечать, что я все больше думаю о сайте и все меньше думаю об астрофизике. И в мае 1997 года у меня был такой душевный кризис, я решил, что нет, я на первом месте, и пора завязывать. В то время сайт уже переехал на «Чертовы Кулички» — развлекательный портал, который делал Валера Колпаков. И там «Анекдоты из России» были главным трафик-генератором, они были как отдельная страница, но доменное имя было — kulichki.net. И я сказал Валере, что все, я устал, я ухожу, что я этот проект завершаю. Валера страшно расстроился.

Он рассказал знакомым, занимающимся интернетом, что Вернер собрался уходить. Антон Борисович Носик тогда уже работал в «Ситилайн» и писал «Вечерний Интернет» каждый день. И он попросил «Ситилайн» пригласить Вернера. «Ситилайн» установил демпинговые цены на интернет, но для того, чтобы продавать интернет как можно больше, ему нужно было интернет наполнить содержанием.

Они пригласили меня, за деньги. Уже было жалко с таким проектом расставаться. И я согласился работать в «Ситилайн». И тут, конечно, такая была штука — я тогда абсолютно не понимал ценности доменного имени. Я считал, что я один раз переехал, другой раз переехал, третий раз, что если [вдруг случится] что, так я опять перееду. Поскольку проект я им не продавал, я переходил работать за зарплату редактором. Когда возник разговор о том, что надо передать им все права и весь архив, я сказал: «Давайте договоримся о цене. Я работал перед этим два года, стоимость этого архива такая-то». Я назвал очень смешную сумму, но они почему-то не захотели платить.

— Это десятки тысяч долларов или тысячи?

— Если точно вспоминать, это, по-моему, было 18 тысяч долларов, я назвал такую сумму. Но они не захотели это платить. Домен был у них и все права были у них, и Анекдот.ru с тех пор перепродавали несколько раз. Сайт все время рос в цене, он уже достиг высокой рыночной стоимости, я думал, что мне это уже принадлежать никогда не будет.

Если перескакивать через десятилетия, в 2014 году я, наконец, стал принципиальным владельцем Анекдот.ru (сервис несколько раз менял владельца, в итоге Вернер выкупил его у РБК — прим. «Медузы»), и теперь я хозяин, мне принадлежит 51%, а 34% — Артемию Лебедеву, который мне очень помог. И Антон Борисович Носик тоже очень сильно помог. Я тогда набрал денег, залез в долги, но 51% [сайта] теперь мой. К тому времени я уже жил здесь — в 2012 году купил билет в один конец. Потому что я хочу жить в Петербурге, это мой любимый город, и я себя здесь чувствую дома.

— Выкупив эту долю, в результате вы приобрели что-то в коммерческом смысле или пока нет? Как-то окупается это?

— Прошло четыре года и постепенно это отбивается, уже скоро мы перейдем на чистую прибыль, я надеюсь. Тут, конечно, зависит от посещаемости. Посещаемость сейчас — полтора миллиона уникальных пользователей в месяц, это довольно много. У сайта очень большой поисковый трафик. Если набрать слово «анекдот» в Google или Яндексе, «Анекдоты из России» будут на первом месте, поэтому много народа просто приходит по таким поисковым запросам. Но они как приходят, так и уходят. Он пришел, посмотрел: «Что это такое вообще? Я вообще не понимаю», и ушел. Так вот, надо как-то человека задержать на сайте, чтобы он остался, чтобы он почитал, чтоб ему захотелось еще раз прийти. И тут от такой редакторской работы очень много зависит. Когда-то на главной странице были только ссылки на разные выпуски. Сейчас уже на главной странице есть контент, чтобы человек пришел, сразу увидел лучший анекдот дня. Если понравится, значит, он еще раз придет.

— Вы один это делаете или у вас есть команда?

— Редакторскую работу я делаю один. Еще есть программист, совершенно прекрасный — Сергей Брундасов, который уже много лет работает на сайте. И системный администратор. Теперь появился новый рекламный агент. Такая небольшая команда единомышленников.

Я с гордостью всегда рассказываю, что у меня последний выходной был 31 мая 1997 года, с тех пор я не пропустил ни одного дня. В разных ситуациях — болезни, разные личные потери и так далее — я все равно каждый день делаю выпуски анекдотов уже более 20 лет. Встаю в 6:30 утра, чтобы к 9 утра было все готово. Иногда бывает и позже. Раньше с этим было хуже, иногда бывало, что я и до вечера задерживался, но все равно каждый день все делал. А сейчас я уже приучил [себя], если в 9 утра нового выпуска нет, это плохо. Есть же постоянное ядро посетителей, они вместе со мной эти 20 лет прошли.

— А семья?

— Мы с моей женой работали вместе, она тоже астрофизик. И она написала диссертацию, защитила ее в университете Торонто, где я год был визитирующим профессором из Кентукки. И конечно, ей хотелось, чтобы я занимался астрофизикой, а я ушел с головой в русский интернет. И в результате она осталась в Америке, а я вернулся в Россию. И сын живет в Америке, но он взрослый, работает.

Алексей Лощилов для «Медузы»

— Нет ностальгии по астрофизике, по научной деятельности? Или вы считаете, что все-таки это дело важнее и интереснее?

— В астрофизике я был вполне успешным человеком. Мы написали некоторые аналитические формулы. Обычное время жизни статьи — лет пять, потом ее перестают цитировать. А эта статья с аналитическими формулами, она цитируется уже 20 с лишним лет, с каждым годом все больше и больше, то есть эта статья была очень успешная.

Нет, ностальгии нет никакой совсем. Если бы для меня астрофизика была главным делом жизни, так я бы и не дергался, и я бы из Америки тогда не уезжал. Потому что, конечно, астрофизикой заниматься в Америке лучше, чем здесь. Это надо честно сказать, что там другие условия для занятия наукой.

— Сегодня, в октябре 2019 года, что отражают анекдоты? Как меняется их настроение?

— Из-за того, что на сайте нет цензуры и я публикую любые присылаемые анекдоты, есть достаточно сильное размежевание, и меня, конечно, атакуют с обеих сторон. Потому что есть люди, которые присылают анекдоты такой направленности провластной, антиамериканской, направленной против нынешних властей на Украине. С другой стороны, есть люди, которые присылают анекдоты либеральной направленности. Ровно противоположные.

И обе стороны говорят, что эти — «ольгинские тролли», все за деньги присылают, это пропутинские анекдоты, а Вернер все это публикует, потому что тоже ему за это платят. С другой стороны говорят: «Да нет, посмотрите, абсолютно русофобский сайт, на деньги госдепа существующий. Потому что побеждают в голосовании очень часто анекдоты, которые не то, что против власти, а против русского народа, русофобские анекдоты».

Но люди, которые на сайте уже много лет, понимают, что да, он публикует все. Я стараюсь не публиковать, когда это открытая какая-то ненависть — или только в рубрике всякая всячина, которую никто не читает. Есть запрещенная информация, которая входит в списки Роскомнадзора, время от времени я получаю предписания. Когда приходит, я удаляю [такие анекдоты].

Для меня был шок, когда первый раз пришло предписание от Роскомнадзора. Это уже было лет 10 назад, я еще в Америке жил. Писали, что на сайте размещен антисемитский текст, который разжигает ненависть к евреям. И очень быстро я выяснил, что это наш иммигрант из Нюрнберга прислал под одним ником, а под другим возмущался, какие русские — антисемиты, то есть это была провокация.

— В чем его особенность анекдотов настоящего момента?

— Конечно, политизированность. Было много таких волн политических — когда был первый майдан в 2004 году, выборы Ющенко, мне один из авторов анекдотов написал, что он видел майданистые анекдоты. А он был против, он был за союз с Россией. И он мне говорит: «Я понял, что с этим надо бороться». Он стал собирать и присылать [противоположные анекдоты], то есть он объявил свою войну против них на сайте. И тогда я даже делал специальные выпуски злободневных анекдотов, иногда их бывало по несколько десятков каждый день, без отбора. Потому я не должен вставать ни на чью сторону, я должен давать объективную картину.

Потом я понял, что это неправильно, потому что среди этих злободневных анекдотов иногда бывают действительно очень смешные, отличные шутки, а читает их из-за того, что там такой трэш и угар, очень мало народу. Поэтому с тех пор концепция изменилась, и я теперь ставлю у злободневных анекдотов специальную метку, но включаю их в основные выпуски, которые читает большинство людей. Те, кто устали от политики, могут читать по ссылке без политики — и анекдоты с этой меткой не видны. И наоборот, которым интересны только злободневные, могут читать выпуски злободневных. Так мы меняемся, отвечая на запросы времени.

— Политизированность анекдотов за эти годы падает или растет? Потому что политические анекдоты — это такая давняя советская традиция.

— Сейчас волна повышенной политизированности. Но по сути дела это не совсем даже анекдоты, люди пытаются как-то откликнуться, иногда это саркастическое высказывание какое-то. Мне кажется, что какое-то напряжение все-таки сейчас есть.

— То есть анекдот, несмотря на то, что юмор и смешно, все равно затрагивает очень много болезненных вещей?

— Да, и, конечно, это огромный материал для изучения. Я думаю, что и сам я, наверное, этим на пенсии займусь. Пока, когда ты живешь этой жизнью каждый день, сесть и писать книгу как-то рано еще, а материала накопилось, конечно, огромное количество. «Мир сквозь призму анекдотов» — мы же эту книгу когда-то начали писать вместе с Антоном Носиком. Но не хватило запала, и я тогда еще в Америке жил.

И, конечно, кроме анекдотов, это огромный раздел историй. Многие читатели считают, что истории самое главное на сайте, а совсем не анекдоты. Армейские, например. Один парень рядовой Калошин в части служил под Мурманском и давно родителям не писал. Стало стыдно, что, наверное, волнуются, что писем давно нет. А рядовой Хабибуллин пошел в увольнение в город. Он ему дал деньги и адрес, говорит: «Отправь телеграмму, мол, что я жив-здоров и скоро подробнее письмо напишу, что все в порядке». А через день у ворот части стояла перепуганная мама Калошина, она получила телеграмму: «Калошин жив. Подробности письмом. Хабибуллин». Это начало 1997 года.

И люди, увидев, что такое пользуется популярностью, стали присылать все больше и больше смешных историй из жизни. Я сначала делал воскресные выпуски раз в неделю, а потом они стали ежедневными. Потому что одно дело — разобрать 50 анекдотов, можно прочесть их за полчаса, другое — такие истории, многие из которых были длиннейшие.

— Вы вообще не бракуете? Например, если это не смешно, вы все равно публикуете?

— Сначала там действительно были только смешные истории, но тут же стали присылать истории трогательные, и они стали выигрывать голосования. А раз они выигрывают голосования и выходят на первые места, этого все больше и больше. И тут уже есть два огромных лагеря на сайте: одни считают, что истории должны быть только смешные, поскольку это «Анекдоты из России», другие говорят, что: «Нет, мы хотим все читать». Даже есть специальный термин, это такой сленг анекдотрушный, «мимоза». Была в 2003 году история про старика-ветерана и грубую продавщицу мимоз. Она такая, душещипательная. И теперь весь этот контент душещипательный у нас на сайте называют мимозами.

— А вы понимаете, занимаясь анекдотами, как они рождаются? Есть какие-то люди, которые их придумывают?

— Есть постоянные авторы, но у них коэффициент полезного действия невысок, потому что нельзя сесть и придумывать каждый день анекдоты, это невозможно. По сути дела, анекдоты рождаются из воздуха. Что-то смешное человек замечает, и он придумывает на этот счет анекдот. Потом анекдоты проходят обкатку. При следующих рассказах кто-то улучшает, кто-то ухудшает. Есть люди, которые дико ухудшают анекдоты, они даже хороший анекдот могут рассказать плохо. Потом анекдот приобретает каноническую форму, уже в этой форме он идет дальше.

Кроме авторов анекдотов есть и афористы, которые пишут афоризмы — это особый клан людей. Есть люди, которые пишут по несколько афоризмов каждый день, но путем случайного перебора слов. Иногда у них что-то получается очень смешно, но это абсолютно [случайно], они сами не понимают, когда смешно, когда нет.

Алексей Лощилов для «Медузы»

— Чем рунет 1990-х отличается от нынешнего?

— Было ощущение какой-то невероятной свободы, что есть белое чистое поле и ты можешь написать здесь все, что хочешь, создать какой угодно проект, быть первым и освоить эти новые территории. Дух захватывало от того, что все еще впереди и все еще можно делать.

— Понятно, что все люди смеются во всем мире, но что-то специфически национальное в этом есть, русское? Почему действительно у нас? Наверно, все-таки не случайно, что Анекдот.ru стали самым популярным сайтом. Кто-то мне говорил, что, тогда так шутили, что юмор — это русский секс.

— Да, это, кстати, Делицына, по-моему, выражение, что анекдоты — это русский секс. У всех лидирует порносайт, а у нас сайт с анекдотами. Причем в 1998, кажется, году был такой «Хитбокс», пузомерка. Туда профессиональные-то сайты не входили, но, тем не менее, туда входило огромное количество американских сайтов. И в категории «Развлечения» Анекдот.ru вышел на первое место, обогнав американские сайты. Про это даже заметка в «Известиях» была, что русские анекдоты всех опередили. Так что да, анекдоты — это русский секс.

Андрей Лошак

Реклама